Ты снова будешь моей (СИ)
Но это единственное чего я хочу прямо сейчас. Хочу, чтобы Алекс был здесь, рядом со мной, мне так плохо, и я хочу, чтобы обнял. Хочу уткнуться ему в шею, оказаться в его сильных руках.
Закрываю глаза и сползаю вниз по стенке. Меня несколько раз окликает проходящая мимо медицинская сестра. Боясь, что мне не хорошо, но я за весь день не чувствовала себя лучше. Улыбаюсь, просто не могу удержаться.
Поднимаюсь, как только замечаю знакомую фигуру в глубине коридора. С трудом удерживаюсь от того, чтобы не перейти на бег и как только Гончаров оказывается напротив, бросаюсь к нему. Крепко обнимаю за шею и прижимаюсь всем телом, утыкаюсь ему в шею и чувствую, как мне становится легче. Тревога уходит, напряжение в теле сходит на нет, и я расслабляюсь.
Алекс прижимает меня к себе в ответ, но ведет себя сдержанно, потому что единственный из нас помнит, что я все еще замужняя женщина, да и ни место здесь для пылких объятий.
— Иди сюда, — говорит Алекс и отходит к стене, упирается спиной, а потом сильнее прижимает меня к своей груди. Приподнимаюсь на носочках, вдыхаю его, а потом целую несколько раз в шею.
Да, гори все огнем, не могу я больше сдерживаться.
Слезы текут по щекам, я начинаю всхлипывать. Алекс гладит меня по спине и по волосам, ничего не говорит, позволяет мне отпустить себя. Иногда я чувствую его губы на своей щеке.
Отстраняюсь и вытираю слезы, Алекс помогает мне, касаясь моих щек своими теплыми пальцами.
— А-а что здесь происходит?
Вздрагиваю и оборачиваюсь, чтобы увидеть своего мужа, стоящего в нескольких метрах от нас. Женя стоит, слегка наклонив голову на бок, с адским огнем в глазах и выглядит так, словно вот-вот бросится на Алекса. Мой мир словно трескается пополам, меня бросает в холод. Не знаю, что делать и что сказать.
Глава 30
Алекс
Прижимаю к себе Вику, и целую в висок. Она дрожит, а у меня сердце сжимается, когда начинает всхлипывать и сильнее прижимается ко мне. Понимаю, что причина её истерики не только в том, что Кирилл сейчас на больничной койке. Всё навалилось на неё, и я бы многое отдал, чтобы забрать себе её боль и переживания. Я чуть с ума не сошел когда увидел её: бледная как стенка, шатается и трясётся вся.
Хочу дать себе по морде и не один раз, за то, как повел себя с ней, когда она позвонила. Да и вообще за то, что позволяю своей ревности контролировать меня. По краю хожу с тех пор, как её встретил. Разум курит в сторонке, пока я разгоняюсь до ста со своими эмоциями. Обещал подождать и причины ведь озвучила мне, но я не думал, что так сложно будет.
Изо всех сил стараюсь дать ей время, но в последние дни это мне всё сложнее. Кроет. Потерял свой покой после того, как она стала моей, выдержка затрещала по швам.
С самого утра день не задался: на работе проблемы, а после встречи с отцом меня вообще жестко накрыло. Знаю, что он не хотел меня вывести, просто волнуется обо мне, но его слова меня тряхнули. Я старался не задумываться о том, что Вика до сих пор живет с мужем.
После встречи с отцом позвонил ей, но она скинула мои звонки и не перезвонила. Если бы не работа, я бы сразу поехал к ней в квартиру.
Отец не зря боится, что я наделаю глупостей. Да я уже начал.
Глупостью было соглашаться отдать Янковскому отель, потому что я несу охренеть какие потери. Просто деньги на ветер и хорошие кадры туда же. Учитывая, что этот гребанный клоун просрет его в течение нескольких месяцев. Потому что ответственности в нём ноль. Как и деловой хватки, хотя мозгами работать умеет. Просто фокусирует внимание не на том. Мудак.
Планы у меня на этот отель были серьезные, как и вложения. Тогда я ещё не знал, что начал сотрудничество с мужем женщины, которую до сих пор люблю и на всё пойду, чтобы её вернуть.
В груди горит, голова в огне, мысли в хаосе с тех пор, как я привез её к дому после посиделок с семьей отца.
Было хорошо: так уютно и тепло. Даже отец не смог испортить настроение своими расспросами и косыми взглядами. Я бы всё отдал, чтобы мы отправились после ко мне, но Вика медлит. Она медлит, а я завожусь и отнюдь ни медленно. Ситуация из ряда вон. Я бы уже давно поговорил с Янковским, но Вика хочет все сделать сама. Если честно до сих пор не понимаю, Янковский действительно ничего не понимает или просто делает вид?
Мы провели отличный вечер с моей семьей, у нас с Викой были объятия, поцелуи, близость была, когда я порезал руку и потащил её в ванную, чтобы она якобы сделала мне перевязку. Я упивался её нежностью и лаской, а потом, твою мать отвез домой.
К мужу.
В тот день, когда он пришел ко мне в кабинет, после удачной игры в покер, просить отсрочку я сказал ему, что верну отель, если он отдаст мне Вику. Прямо сказал, что хочу её.
Этот мудак выглядел так, словно хочет ударить меня в лицо, но ничего не сделал, даже не сказал ничего, зато через какое-то время Вика позвонила мне и попросила о встрече.
Я так и не решился признаться Вике в том, что уже давно рассказал Янковскому о нашем прошлом и умело воспользовался ситуацией с отелем. Боюсь её реакции.
В жизни бы не подумал, что способен чувствовать так сильно и сильнее всего сейчас моя ревность. Все в красном цвете вижу, разум молчит, эмоции долбят в ушах.
Вика весь день не выходила на связь. А я как будто снова вернулся на десять лет назад, когда она меня молча кинула. Меня жестко тряхнуло, когда я звонил, а она сбросила несколько моих звонков, но так и не перезвонила. Я решил, что эта из-за разговора с мужем, который закончился не в мою пользу.
Не знаю, сколько прошло с тех пор. Часа четыре или пять, прежде чем я оказался у её дома. Приехал бы раньше, если бы не работа.
Сидел в машине и смотрел на дом, в котором Вика снимает квартиру и курил. Я уже собирался подниматься в её квартиру, когда она всё же перезвонила, и я почувствовал себя дерьмово. Мне следует обуздать свои эмоции и прислушиваться к разуму. А то будет ещё больше глупостей.
Кирилл отчим Вики попал в аварию.
Она не продинамила меня, а наверняка бегала вокруг своей истеричной мамаши. Знаю, что возможно не стоило ехать в клинику и не создавать Вике ещё больше проблем, потому что моё появление может спровоцировать открытый конфликт с Янковским. Может даже драку. Но я не могу держаться в стороне, когда моей женщине плохо. Хочу быть рядом с ней, чтобы поддержать.
Голос у неё был разбитый, у меня сердце сжимается.
Она упоминала, что Кирилл поддерживал её и хорошо к ней относился, да и в прошлом я помню, что он вел себя адекватно. Мы виделись лишь несколько раз, когда у него начались отношения с матерью Вики, и у меня не получилось сделать о нем хоть какие-то выводы.
После разговора с Викой я бросил телефон на сидение рядом, и завел машину, чтобы поехать в клинику, когда телефон снова ожил.
Это была Эдита. Так её, кажется, зовут.
Вика упомянула вчера, что у нее возникли какие-то проблемы с помещением. И я увидел, как это огорчило её, однако от моих расспросов она отмахнулась и сказала, что попросит Кирилла о помощи. Больше нет. С утра первым делом я нашел номер женщины, что работает с ней, чтобы все выяснить. Как оказалось, все сделал правильно. Сильно сомневаюсь, что сейчас у Вики есть желание и силы, чтобы заниматься этим вопросом.
Вика отстраняется, когда ей становится легче, рад, что она отпустила себя, дала волю эмоциям. Одной рукой крепко прижимаю её к себе за талию, Вику всё ещё трясёт. А другой рукой вытираю мокрые от слез щеки, она перехватывает мои пальцы, кажется, хочет поцеловать, но не успевает. Замирает и напрягается в моих руках, когда слышит голос Янковского.
Поворачиваюсь к нему: стоит в нескольких метрах от нас и выглядит так, словно сейчас броситься на меня. Весь напряжен, в глазах чистая ярость, смешанная с ревностью. Всё то же самое, что чувствую я.
Ну что ж, поговорим. Давно пора выяснить отношения.
Глава 31
Вика