Вниз по течению-1 (СИ)

Таким тоном говорят о вещи: тумбочке или кровати. Мокрозява тоже это заметила и бросила на Даяну гневный взгляд.
— Иди за мной, — сказала служанка и открыла дверь, пропуская девушку вперёд.
Алекса украдкой взглянула на Хадара, слабо улыбнулась и вышла из будуара. Служанка следом.
— Что, доволен? — ядовито спросила Даяна, когда дверь закрылась.
— Вполне. Нужно ещё посмотреть на новенькую.
Даяны хмыкнула:
— Ну-ну, смотрильщик.
Он исподтишка взглянул на любовницу:
— Подготовишь Алексу к турниру?
— Я?! — она изумлённо округлила глаза. — Вроде речь шла о помощи в подборе участницы.
— Ты хорошо знаешь видения мокрозяв. Но, — продолжил Хадар с разочарованным видом: — Если ты не уверена в своих силах, я могу попробовать обратиться к кому-нибудь из послушников.
Даяна вскинула голову, вызывающе рассмеялась:
— Я не уверена? Не за ту меня принимаешь, милый. Я уверена во всём, но сам понимаешь — на мне здесь много всего держится, а подготовка к турниру требует полной отдачи. Признаться, я даже не знаю, кому могу передать текущие дела.
Хадар наклонил голову, чтобы Даяна не увидела насмешки его на лице. Надо же, сразу стала незаменима. В начале вечера она говорила о том, что работает наравне с послушниками.
Он чувствовал её страх провалить подготовку, не довести Алексу к победе и навсегда потерять расположение Великого. Хадар взял кувшин с вином, отметил, что тот стал значительно легче, и протянул к женщине свободную руку. Правильно расценив его жест, Даяна отдала свой бокал. Хадар наполнил его, взяв свой, сел к ней на кровать. Чутьё подсказывало, что сейчас лучше всего подойдёт хокку. Взглянув на гобелен над головой любовницы, он проникновенно сказал:
— Видели все на свете
Мои глаза — и вернулись
К вам, белые хризантемы.
Их пальцы встретились на ножке бокала. Даяна улыбнулась грустно и задумчиво:
— Басё?
Хокку принадлежало Косуги Иссё, но он решил не переубеждать. Пусть Даяна считает себя знатоком японской поэзии. Всё равно рядом больше нет никого, кто мог бы поправить. В этом проклятом мире со знанием хокку было плохо.
— Лежим чёрт те где и читаем японскую классику. Сумасшедшие, — вторя его мыслям, усмехнулась Даяна. Хотела сесть, но Хадар придавил локтём её длинные волосы. Даяне пришлось снова опуститься на подушку.
— Откуда ты знаешь столько стихов? — спросила она с улыбкой. — Ты же деревенский пацан.
— Я любил ходить в сельскую библиотеку у подножия Фудзиямы, — улыбнулся Хадар и наклонил бокал так, что на грудь Даяны упали несколько капель красного вина.
Она чуть заметно вздрогнула, опустила глаза.
— Наверное, это было очень давно, — шепнула Даяна, глядя, как по груди стекает красная струйка.
— В период Эдо, — тоже шёпотом ответил он.
Она обняла Хадара за плечи, так что вино из бокалов расплескалось по постели, оставив пятна цвета запёкшейся крови.
— Иногда я люблю представлять, что жила в другие эпохи.
— Ты украшала каждую из них.
Даяна рассмеялась, потом вдруг стала серьёзной и по-деловому сказала:
— Мне нужны гарантии, что я не потрачу время на подготовку к состязаниям впустую.
«Гарантии, — мысленно усмехнулся Хадар. — Какие в этом деле могут быть гарантии?»
— Я уже сказал, что сюда прибудет Владыка Ордена. Ты, как наставница Алексы, будешь на виду.
— А если она не победит?
— Победит. Возьмём это на себя.
Во взгляде Даяны читалось: «Я не верю тебе, паршивец».
— Не постараюсь, а устроишь, — перебила она.
Хадар наклонил голову в знак согласия:
— К тому же, я устрою тебе случайную встречу с Владыкой в живописном месте, — продолжал он. — Только ты и Колдун.
Даяна расхохоталась:
— Здесь нет живописных мест.
Но Хадар видел, что уговорил её.
— Нет, значит будут, — сказал он с улыбкой. — Я помню о долге за передвинутый вход в пещеру. Он знал, что она тоже помнит. Даяна помолчала, наматывая на палец блестящий чёрный локон.
— Уже известно, кто будет готовить противницу? — спросила она.
Хадар ждал этого вопроса, и всё же замешкался с ответом.
 
— Точно пока неизвестно, — мягко начал он: — Но, скорее всего, Вишневский.
— Что?! — взвилась она. — Этот-то каким боком?
— Ну… — уклонился он от ответа.
— Признайся, ты шутишь? — Даяна сверлила его злыми глазами.
— Нет. У Вишневского есть все права быть наставником: он выиграл турнир.
«В отличие от тебя», — мог бы добавить он, но не стал обострять.
Даяна получила свободу не за победу в турнире, а за то, что сдала мокрозяв заговорщиков, предводителем которых был Вишневский. Они тогда приходились друг другу мужем и женой, но Даяна рассудила, что быть на стороне Великого Хранителя выгоднее, чем поддерживать мятежников.
— Старик думает, что ваше соперничество придаст турниру пикантность, — добавил Хадар.
«Осталось убедить в этом его самого», — мысленно дополнил он.
— Пикантность? — взвизгнула она, вскакивая с кровати. — Кто помнит о том, что было десять лет назад?
— Кому надо, помнит, — возразил он с улыбкой.
Даяна зашипела, как кошка, сорвала со стула пеньюар и, надев его, сердито завязала поясок.
— Либо ты добиваешься того, чтобы Вишневский не был наставником новенькой, либо я не готовлю Алексу, — заявила она.
— Королева, — Хадар хотел поймать её в кольцо рук, но Даяна увернулась.
— Я говорю серьёзно, старший агент! — прошипела она. — Либо я, либо Вишневский.
— Но почему?
— Не хочу его видеть. Этого вполне достаточно.
Хадару вспомнилась услышанная много лет назад история о том, что якобы Великий Колдун давал Даяне какое-то задание, связанное с Вишневским, но она его провалила и была сослана на топи, где живым нечего делать. Даяне пришлось приложить немало усилий, чтобы снова снискать расположение Великого. Не удивительно, что сейчас она боялась такого же бесславного финала. К тому же, у Вишневского в Башне слава, можно сказать, он стал среди мокрозяв легендарной личностью. Чего о нём здесь только не рассказывают, и никто не знает, что великий герой стал обычным лодочником. Как раз тот случай, когда имя переросло человека.
— Ты зря опасаешься. Он взял другое имя, ведёт тихую жизнь горожанина. Никто не вспомнит, что он и есть Вишневский, — попытался уговорить Хадар.
— Кому надо, напомнят, — вернула Даяна «перчатку».
Он задумчиво посмотрел в окно. Если начистоту, ему тоже не хотелось допускать Вишневского до наставничества. Весь этот турнир фарс для отвода глаз Владыки. Может статься, что придётся обеих девчонок пустить в расход, и тут Вишневский способен создать проблемы. У Хадара создалось впечатление, что он всерьёз намерен привести свою протеже к победе.
— Хорошо, будь по-твоему, — медленно произнёс он. — Я подумаю, на кого поменять Вишневского.
Даяна удовлетворённо улыбнулась.
— По-моему, кандидатур предостаточно, — заметила она.
— Э, не скажи. У тебя двести сорок мокрозяв, а выбрать не из кого. С наставниками картина не лучше. Поэтому, придётся тебе какое-то время Вишневского потерпеть. Но, обещаю, уже на генеральной репетиции его не будет.
— Когда начнётся подготовка?
Её вопрос заглушил стук в дверь.
— А вот и наша вымытая вернулась, — улыбнулся Хадар.
Даяна села в кресло. Голова высоко поднята, на губах играет усмешка — недосягаемая для простых смертных королева.
Дверь открылась, запуская служанку. Следом вошла Алекса. Выглядела она гораздо лучше, волосы цвета спелой ржи рассыпались по плечам, голубые глаза смотрели с лёгким вызовом.
— Проходи, садись, — сказал Хадар и отодвинул для неё кресло.
Девушка села. Сначала на край, затем покосилась на Даяну и устроилась глубже.
 
— А ты что встала? — прикрикнула Даяна на служанку. — Пошла отсюда.
Та испуганно выскользнула за дверь. Хадар вновь повернулся к Алексе:
— Что же, давай знакомиться ближе. Меня зовут Хадар. Я возглавляю службу агентов Элсара. А с прекрасной госпожой Даяной ты, полагаю, уже знакома.