Вниз по течению-1 (СИ)
— Надо же, кто к нам пришёл! — проскрипел дядюшка Кларк, прищурив один глаз и разглядывая Найру вторым, широко открытым. — Я уж думал, ты совсем забыла старика.
Она смущённо улыбнулась, испытывая острое желание поскорее уйти.
Магда, между тем, прошлась по комнате, достала из своей сумы небольшую, с ладонь, куклу — красавца с пышными усами и в зелёном обтягивающее трико. Положив куклу на лавку, она села рядом, подняв плечи и втянув голову. Её плечи стали похожи на острые крылья, а сама она на огромную, нахохлившуюся птицу.
— Ну, что же ты, подойди поближе, — дядюшка Кларк и протянулНайре руку.
Она, робея, будто вновь стала ребёнком, подошла. Поколебавшись, коснулась губами его сухой сморщенной руки. Боялась, что он заговорит о её жизни в Весёлом доме, о том, кем она стала и чувствовала, как пылают щёки.
— Кто же тебя так расцарапал? — Кларк, разглядывая её снизу вверх. — Молли, ты узнаёшь нашу малышку Найру?
Он посмотрел через плечо. Проследив за ним взглядом, Найра увидела большую куклу с пышными белыми волосами в красивом платье знатной дамы. Сердце ёкнуло и забилось сильнее — Найра узнала свою любимую куклу. Та была всё такой же, какой осталась в памяти девушки: красавицей с капризно надутыми розовыми губками. Дерево, из которого кукла вырезана, не потемнело со временем, и Молли была свежа и прекрасна, как много лет назад. Когда-то Найра мечтала вырасти такой же красивой, неприступной дамой. Представляла, как мужчины со всего света будут сражаться за её сердце, а она будет смотреть на них со скучающей улыбкой или капризно надувать губки. А они будут рыдать и бросаться от горя в Реку.
Три «серых». Именно столько нужно заплатить Хозяйке, чтобы делать с Найрой всё, что хочется.
На глазах защипали слёзы. Для чего Магда привела её сюда?
— Мне нужно идти, — буркнула Найра. — Простите. Меня уже разыскались в Весёлом доме.
— Это я попросил Магду привести тебя, — сказал дядюшка Кларк. — Мы по тебе скучаем.
— Я тоже, — торопливо ответила она, пятясь к двери. — Но мне правда нужно идти.
— Подожди, — подала голос Магда.
Она поднялась на ноги и достала из сумы горсть беляков.
— Гай просил тебе передать. Для Фриды.
Найра перевела изумлённый взгляд с колдуньи на камни и обратно.
— Гай? Но откуда?
Она вспомнила наказ Гая не отлучаться из Весёлого дома.
— Это беляки, которыми Хранители расплатились со Сьюзи за то, что она выдала им мокрозяву.
Чувствуя, как бешено колотится в груди сердце, Найра взяла беляки и пересчитала. Девять.
— Но… Откуда они у тебя? — взволнованно спросила она у Магды.
— Гай попросил меня по пути в Весёлый дом зайти к Дамиру. Пока он отвлекал вас драгоценностями, я забралась в комнату Сьюзи и подчистила её сундучок.
— Откуда ты вообще узнала, что Сьюзи…
— Не знала, это было предположение.
— А замок? Сьюзи всегда держала свой сундучок закрытым.
Магда и Кларк переглянулись.
— Я же колдунья, — улыбнулась женщина. — Чёрная рука, ходячая Хмарь — так меня дразнят мальчишки.
Найра видела, что ей что-то не договаривают. Может, даже потешаются. Ну да ладно! Главное, у неё теперь у неё есть, чем заплатить за лечение Фриды. А уж как Магде удалось получить беляки, Найру не касается.
Её захлестнула благодарность. Она бросилась на шею Магде, расцеловала её в обе щеки, восклицая:
— Спасибо! Милая, дорогая, любимая Магда!
Колдунья уворачивалась от поцелуев, но было видно, что радость Найры ей приятна.
А та чувствовала себя совершенно счастливой. Жизнь уже не казалась ей пропащей, наоборот появилась уверенность, что теперь всё наладится.
— Давай, беги уже, — добродушно проворчала колдунья, когда Найра окончательно её обмусолила. — Только будь осторожнее. Как бы, не ограбили.
— Меня не ограбят, — беззаботно откликнулась Найра.
Магда с Кларком вновь переглянулись. Он чуть заметно кивнул.
А Найра уже метнулась к двери. На полпути остановилась, вернулась, чмокнула в щеку старика, в последний раз обняла Магру, взяла с неё обещание поцеловать Гая и вылетела из дома. Мир казался ей прекрасным, а будущее бесконечно счастливым.
….
Найра шла по двору лечебницы к главному зданию, когда её окликнул главный врачеватель. Девушка удивлённо обернулась — вчера Окато говорил, что его не будет в лечебнице. Врачеватель быстро шёл к ней по дорожке, и длинные полы его плаща взметали белый песок. Вид у него был очень серьёзный.
«Наверное, думает, что я опять пришла с пустыми руками», — подумала она и торопливо сказала:
— Я принесла плату за Фриду. Вот.
Найра даже вынула из-под плаща мешочек с беляками и показала врачевателю. Пусть видит, что она не лжёт.
— Да, да, хорошо, — буркнул он и придержал её руку. — Вижу, ты ещё не навещала сестру.
«Как он узнал?» — изумилась его проницательности Найра и ответила:
— Нет. Я хотела сначала оплатить, а потом пойти к Фриде.
Врачеватель бросил на неё косой взгляд и взял под руку:
— Давай пройдёмся по саду.
Найра недоумённо пожала плечами:
— Как хотите, господин Окато.
Всё так же, поддерживая её под руку, врачеватель медленно повёл Найру по дорожке. В отдалении, ближе к ограде стояла группа больных. Один из них показал в их сторону, и все стали что-то обсуждать.
Окато молчал, лишь песок под его сандалиями похрустывал, словно кто-то грыз орехи.
— Как Фрида сегодня спала? — спросила Найра, желая прервать паузу.
— Крепко, — он помолчал, затем тише сказал: — Посмотри, как светел сегодня Купол.
Она подняла голову. Купол и в самом деле был необычайно светел.
— Да, господин Окато, — послушно ответила она.
— Однажды мы все попадаем к Праматери.
— Да, господин Окато, — улыбнулась она. — Все наши беды здесь лишь подготовка к бесконечному счастью, которое начнётся там, когда Праматерь усадит на свои качели. А в лицо будут лететь брызги живой воды, которую не нужно кукрить.
Найра почувствовала, как горло сжало от восторга, который всегда охватывал её при разговорах о жизни после смерти.
— Однако право попасть туда нужно заслужить, — подхватил он. — Иначе можно попасть к Виллу на его мельницу и мучиться без конца и края.
— Да, господин Окато! — прошептала Найра. Она знала, что пока всё, что её ждёт — это мельница Вилла. Вновь подкатили мысли о том, что нужно всё менять. Пока не поздно, пока можно измениться. Скорее бы Фрида начала ходить! Тогда Найра заберёт её и они вместе уйдут… да хотя бы к полевым. А что, будут жить простыми радостями, возделывать землю. Найра встретит хорошего человека и будет ему верной женой, а Фрида…
Врачеватель легонько сдавил её локоть и сказал, оборвав мечты:
— Радуйся, Найра. Твоя сестра обрела покой на качелях Праматери. Именно потому сегодня так светел купол.
Найра сделала несколько шагов, прежде чем до неё дошёл смысл его слов. Ноги стали будто ватными, и Найра осела на землю. Окато поддержал её, не давая упасть.
— Поверь, Фриде сейчас хорошо, — сказал он. — Нет больше болей, мучавших её несчастное тело.
— Хорошо, — машинально повторила Найра.
Ей казалось, что они говорят о ком-то другом, не о Фриде. Об одной из девушек Весёлого дома. Бэтти или Таре. А может о… но точно не о Фриде. Потому что сестрёнке вчера стало лучше, она начала шевелить пальчиком. Совсем скоро они покинут Город и пойдут к полевым…
— Она покинула нас во сне, — продолжал Окато. — Посмотри наверх! Может, ты увидишь её раскачивающейся на цветочных качелях.
Найра послушно подняла голову. Голова закружилась, и на неё обрушилась темнота.
…
Она очнулась у большого камня. Над ней, с чашей воды в руках, склонилась сестра Маргарет. Подле, сложив на груди руки, стоял господин Окато. Неподалёку взволнованно переговаривались больные. Найра тяжело села, провела ладонью по лицу. Оно было мокрым. «Столько воды мне одной», — удивилась она. Внезапно её накрыло осознание, что Фриды больше нет. Пусть даже она там, на качелях. Но не здесь. И как же… Чем же теперь жить? Ради кого?