Вниз по течению-1 (СИ)

— Ай, девушка милая! Стоит одна, грустит, — закричал мужчина. — Такой красавице нужно быть весёлой. Пойдём в дом, покажу тебе драгоценные камни.
Он подошёл, сильно припадая на правую ногу и держа в руке небольшой сундучок. Найра хотела отказаться, но любопытство пересилило. Дамир часто приносил что-то интересное, что было по карману только Хозяйке. Сьюзи, страсть как любившая драгоценности, после его визитов становилась больной.
— Когда-нибудь, — говорила она Найре, — я куплю самый красивый камень и буду носить его на груди день и ночь, не снимая. Пускай все умрут от зависти!
Найра вместе с Дамиром вошли в дом. Как обычно, приход торговца вызвал волнение. Точно мотыльки на свет, они слетелись из своих комнат вниз и столпились вокруг сундучка торговца. Пришла даже Сьюзи с повязкой на голове.
— Что у тебя там? — спросила Хозяйка.
— Сегодня у меня есть для вас то, чего вы никогда не видели, — Дамир прищёлкнул языком, приоткрыл крышку сундучка. Но тут же захлопнул и прикрыл глаза рукой, будто ослеплённый ярким светом.
— Что такое? — насмешливо спросила Хозяйка.
— Он слишком красив, чтобы мой презренный глаз видел его.
— Тогда закрой свой глаз и дай посмотреть нам! — воскликнула Сьюзи.
— Правильно! — со смехом подхватили остальные, пританцовывая от нетерпения.
Дамир таинственно улыбнулся, вновь приоткрыл сундук и запустил туда руку.
— Это камень огня. Он рождён на дне горящей горы, что возвышается над Лесом. Сверху эта гора холодна и неприступна, но внутри её бушует пламя. И принадлежать он будет прекрасной, холодной красавице, внутри которой бушует пламя страсти. Другую сожжёт.
Несколько девушек испуганно попятились назад. Сьюзи откинула за спину конец шали и воскликнула:
— Ты нашёл такую!
Глаза её горели, губы приоткрылись. Хозяйка приблизилась, оттеснив девушку в сторону, и бросила Дамиру:
— Давай уже, показывай своё чудо.
Торговец перевёл лукавый взгляд с неё на Сьюзи и достал из сундука перстень с крупным тёмно-красным камнем. Сжатый в тисках металла, камень горел мрачноватым красным цветом, точно глаз лесного зверя.
На некоторое время в комнате воцарилась тишина. Не было слышно даже дыхания девушек.
— Сколько ты за него хочешь? — спросила наконец Хозяйка.
— Десять беляков, — ответил Дамир.
— С ума сошёл! — одновременно воскликнули все женщины.
— Пять! — добавила Хозяйка.
— Побойтесь Вилла, госпожа, — рассмеялся Дамир. — За пять вы можете купить на рынке любой булыжник. Но из уважения к вам, могу уступить. Девять.
— Шесть! — взвизгнула она.
— Девять — и не беляком меньше!
Сьюзи кусала губы. Её взгляд метался с перстня на Хозяйку, с той на Дамира и вновь на перстень.
— Ах, так? — воскликнула Хозяйка. — Тогда пошёл вон! Всё равно во всём городе не найдёшь покупательницу на такую цену. Девять беляков. Ха!
— Ошибаетесь, госпожа, — Дамир придал лицу оскорблённое выражение. — С таким перстнем и к Великому Хранителю не стыдно показаться.
— Не смеши меня! Великий Хранитель даже разговаривать с тобой не станет.
— Как знать, — сдержанно улыбнулся он, громко хлопнув крышкой сундучка.
— Ладно, восемь! — закричала Хозяйка. — И ни беляком больше!
В глазах Дамира сверкнуло торжество. Он вновь не спеша поднял крышку.
— Я дам девять! — раздался дрожащий голос Сьюзи.
Все изумлённо повернулись в её сторону. Шаль упала с обнажённых плеч девушки на пол, из приоткрытых губ вырывалось шумное дыхание, в чёрных глазах застыла решимость.
Хозяйка нервно рассмеялась:
— Это шутка?
— Нет, — Сьюзи окинула её высокомерным взглядом.
Комната наполнилась гулом изумлённых голосов. Найра по-прежнему стояла в дверях, не веря своим глазам и ушам. У Сьюзи не могло быть столько беляков. Вчера ей даже долг в шесть «серых» нечем было отдать!
— Ты можешь заплатить прямо сейчас? — спросил Дамир.
Как и остальные, он смотрел на Сьюзи с недоверием.
— Они в моей комнате, — ответила девушка.
— Неси!
— Думаете, я вру? — с вызовом спросила она, обводя присутствующих шальными глазами. — Да я богаче вас всех! Я могу купить этот дом вместе с вами всеми, нищебродки!
 
Круто развернувшись на пятках, она взбежала по лестнице и скрылась в коридоре. Найра бросилась следом. Но Сьюзи захлопнула дверь своей комнаты у неё перед носом. С шумом повернулся в замочной скважине ключ. Найра на мгновение растерялась, затем забарабанила кулаками по двери.
— Это я! — крикнула она. — Пусти!
Сьюзи не ответила.
Наклонившись, Найра заглянула в замочную скважину, но оказалось, что изнутри в ней торчит ключ. Тогда Найра прижалась к двери ухом. Раздался слабый лязг, точно открывали замок сундука, затем крик Сьюзи. В нём было столько отчаяния и боли, что у Найры в животе похолодело. Сразу вспомнился островной. Неужели на подругу напали? Она уже хотела бежать вниз за подмогой, как вдруг в замке повернулся ключ, и дверь распахнулась. На пороге стояла Сьюзи — бледная, постаревшая на десяток лет, с блуждающим безумным взглядом.
— Что случилось? — испуганно прошептала Найра.
Подруга протянула к ней дрожащую руку, в которой был зажат небольшой холщовый мешочек.
— Меня… обокрали, — с трудом выдавила она.
— Как? Кто?
Сьюзи зарыдала в голос. Мешочек выпал у неё из рук на пол, но подруга этого даже не заметила. Покачиваясь, точно пьяная, она подошла к кровати и упала на неё ничком.
Найра подняла мешочек, механически потерла между пальцами грубую ткань. На серой мешковине поступал полустёршийся штамп — три волнообразные линии, перечёркнутые копьём. Знак хранителей.
«Откуда у Сьюзи мешочек со знаком хранителей?» — растерянно подумала она. И вдруг всё поняла. Она метнулась к подруге, схватила её за руки и посадила на кровати. От изумления Сьюзи даже рыдать перестала.
— Ты чего? — недоумённо спросила она.
— Ты продала мокрозяву хранителям? Отвечай!
Сьюзи прикусила губу.
— Ты продала её, пока я ходила в лечебницу! — завизжала Найра. — Чтобы всё тебе одной.
Ей не нужно было признание Сьюзи, она и так увидела ответ в её глазах.
— Дрянь! — Найра со всей силы ударила подругу по лицу. — Я даже ради Фриды не стала! А ты!рянь!
Сьюзи попыталась оттолкнуть её. Найра ударила ещё раз. Сьюзи вцепилась ей в волосы, рванула на себя. Они упали на пол, пытаясь расцарапать лица друг друга. Их разняли прибежавшие на шум девушки, оттащили друг от друга, будто диких кошек.
— Я тебе ещё припомню! — шипела Сьюзи, вытирая кровь с припухшей губы.
— Дрянь! — хрипела в исступлении Найра. — Будь ты проклята! Чтоб тебя как Фриду…
Кто-то мягко, но уверенно обнял её за плечи и увлек к лестнице.
— Идём на улицу, — раздался над ухом голос Магды. — Тебе нужно успокоиться.
— Ненавижу! — шептала Найра, но всё же шла, направляемая твердой рукой колдуньи. Мимо словно во сне проплывали знакомые лица. Все провожали её любопытными взглядами, в ближайшие недели две-три в Весёлом доме только и разговоров будет, что об их драке.
«Уеду отсюда, — с непривычной трезвостью подумала Найра. — Куда угодно, лишь бы подальше. Не могу тут больше».
Они с Магрой вышли на улицу, в лицо пахнуло пылью и запахом старых камней. Найра вдруг подумала, что не видела колдунью, когда зашла в дом вместе с Дамиром. Где она была?
Магда уводила её всё дальше по узким улочкам, между опутанных цеплючом домов.
— Куда мы идём? — спросила Найра.
— Уже пришли, — ответила колдунья и толкнула низкую дверь. Наклонив голову, чтобы не удариться о притолоку, Найра зашла внутрь. Большая комната была наполнена куклами. От крошечных, с указательный палец; до больших, ростом с Найру, а то и выше, — они стояли, сидели, лежали. Некоторые из них были одеты в платье горожан, другие обнажены. Их искусно вырезанные тела выглядели совсем как человеческие, разноцветные бусины глаз мерцали в полумраке, отчего Найре казалось, что её окружила толпа живых людей. Она поняла, что находится в коморке дядюшки Кларка. Сам он — грузный, седой, с бородой, в которой запуталась стружка, — сидел за столом, вытянув вперёд деревянную ногу. Когда-то дядюшка Кларк и его куклы были её лучшими друзьями. Ребёнком Найра любила приходить сюда и представлять, что куклы её друзья, которые её любят и ждут в гости. Но потом она стала бояться их. Как будто что-то случилось, чего Найра не помнила, но что навсегда изменило её отношение к этому месту. Несколько раз она видела дядюшку Кларка на Площади и Базаре, но каждый раз старалась спрятаться, чтобы он, не приведи Праматерь, её не увидел.