Тайный брак (СИ)
Монстры-насекомые, ведомые врожденной тягой к свету, тут же рванули навстречу собственной смерти. Один за другим они сталкивались с небесным огнем и сгорали, опадали вниз невесомыми хлопьями пепла. Маг-закатник из четверки дэя Линнета меткими выстрелами водяных струй гасил отваливающиеся от монстров пылающие куски, не позволяя им упасть на землю и поджечь сухостой, вызвав пожар.
У четверки дэя Орброда дела тоже обстояли неплохо. Как насекомые стремятся к свету, так змеи ищут тепла. Сын дома Дня присмотрел неподалеку крупный обломок скалы и направил на него силу, чтобы нагреть камни. Змеемонстры, почуяв тепло, забыли охотиться на лошадей, которые рвали путы и отчаянно ржали. Гидры поползли к скале. Маг Ночи послал им вслед щупальца бездны. Ядовитые твари погибали одна за другой, а ночной уничтожал их останки заклятием праха и тлена.
А вот четверка дэя Бреннана оказалась в трудном положении. Водный саван монстра гасил любой огонь, так что спалить речную тварь было невозможно, а воды в Пустоловке хватало. Все та же вода питала монстра новыми и новыми речными обитателями, так что и щупальца бездны не успевали высасывать из чудовища жизненную силу.
― Выманиваем речного на берег! По-другому с ним не справиться! ― скомандовал дэй Бреннан.
Рассветник из четверки командира свистом приманил к себе одну из лошадей.
― Прости, ― шепнул в темную гриву и коротким ударом меча лишил животное жизни.
Пользуясь проложенной Виттом и Валем тропинкой, он протащил лошадиную тушу воздушными плетями к обрыву, свесил над бурлящими волнами. Капли густой крови упали в воду. Речной монстр взревел, почуяв добычу ― живую, теплую. Двинулся к берегу.
― Подтягивай, подтягивай! ― нэйт Маракс следил за происходящим ночным зрением.
Солнце окончательно скрылось за горизонтом, и пугающую картину подсвечивал только белый свет шаровой молнии, которую было почти не видно из-за роящихся вокруг нее тварей.
Безмозглый речной монстр, которым двигал только голод, выбрался из воды, рывком перекинулся через край обрыва, извиваясь, пополз вслед за приманкой сквозь колючие заросли.
― Суши! ― приказал дэй Бреннан сразу и закатнику, и магу Ночи.
Те запустили в чудовище сразу два заклятия: сын Дома Заката ― иссушение, а сын Дома Ночи ― щупальца бездны.
Сам дэй Бреннан вынужден был наблюдать за сражением, но сжечь монстра не пытался: почуяв ожог, тот развернулся бы и рванул обратно в воду.
Речной монстр оказался слишком большим: маги шаг за шагом отступали дальше от берега, а покрытое чешуей и клешнями тело все выползало и выползало из-под обрыва, словно хвост его уходил в бесконечность.
Как ни старался маг Ночи, а высосать из чудища всю жизненную и магическую силу ему не удавалось. Маг Заката тоже начал уставать: он уже выкачал из водного савана, которым окутался монстр, десять десятков бочек воды, а саван истаял едва лишь на треть.
― Если не остановим эту мерзость, все тут поляжем! Отряд, помогайте все! Отставить бить других монстров! ― рявкнул дэй Бреннан так громко, что его голос был слышен даже через рев змееголовых гидр, жужжание свермов и гудение шаровой молнии.
Маги-боевики повиновались беспрекословно!
Еще два сына Дома Ночи присосались к речному монстру щупальцами бездны. Еще два закатника набросили на него иссушающие заклятия! Но и этого оказалось недостаточно. Монстр замедлился, захрипел, теряя силы, и в отчаянном рывке вдруг разинул пасть, а из нее веером вылетели в сторону лошадиной туши щупальца, заканчивающиеся огромными клешнями...
Эйлерт не выдержал. В его голове мелькнуло воспоминание из далекого детства: молния, бьющая в ствол старого дерева. Тогда шел дождь. Дерево было насквозь мокрым, но небесный огонь расщепил и уничтожил его в одно мгновение!
― Бросьте лошадь! Бейте молнией! ― то ли подсказал, то ли приказал, забывая, что командир тут не он.
Наследника послушались. Рассветник перестал подтягивать лошадиную тушу. А Дэй Линнет шевельнул в воздухе пальцами, создавая новую шаровую молнию. Эйлерт подхватил это заклинание, призвал Столп Дня и открылся его силе. Магия хлынула через будущего короля нескончаемым потоком.
Шар небесного огня раздулся пятикратно, загудел низко, опасно. Дэй Линнет легким жестом послал его в разверстую пасть речного монстра.
― Всем прикрыть уши! ― скомандовал одновременно.
Отряд, как один человек, заткнул уши. Все, кроме Эйлерта, который продолжал накачивать сферу небесного огня магией. Эйлерт остановился в последний момент, когда искрящийся и потрескивающий огненный снаряд влетел в безразмерную глотку чудовища.
Раздался оглушительный треск. Наследник схватился за уши ― но поздно. Боль пронзила голову. Пробила, пробурила в ней дыру от виска до виска. В глазах потемнело. Эйлерт зашатался и упал бы, если бы не верные Витт и Валь, которые подхватили наследника под руки.
Монстра охватило белое пламя. Выгнуло дугой. Швырнуло в одну сторону, в другую. С диким ревом чудовище испустило дух. Его клешни все еще подрагивали, цепляясь за копыта лошадиной туши, но это были последние содрогания уже мертвой плоти.
― Справились! ― Дэй Линнет обернулся к Эйлерту.
Эйлерт прочел это слово по губам мага Дня и с ужасом понял, что не слышит ничего, кроме странного непрекращающегося гула в голове. Но сейчас его заботило другое.
― Где командир Бреннан? ― крикнул он, и не услышал своего голоса.
Зато услышали остальные.
― И мор Лиас пропал! ― добавил нэйт Маракс. ― Попробую почувствовать Бреннана.
― А я ― Лиаса, ― добавил еще один сын Ночи.
Дэй Линнет и второй из оставшихся магов Дня уже создавали светящиеся шары и рассылали их во все стороны, надеясь обнаружить пропавших товарищей. Эйлерт стоял, оглушенный, и почти не понимал, что происходит вокруг: его несчастную голову раскалывала дикая боль.
Витт заметил, что с наследником случилось неладное, окликнул одного из двух оставшихся рассветников:
― Мор, будьте добры, окажите помощь брату Ренсли!
Тот быстро приблизился, вынудил Эйлерта отвести пальцы от висков, обхватил голову наследника своими ладонями.
― Присядь, брат, ― потянул Эйлерта вниз.
Тот послушно опустился на землю.
Руки рассветника вдруг показались Эйлерту очень теплыми. От них словно исходили волны живительного тепла.
«Исцеляющее заклятие!» ― догадался Эйлерт. Подхватил заклятие, принялся вливать в него силу Столпа Рассвета ― осторожно, понемногу. Резко усиливать магию, воздействующую на такой тонкий инструмент, как слух, он не рискнул.
Три десятка ударов сердца ― и отступила головная боль. Еще три десятка ― и стих оглушительный гул в ушах. Еще немного, и к Эйлерту вернулся слух.
Первым, что он услышал, был крик нэйта Маракса:
― Гидра! Бреннана схватила гидра!
Все обернулись туда, куда смотрел и посылал щупальца бездны сын Дома Ночи. В паре десятков шагов монстр, состоящий из сотен червей и змей, сжимал в холодных смертельных объятиях безвольное тело дэя Бреннана и продолжал жалить его десятками ядовитых зубов.
― Мы должны спасти командира! ― рванулся вдруг из-за спин темпларов мальчишка-проводник. В худом кулачке он отчаянно сжимал охотничий нож.
Брат Валь поймал парнишку за плечо. Остановил, покачал головой: стой, где стоял.
Нэйт Маракс глянул на темпларов и проводника глазами, которые светились в темноте, словно капли раскаленной лавы.
― Поздно. Дэй Бреннан мертв, ― произнес медленно и отчетливо.
― Принимаю командование на себя! ― мигом сориентировался дэй Линнет. ― Четверка дэя Орброда ― уничтожить гидру, освободить тело Бреннана и заняться остальными змеемонстрами! Моя четверка ― бьём свермов! Мы не имеем права упустить ни одного из них! Нэйт Маракс и квелл Ханге, вы поступаете в подчинение брату Ренсли!
Больше ничего не объясняя, сын Дома Дня принялся создавать уже третью за время боя шаровую молнию.
Нэйт Маракс убрал щупальца бездны от сдохшей гидры.