Партия на троих (СИ)

— Антара Золотого, — поправил Кан. — Хотя, учитывая, что в прошлые времена золото считалось металлом смерти, а недалекие люди отчего–то мнят несравненную госпожу злом…
— А-ха, — Трак рассмеялся. — Тебе бы бардом стать, а не наемником.
— В следующий раз обязательно, — пообещал Кан и продолжил: — Антар, рассказывали, и сейчас обитает в межзвездном небытии. Да он, по сути, из него и не уходил, поскольку ни один мир не в состоянии вместить его полностью: только часть, воплощение, зовущееся вами драконом.
— Да зачем ему это? — спросил Трак. — Делать нечего?
— Частично по причине скуки, но, скорее, для получения нового опыта.
— Сидя в руинах, опыт не получишь, — заметил Урс.
— Да брось! — Трак снова рассмеялся. — Разве не видишь: паря выдумывает на ходу.
— Вообще–то, я стою, а не иду, — поправил Кан. — Но… да, выдумываю. Очередную странную… очень страшную сказку. Вы ведь, наверняка, не слышали главного: Антар не просто витает в небытии, он мечтает создать свои миры, но на это у него одного силенок все же маловато.
— Еще бы!
— Только высокие способны создавать миры, — сказал Урс, нахмурившись. — Кощунственные речи ведешь, противные вере в высоких.
— А вы уверены, будто высокие есть? — прищурился Кан и, увидев сошедшиеся на переносице кустистые брови воина, поспешил сгладить сказанное. — Ладно–ладно, не ярись. Я же сказал: сил у Антар для этого не хватает. Но он водит дружбу с несравненной госпожой, следящей за круговоротом душ.
— То есть, со смертью, — прошипел Урс, стискивая кулаки.
— Они развлекаются игрой в… вы же знаете про ахедрес? Ну, где шестьдесят четыре клети, войско на войско, фигуры, которые нужно переставлять, чтобы поставить мат королю?
— Забава войсководцев.
— Точно! — Кан кивнул. — Только у них игра предполагает не единоборство. Им не хватает третьего игрока, и вот когда тот появится, они и займутся созданием своего мира.
— Ну и бред, — фыркнул Трак. — Я даже знаю, как ты закончишь: созданный этими троими темный мир станет угрозой для всех прочих светлых миров, и нужно усердно молиться каждый день, чтобы этого не произошло, подпитывая верой своей высоких.
— Нет, — Кан покачал головой. — Зачем?
— Действительно, — проворчал Урс. — Ты еще скажи, что свет и тьма — не враги.
— Ты будешь смеяться, но так оно и есть.
— Я не стану смеяться, — с угрозой в голосе заявил Урс, — а сейчас как встану, как ударю тебя в лоб! Может, ума хоть прибавится, а фантазии поуменьшится!
Никто не обратил внимания на то, каким странным взглядом посмотрел пленник на молодого наемника.
— Тогда ты расскажи, — предложил Кан. — О руинах.
— Дались они тебе, — вроде как успокоившись, проворчал Урс. — Ну вот когда дворец захватывали… я ничего не хочу сказать плохого о светлейшем архимаге Сошиге, но с магией он чего–то сильно намудрил. А может, и не вышло бы иначе победить дракона. Да только получились в центре столицы гибельные руины.
— Именно гибельными они стали после, — поправил Кан, снова взявшись умничать. — Когда захватчики… ну, маги, помогавшие Сошигу, на нет изошли. Тогда и стены возвели вокруг руин.
— А чего изошли, если людьми были? — спросил Трак. История его все же завлекла: он с детства любил страшные сказки.
— Дракон пожрал.
— Да тьфу на тебя! — рявкнул Трак и вздрогнул–подскочил от тихого свистящего смеха мага, решившего напомнить о своем присутствии. — И на тебя, падаль! — окончательно вышел он из себя. — А ну, поднимайся! А ты, Кан, помалкивай. И зачем только Урс тебя позвал…
— Да уж, пора идти, — Урс сделал попытку подняться и застыл на месте. — Постой, Трак! Это же ты привел этого молокососа.
На какой–то миг настала тишина, а потом старший наемник отпрыгнул к стене, словно из воздуха вытащив кривой кинжал с волнистым лезвием. Трак тоже не помедлил ни секунды, вооружившись парными клинками.
— Ш… — почудилось, звук издали сами стены. — Чего всполошились? Я пока никого не ел.
— Знал, что ты появишься, — прошептал маг, едва слышно. — Антар…
— Ну еще бы не знал. Мне ведь интересно, — усмехнулся тот, кого наемники звали Каном и вместе с тем некто совершенно иной. У этого иного голос оказался очень глубоким и низким с характерным пришепетыванием, от которого по спинам людей начали бегать мурашки. — Чем же ты так насолил их нынешнему королю?
 
Маг пожал плечами.
— А почему своим секретом не воспользовался? У тебя ведь есть.
Маг закаменел лицом.
— Пожелал да оказался совсем не там и в иных обстоятельствах, — черты лица Кана расплылись, вытянулись, как и тело. Ноги сомкнулись, образовав хвост, покрытый золотыми и медными чешуйками. При этом все, находящееся выше пояса, осталось человеческим. — Неужто, полагал, будто я не в курсе твоего секрета? Наивный. Я уж думал, ты набрался ума.
— Было бы ради чего тратить, — прошептал маг, с сипением втянув воздух сквозь зубы.
— Ради чего… — довольно похоже передразнил дракон. — На кону твоя жизнь, разве нет, Руиз?
Маг покачал головой и попробовал подняться. Безрезультатно. Он побледнел до серости. По виску скатилась капля пота.
— Жизнь, да… она самая, — он не стал спорить. — Но, признаться, мне до коликов надоел этот мир. Хочу уже уйти по звездной дороге… куда–нибудь.
— А секрет?
— Останется при мне во время нового рождения, — глядя на дракона прямо, произнес маг.
— Жалеешь о том своем обещании?
Маг покачал головой и проронил одними губами:
— Нет.
Они говорили столь спокойно, не обращая внимания на наемников, что последние решили действовать, не дожидаясь нападения дракона, все россказни о котором давненько перекочевали в сказки, но почему–то реального. Трак подскочил и ткнул клинком в неприкрытый чешуей бок. Удар достиг цели. Вернее, наемник так думал. Насколько же он ошибся, Трак осознал, когда металл высек из камня сиреневые искры, а тот загудел трубой глашатая, специально подбираемой так, чтобы голосила погромче да поомерзительнее. Почти как кошка, которой прищемили хвост.
— Нельзя обижать руины, — глядя в потолок, заметил дракон. — А то ведь они и отомстить могут.
Урс решил действовать умнее. Недаром он обычно отдавал приказы: улучив минуту — впрочем, никто его и не подумал останавливать — добежал до своего мешка и вытянул из него черную шкатулку.
— Ах ты тварь! — заорал он, открыв крышку.
Дракон чуть поморщился. Как и все ползающие существа, он очень тонко чувствовал малейшие вибрации. Люди ничего такого не уловили, но Урс внезапно охнул и упал на колени, а Трак схватился за голову в тщетной попытке зажать уши. Маг повел себя сдержаннее: лишь губу прикусил до крови и еще больше побледнел, хотя казалось, дальше некуда.
— Идиоты, — проронил дракон. — Хуже того, самоотверженные. Стены высасывают магию, все так. Но вот эта дрянь, что держишь в руках, одинаково бьет по всем людям, а вот по мне — нет. Отродье Сошига дало, не иначе. Еще и сказало, будто в помощь, да?
Урс скрипнул зубами и кивнул. Впрочем, его ответ никому не требовался.
— Отродье мерзавца есть отродье мерзавца. Ничего не поделаешь. Желание светлых ничтожеств решать свои проблемы чужими руками, видимо, неистребимо. Хорошо хоть скоро этот род выродится окончательно. А вы, — дракон пристально взглянул на наемников, — хорошенько уясните, что светлость души не означает прекраснодушия. И постарайтесь не забыть, когда родитесь в следующий раз. Помогу за небольшую услугу, — сказано это было, разумеется, не наемникам, а магу.
Тот покачал головой.
— И секрет не попрошу.
— Нет… — на ответ ушли последние силы, маг запрокинул голову, застонал и окончательно сполз по стене на пол.
Дракон досадливо зашипел, оглянулся на наемников и со вздохом проговорил:
— Вечно мне приходится тебя спасать. И когда только поумнеешь? Значит, помогу просто так. В конце концов, мне тоже надо есть, а ты, Руиз, и без того мне должен.