Вниз по течению-1 (СИ)

— Премного благодарен, — произнёс незнакомец мягким тенорком. — Но вынужден отказаться.
— Скажите, лягуха настоящая? — перебила Аля.
— Не лягуха, а жаба, — неожиданно ответила за мужчину жаба. — Конкретнее: bufo marinus. И, между прочим, понастоящее некоторых буду.
У неё был тот самый голос, что преследовал Миру с утра. От ужаса у неё перехватило дыхание. Вцепившись в перила, она смотрела на жабу. Как не дико это прозвучит, Мире показалось, что земноводная подавила удовлетворённую улыбку.
Алька ничего не замечала. Наверняка, думала, что мужчина чревовещатель.
— Класс! — воскликнула она. — Как вы это делаете?
Оставив вопрос без ответа, мужчина посмотрел на Миру в упор и сказал:
— Мокрозявы не хотят кукрить.
Она поняла, что надо бежать. Быстрее и как можно дальше. Но не могла заставить себя не то, что сдвинуться с места — даже пошевелиться. Всё тело налилось тяжестью. Алька что-то говорила, но Мира неожиданно перестала её понимать. Зато слова мужчины разобрала отчётливо:
— Это она, — сказал он, обращаясь к жабе.
Она кивнула, глядя на Миру так равнодушно, как только способна смотреть жаба.
— Чего мы ждём? — спросил он.
Вместо ответа жаба сорвалась с плеча и прыгнула на девушку. Время замедлилось: Мира отчётливо видела, как на неё летит жабья туша с вытянутыми лапами, и даже успела подумать: «Смогу увернуться!»
Но в следующее мгновение жаба врезалась ей в грудь с такой силой, будто Миру лягнула лошадь. Всё перевернулось, мелькнул уголок неба, мост оказался сверху, в глаза хлынула вода. Зажмурившись, она молотила руками и ногами, пытаясь выплыть. Внезапно тело сковала неподвижность — будто Миру связали по рукам и ногам. Её охватила паника. Изо всех сил Мира напрягала мускулы, но всё было тщетно: она камнем опускалась на дно. Лёгкие горели огнём без воздуха, в глазах потемнело. Мира ударилась ногами обо что-то твёрдое, пробила его, словно лёд. В тот же миг вернулась подвижность. Вода резко стала ледяной. Мира заработала руками и ногами, как могла сильно. Наверху появился слабый свет. Ещё немного, и она вырвалась на поверхность. Высунув голову, судорожно вдохнула холодный воздух. Перед глазами покачивались радужные круги. Холодно-то как!
Оглядевшись по сторонам, Мира в изумлении увидела бескрайнюю гладь тёмной воды и низкое, затянутое сизыми тучами небо. А где набережная? Где мост, Юсуповский дворец, купол Исаакия? Где Питер? Питер где?!
Её охватил истерический смех. Барахтаясь в воде, Мира тряслась от смеха и холода, щёки обжигали слёзы.
Слева раздался скрип и шлепки по воде. Повернув голову, она увидела, что к ней приближается вёсельная лодка, которой управлял бородатый мужик лет пятидесяти в тёмном плаще.
— Помогите! — всхлипнула Мира, держась на воде из последних сил.
Лодка остановилась неподалёку. Бородач протянул Мире весло, и она вцепилась немеющими от холода руками. Мужчина подтянул весло к лодке, наклонился, обхватил Миру и потащил наверх. Отчего-то показалось, что бородач сейчас выпустит её, она снова упадёт в воду и теперь уж наверняка утонет. Мира попыталась уцепиться мужчине за плечи, но руки скользнули по гладкому плащу. Тогда она схватила лодочника за чёрную с проседью бороду.
— Отпусти, дура! — рявкнул тот.
Мира только сильнее сжала бороду.
Лодочник перетащил её через борт и положил на дно лодки. В ноздри ударил исходящий от мужчины тяжёлый запах пота.
— Пусти, говорю! — приказал мужчина.
Мира с трудом разжала заиндевевшие пальцы.
— Так-то лучше.
Выпрямившись, он оглядел Миру с головы до ног. Впрочем, голова, в отличие от остального, его мало заинтересовала. Мира подумала, что белая футболка прилипла к телу и просвечивает, и торопливо села, обхватив себя за плечи.
— В-вёсла не потеряйте, — зачем-то огрызнулась она. От холода зубы выбивали дробь.
— Не волнуйся, с вёслами всё в порядке, — ответил он, явно насмехаясь над её смущением и
поднял с большого ящика старый потёртый плащ, вроде своего. Кинул ей на колени. Воняло от плаща так, будто на него разом нагадили все питерские коты. Задержав дыхание, она закуталась в одёжку. Стало теплее, но зубы по-прежнему стучали. Ох, понять бы, что происходит!
 
— С-спасибо, — выдавила Мира и попыталась закутаться ещё плотнее, но было уже некуда.
— Пожалуйста, — буднично ответил мужчина. Он вёл себя так, будто по несколько раз в день вытаскивает из воды тонущих.
Мира ещё раз огляделась в поисках признаков города. Но вокруг была только вода. Вода, вода и снова вода. Непонятного оказалось так много, что Мира даже не могла сформулировать вопросы. Она сама была одним сплошным вопросом. Твёрдо понимала лишь одно: человек не может стоять на мосту в центре Петербурга, а через пару минут оказаться за городом. Вот не может и всё.
— Скажите, мы от Питера д-далеко? — простучала она зубами.
— Далеко, — ответил мужчина и налёг на вёсла. Лодка заскользила по реке.
— Очень далеко?
— Очень.
— Это Ленобласть или уже…?
По его лицу скользнула улыбка:
— Уже.
— А сколько километров от Питера?
— Много.
«Может, я потеряла память? — подумала Мира. — И на самом деле после моего падения прошло несколько месяцев? Потому и погода так поменялась. Но я всё в той же одежде, в какой стояла на мосту. Нужно позвонить Альке».
Она поразилась тому, что эта очевидная мысль до сих пор не приходила в голову. Другое дело, что здесь, скорее всего, сеть не ловит, да и плавание вряд ли пошло телефону на пользу, и всё же… Мира ощупала карманы джинсов, куда обычно убирала мобильник. Телефона не оказалось. Чёрт! Утопила.
— Простите, у вас телефон есть? — неуверенно спросила она у лодочника.
— Нет, — ответил он, не глядя в её сторону и всем видом демонстрируя нежелание поддерживать беседу. Нос с горбинкой придал его профилю хищное выражение. Мира подумала, что в другой ситуации ни за что бы с ним не заговорила. Но сейчас на километры вокруг больше никого не было. Несколько минут плыли в молчании, тишину нарушал только скрип уключин и шлепки вёсел по воде. Мира отметила, что бородач моложе, чем ей показалось сначала. Ловкость и быстрота движений, широкие прямые плечи и сила, с которой он гнал вперёд лодку, доказывали, что лет десять надо скинуть.
— Меня Мира зовут, — сказала она. — А вас?
— А я сам прихожу.
Мда, бородатая шутка от бородатого мужика. Ладно, не хочет представляться, не очень-то нужно. Зайдём с другой стороны.
— Как называется эта река?
— Мёртвая.
Мёртвая? Мира о такой даже не слышала.
— А какой город поблизости? Или посёлок?
— По левому борту Элсар, по правому Сухири.
Эти названия она тоже слышала впервые.
— Простите, вы, — она запнулась, но договорила: — Можете со мной поговорить?
— Мы и так говорим.
— Не так, по-человечески.
Мужчина бросил на неё косой взгляд.
— Возможно, я веду себя как идиотка, но я совсем не помню, как оказалась здесь.
Он молчал.
— Понимаете, мы с подругой стояли на Почтамтском мосту, это в центре, недалеко от Дворцовой. Затем я упала в воду. Вернее, меня столкнули, но сейчас это неважно, — она судорожно сжала под плащом руки: — Я стала тонуть, а выплыла уже здесь. Но ведь я не подводная лодка, чтобы проплыть такое расстояние!
Она замолчала, подумав: «Что я перед ним распинаюсь? Всё равно не ответит».
Но мужчина неожиданно спросил:
— Кто тебя сбросил в воду?
Не рассказывать же ему про жабу! Решит, что совсем крезанулась.
— Это неважно, — отмахнулась она.
— Важно, — перебил лодочник и впервые посмотрел на неё в упор. Мира попыталась выдержать его взгляд, не смогла и отпустила глаза.
 
— Так, мальчишки по мосту шли, — торопливо заговорила она. — Один другого пихнул, тот свалился на меня, а я сидела на перилах, не удержалась и упала в воду. Только не надо говорить, что сидеть на перилах не хорошо.
Лодочник перестал грести и подался вперёд, вглядываясь в её лицо. У него были тёмно-карие, даже какие-то чернильные глаза: под цвет воды в реке. У Миры появилось противное ощущение, что он читает её мысли.