Достаточно трёх. Ганзалеон в огне. Книга 5 (СИ)

  
Маргарита Климова
 
Достаточно трёх. Ганзалеон в огне. Книга 5
 
   
Пролог
 
Что только не пережил Ганзалеон за свою жизнь. Расцвет, делёж власти и влияния, проклятие богов, стремительное вымирание, возрождение, процветание и поражение, приведшее к истреблению половины населения и разрушению городов.
Сначала планета пострадала от своего высокомерия, забыв наказ высших беречь женщин, являющихся самой жизнью. Урок был болезненным. Восемьсот лет вымирания расы, вырождение девочек, неспособность продолжить род, поиски возможности размножаться. Найденный способ оказался затратным, проблемным и очень жестоким, но благодаря ему на Ганзалеоне появилась Дариолла, моя бабушка, подарившая надежду, снискавшая благословение богов, давшая умирающему миру дочерей.
С её появлением мы возродились. С надеждой пришли изменения, подрывающие устоявшиеся законы. Чета Зардо перевернула Ганзалеон изнутри. Пересмотр деловых отношений с Землёй, повлекший за собой несколько десятилетий запрета на торговую деятельность, полный разрыв с Самирионом, поставщиком наёмной силы, отброс на дальние рубежи галактики дамиртальцев, нападающих на наши патрулирующие корабли, усиление своего присутствия на Тамулахе, сильно превосходящем все известные планеты в инновационных технологиях.
Могли ли мы тогда предвидеть сговор трёх монстров, решивших прогнуть Ганзалеон, уничтожить население и завладеть ресурсами? Энергетические кристаллы, произрастающие в толще скальных пород, присутствующих только на нашей планете. Природная батарейка, способная питать мобили, станции, корабли, снабжать города электроэнергией. Слишком ценный ресурс, чтобы позволить ганзалеонцам единоличное пользование таким сокровищем.
То ли мы стали мягче и показались беспомощными, то ли жадность и зависть врагов толкнула их на нападение, но, благодаря работе тамулахских учёных, злости и жажды завоеваний Дамиртала, обидам самирионцев, удар оказался сокрушительным.
Вы когда-нибудь видели, как плавится камень, словно восковая фигура? Руст, крупнейший город на севере Замита, познакомился с новым оружием первым. Высотные здания растекались лужами за считанные минуты, погребая под собой сотни тысяч жизней.
Если спросят, какой самый ужасный день в истории Ганзалеона, каждый выживший назовёт именно этот. Первый раз сильные мужчины, непобедимые воины, отцы родов ощутили себя беспомощными, слабыми, неспособными защитить свои семьи.
Ради чего мы столько лет восстанавливали своё право жить и размножаться? Ради чего мы развивались и укрепляли рубежи? Ради всполохов пламени, пожирающих город за городом? Ради слёз женщин, оплакивающих погибших мужей и детей? Ради смертной тоски мужчин, лишившихся смысла жизни вместе с женщинами?
Последние дни были щедро наполнены болью, непониманием, растерянностью и гневом. Чувство мести распирало в груди у каждого ганзалеонца, от ребёнка до старика. Из хранилищ достали родовое оружие и усиленно восполняли пробелы близкого боя. Женские, нежные руки ощутили тяжесть и шероховатость клинка наравне с мужчинами, приготовившись отстаивать свою свободу и независимость.
Сто двадцать лет от начала возрождения стёрли в один миг несколькими ударами, не входя в атмосферу, демонстрируя силу, способную уничтожить не только города, но и всю планету, оставив во вселенной только пыль и космический мусор.
Каменные джунгли, селения, окраины опустели. Оставшиеся в живых засели в шахтах и пещерах, вырыли глубокие норы в лесах, готовясь встретить смертников, пошедших на подлость и трусливое нападение. Днём оттачивали мастерство на мечах, по ночам охотились, добывая дичь, переставшую от страха выходить на белый свет. Размеренная жизнь с удобствами, с развитыми технологиями, сытая и счастливая канула в лета, оставив вместо себя ожидание смерти.
Детский смех больше не звучал под одобрительные голоса родителей, как и плач, манипулирующий ими. Родившись и присасываясь к груди, малыши уже сейчас впитывали страх, ответственность и отвагу. Их помощь состояла в молчании, быстром росте и накоплении сил. Будущие воины, наша надежда на возрождение, продолжение отцов и матерей.
 
Параллельно с координацией штабов и разработкой стратегии, я веду этот дневник, вспоминая прошлое, фиксируя настоящее. Хотелось бы мне, чтобы эти записи стали историей моей жизни, но моя жизнь слишком крепко переплелась с историей Ганзалеона.
Я, Зандал Зардо, внук великой Алины Зардо, Дариоллы, любимой женщины, матери моих отцов, отличившихся ранним браком, противоречащим законам, сумевшим отстоять свою семью и право любить, давшим жизнь мне и моим братьям. Своё имя я получил от высших, благословивших союз родителей и моё рождение.
Это история моей жизни, начавшейся в счастливом прошлом процветания и продолжающаяся в огне, жрущем Ганзалеон, словно продуваемое со всех сторон поле, поросшее сухоцветом. Мне суждено возглавить сопротивление, объединить разрозненные группы и дать отпор захватчикам, возомнившим себя непобедимыми. Изгнать, уничтожить, а после привести ганзалеонцев к долгожданному миру и восстановлению дома. Дома, который мы все помним цветущим, счастливым, встречающим с радостью каждый новый день.
  
Глава 1
 
Я встретил её на открытие ежегодного бала, благословляющего создание новых семей. Только вчера мы вернулись с учений на полигоне, а сегодня первый раз надели смокинги, представ на выборе невест. Алина с Вероникой всегда прилагали максимум усилий для организации самого крупного торжества Ганзалеона. Сюда съезжались красавицы со всех ближайших городов, дабы показать себя в надежде найти свою душу и сердце.
Землянки всё реже прилетали в статусе гиян, и всё больше оставались в роли рабочей силы. Среди них превалировал обслуживающий персонал, работающий в домах, кафе, гостиницах, но также появлялись врачи и учителя для девочек. Учителя для девочек с Земли ценились, особенно преподающие танцы и художественные дисциплины. Это раньше девочек учили держать меч в руках, сейчас же, в эру возрождения, к будущим сакиа относились как сокровищу, оберегая и сдувая пылинки. Девушки порхали, словно цветы, такие же яркие, нежные, манящие.
Она тоже летала от одной колонны к другой, рассматривая претендентов, надевших по этому поводу строгие, чёрные костюмы, белоснежные рубашки и гордо вставив в нагрудные карманы белые платки – знак свободного ганзалеонца, находящегося в поиске. Её скользящие движения привлекали взгляды, не давая возможности оторваться. Такая лёгкая, такая вкусная, такая невесомая и смутно знакомая, будто из детских сказок, читаемых на ночь мамой.
Худенькая, хрупкая, миниатюрная, больше землянка по росту, чем ганзалеонка, но безумно красивая. Зелёные глаза высшей прозрачности, обрамлённые длинными, густыми ресницами, в тон им длинное платье, обволакивающее тончайшем шёлком фигуру, чёрные волосы до колен, развивающиеся с каждым взлётом, пухлые губки кораллового цвета, приоткрывающие жемчужные зубки, и осиная талия, соперничающая тонкостью с чуть более массивными представительницами женской половины.
- Чего застыл, братец? - из толпы выплыл Даторр, неся в двух руках бокалы с игристым вином.
- Оу, оу. Ты же смотришь на неё? – проследил за моим взглядом Маклал. – Девушка в зелёном платье и с шикарными волосами?
- Моя… - произнесли в один голос и сделали шаг вперёд.
- Наша, - обозначил положение и, растолкав братьев, направился в её сторону.
С каждым шагом в груди разгоралось пламя, а ноги сами несли к ней через весь зал. Танцующих ещё было немного, девушки выбирали, общались и, в бо́льшей части, отказывались от приглашения потанцевать. Согласие войти в круг танца означало окончательный выбор девушки будущих мужей и принятие их рода. С замиранием сердца следил за конкурентами, подходящими к моему цветку, и облегчённо выдыхал, когда они получали отказ.