Носитель фонаря (СИ)

Мы хрустели остатками вчерашней рыбы, а Ева давала нам отчет, шныряя по барельефу.
– Сюртэ – ерунда, бородавка какая-то, а не деревня. Два десятка крестьянских домишек за речкой. Правда, у них там лесопилка, уже что-то. А вот Бандуа – прямо жирный кусочек. Постоялый двор, еще одна харчевня, лавка, кузница… Да, да, Лукась, я помню про сира Хохена, мы постараемся раздобыть кузнеца как можно быстрее. Подати платятся еженедельно. Следующее поступление через пять дней.
– А большие подати-то? – спросил Акимыч, развалившийся в скрипучем кресле. Мебель, по крайней мере из конторы, люпусы не вывезли.
– При смене владельцев замка вся статистика обновляется. Поэтому ответ: я без понятия, получим – увидим. Собственно с землей нам тоже повезло, оба виноградника и три фермы в годовой аренде. Выплаты раз в месяц, следующая через… ммм, через… три недели.
– А арендаторы вместе с люпусами не сбежали?
– Зачем? Это же арендаторы, игроки, насколько я понимаю. Им по барабану кто сеньор, арендный договор заключен на год. Своих свободных ферм у нас, значит, остается две, но здесь не понять – что там творится и произрастает, нужно на сами фермы идти разбираться, чего нам пока, как я понимаю, делать не стоит. Думаю, в ближайшие дни вокруг замка будут толпами рыскать героические мстители. Так… в сокровищнице нолик, на складах…эээ, двадцать кубов древесины, четыре куба камня, это вообще ни о чем, металлов ноль. Остальное нужно смотреть глазками. Сейчас мы напишем вежливое послание старостам с предложением прибыть в замок со скоростью бешеных зайцев. Да, Лукась, да, и чтобы кузнеца с собой прихватили.
Пока Ева писала письма, я поигрался с барельефом, но так толком и не понял, как он работает, хотя основной принцип был прост. Нажимаешь пальцем на изображение, и оттуда со щелчком выскакивает каменная пластина с текстами и цифрами, а потом быстро утягивается обратно, пребольно прищемив тебе палец.
Отослав почту, мы отправились на осмотр замка.
– В идеале, – сказала Ева, стоя на балконе и осматривая разруху во дворе, – в идеале было бы сразу нанять дворецкого и хотя бы пару слуг.
– Где их найти-то? – спросил я, глядя на желтую бабочку, безуспешно пытающуюся присесть на моховую ворсинку – та коварно изгибалась, а бедное насекомое, изо всех сил работая крылышками, тщилось удержаться на этой ненадежной опоре.
– На замковой панели можно нанимать неписей на службу, запрос автоматом уходит в областные конторы по найму, которые и присылают персонал. Стража и еще ряд позиций – на контракте, насколько я поняла, остальные в здравом рассудке и нормальном состоянии должны быть. Но на данный момент у нас средств нет даже на то, чтобы нанять девочку-посудомойку.
– А почему стражники – непременно на контракте должны быть?
– Потому что на контракте они возрождаются при гибели, чего тут непонятного? В принципе, контракт штука очень удобная, даже в отношении слуг. Нужно тебе куда-то поехать с толпой горничных – с таким балаганом замаешься путешествовать. А так ты просто отзываешь-призываешь прислугу, как маунтов, в нужный момент. Представляешь, как было бы удобно твоего Гуса в карман убирать, когда не нужен? Правда, неписи пока на контракте висят – страшно тупеют, поэтому даже с поваром или парикмахером такие штуки не проходят, а то они тебе такого наготовят и настригут…
Сам замок был не так уж велик, основную часть его занимали личные комнатки, в которых полагалось селиться избранным членам клана, комнаток-келий было штук двадцать, совершенно одинаковых и совершенно же пустых. Имелась и пара казарм на втором этаже для всех остальных, в подвале размещались помещения для слуг – совсем уж клетушки, здесь же в подвале расположилась алхимическая лаборатория, при виде которой Ева аж застонала, настолько ей понравились все эти котлы, столы, перегонные кубы и вытяжки.
– Все монтируемое оборудование они, конечно, вывезли, но ух, как же тут можно было бы развернуться! Это вам не мой жалкий столик. Это для любой высшей алхимии годится.
 
– А какой у тебя навык алхимии? – спросил Акимыч.
– Семьдесят четвертый.
– Ну, до высшей алхимии тебе еще далеко.
– Поверь, – сказала Ева, хищно оглядывая лабораторию. – Если бы можно было здесь закрепиться, я бы очень быстро и до высшей алхимии добралась. Перевели бы одну ферму чисто на аптекарский огород, подрядили бы крестьян на сбор трав, поставить скупщиков трав по всем площадям… водных ингредиентов Нимис бы натаскал… Отвести часть лавки в Бандуа под аптеку – вполне прилично можно было бы заработать, тут большой рейдовый инстанс «Фридолен» рядом, спрос хороший должен быть. Остальное в Ноблис на аукцион возить… Я бы им посбивала вздутые цены-то.
– А потом нам бы объявила войну еще и Ноблисская гильдия алхимиков, – кивнул Лукась.
В подвале обнаружилась и кухня, на которой прямо немедленно захотелось приготовить тушу оленя, а лучше мамонта – настолько обширны были здешние столы и настолько призывно блестели медные котлы. После осмотра подвала мы поднялись на самый верх, в библиотеку, которая, как и ожидалось, была девственно пуста – голые полки темного дерева были скрыты решетчатыми стеклами книжных шкафов, на одном из низеньких столов валялась забытая кем-то курительная трубка, и я на всякий случай сунул ее в инвентарь. Не то, чтобы я собирался начать курить, но пусть будет. Посмотрели покои старших офицеров – ничего так комнатки, оглядели во дворе мастерские и конюшни, а также небольшую кузницу с потухшим горном.
Большую часть первого этажа занимали парадный зал для приемов – даже с небольшим резным троном у дальней стены, а также столовая с длинными каменными столами, за которыми могли легко разместиться несколько сотен человек. В камине же, призванном согревать эту столовую, можно было зажарить того самого мамонта.
– Вообще нас тут как-то слишком мало для такого большого замка, – сказал я, присаживаясь на край одного из столов.
– Да, – согласился Лукась, – ощущается некоторая подавленность перед величием. Особенно когда думаешь о количестве угля, который придется покупать, чтобы отапливать такую махину в холодное время года.
Акимыч, все еще не растерявший энтузиазма, распахнул окно и чуть не вылез в него.
– Слушайте, – крикнул он, – мне кажется, что в ворота стучат молотком! Сейчас позырю что там.
И он выпрыгнул в окно.
– И манеры у некоторых, – сказал Лукась, – совершенно не соответствуют занимаемому ими положению.
– Сказала бы я тебе про наше положение, – вздохнула Ева, – но, мне кажется, еще никто из нас толком не понимает кошмарный масштаб авантюры, в которую мы ввязались. Владение таким замком – это же еще и большая политика, ну.... постольку-поскольку. Скучно нам не будет, это-то я в любом случае гарантирую.
– Эй! – заорал Акимыч, – выпрыгивайте, к нам тут пришли.
Я бы и выпрыгнул, но под суровым взглядом Лукася мы все с достоинством покинули зал и долго шествовали к парадному входу. Акимыч торчал у ворот, отодвинув задвижку смотрового оконца.
– Ну что, открываем? Это неписи.
К счастью тяжеленные металлические ворота открывать надобности не было, в них была вделана обычная дверь вполне умеренных размеров. В каковую дверь к нам и пожаловали староста Буже, староста Купо и Гравияр, кузнец.
– Мы прибыли, господин, по вашему повелению – безошибочно обратился ко мне Буже.
– Как и было указано в письмеце, «для получения дальнейших распоряжений», – подхватил Купо.
Гравияр ничего не сказал, стоял, молча вцепившись в опаленную кудлатую бороду.
– Сперва кузнец нужен, – заволновался Лукась. – Эй, любезный, идите-ка сюда!
Гравияр осмотрел поверженного Хохена, поднял перчатку, зачем-то ее понюхал.
– Древняя работа, – пробасил он, – тонкая работа. Вы уж не гневайтесь, господа, но мне умения не хватит такую работу править, редкий мастер за такое возьмется.
– Слушайте, – сказал я огорченно, – а нельзя без тонкости и умения просто заплатки на эти дырки набить и перчатку как-нибудь приделать? Скобы какие-нибудь поставить, запаять?