Осколки зеркала

– Подожди, – ухмыльнулся юноша. – Это еще не все.
Вновь послышался гонг.
И еще удар.
И еще.
Грохот стоял такой силы, словно бил не человек, а великан.
Все звуки исчезли, и на короткий миг целый город погрузился в непроницаемое безмолвие. А потом раздался взрыв.
В небо над площадью устремился огненный шар. Он быстро набрал высоту, извиваясь драконом, затем замедлился и исчез. Кайсин захлопала глазами, не понимая, что происходит, а затем вздрогнула, когда мелькнула вспышка и весь небосвод озарила цветастая пятерня. Струи огня гневно трещали и ширились, обвитые языками пламени и разноцветных искр. Это было похоже на звездопад, о котором Кайсин читала в детстве. Длинные хвосты фейерверка располосовали небо и пропали.
Раздался новый взрыв.
И вновь площадь затопило всполохами света.
За ним еще сразу несколько.
И еще.
И еще.
Кайсин сложила кулачки на груди, завороженно наблюдая за салютами. Из влажных глаз покатились слезы, но она не обращала внимания. Все ее мысли были сейчас там, в темном ночном небе, где полыхали зарницы. Люди ликовали, и Кайсин радовалась вместе с ними. Она больше не смогла сдерживать чувства и заплакала. Смеялась, кричала и плакала, и весь мир исчез, оставив после себя лишь зарево фейерверков.
Наконец ударил гонг, и площадь пришла в движение. Послышался людской гомон, заиграла музыка. Праздник продолжался.
Лю подошел ближе и смахнул пальцем слезинку с ее щеки.
– Почему ты плачешь?
Внутри Кайсин клокотала целая буря. Она была рада, весела, но и опечалена, подавлена. Этот вечер должен был закончиться прямо сейчас, если она хочет вернуться домой незамеченной. Девушка почувствовала, как к горлу подступает ком.
– Я… я… – Ей вдруг стало холодно, и она невольно поежилась.
Лю был рядом. Он обнял ее за плечи. В его глазах больше не было страха. Но осталось то, чего Кайсин не различила сразу. Она поняла теперь. Это была…
– Птичка?
– Да, Лю?
Они шептали, будто боялись, что мир их услышит. Холодный ветер принес с собой море и гром. Надвигалась буря.
«И некому меня защитить», – подумала Кайсин.
«Я тебя защищу», – прочла она в глазах Лю.
Он обнял ее крепче. Они грели друг друга дыханием и теплом своих тел. Их губы оказались так близко!
Кайсин хотела поцеловать его.
Всего один поцелуй, который спасет ее ото всех бед мира.
Голова закружилась.
Она дрожала. Слышала стук его сердца.
Лю был совсем рядом.
Всего один поцелуй…
Мир взорвался.
Беззвучные фейерверки озарили разум Кайсин. Она чувствовала солоноватый привкус его губ. Ощущала, как наполняются кровью ее собственные, высохшие, будто она провела неделю в пустыне.
Все заволокло тьмой.
Голова кружилась.
Ноги подкосились, и она повисла на его руках. Это незнакомое чувство, о котором она только читала. Которое ругали все ученые мужи. Которому не было места внутри стен Синего дворца.
Мир взорвался.
Утонул в неясных тенях.
В животе разгорелось пламя.
Ее руки сами собой обвили его шею. Поднялись выше. Впились в его волосы.
Горячие, пылающие ладони прикоснулись к ее спине. Медленно опустились ниже, оставляя после себя горящие следы, и остановились на ее бедрах. Кайсин с трудом понимала, что происходит. И не хотела понимать. Прочь все мысли. То новое чувство становилось сильнее. Оно пронзило ее тело, молнией пронеслось по рукам и ногам, заставляя содрогаться и истомно постанывать. Она не видела ничего, но чувствовала весь мир.
Чувствовала поцелуй.
Чувствовала его.
Снова зазвучала музыка. До слуха донесся людской гомон. Чей-то смех. Хлопки маленьких фейерверков. Мир ожил, забурлил, ночь продолжила свой ход, фонарики в небе полетели дальше ввысь.
Кайсин открыла глаза и увидела Лю.
Его лицо было совсем рядом. Он улыбался, и она улыбнулась в ответ. Сердце словно растворилось в воздухе, и его место занял огонек, который останется там навсегда. За спиной выросли крылья, и Кайсин была готова взлететь, оставить все беды и невзгоды далеко позади и лететь, лететь, вслед за фонариками, вслед за луной.
 
– Птичка.
– Ох, Лю, – Кайсин бросилась в его объятия и прижалась к груди юноши. – Как же… как же это прекрасно.
Он медленно гладил девушку по спине, уткнувшись носом в ее волосы, и размеренно дышал. Но сердце его билось быстро, как и прежде. Лю ничего не ответил. Кайсин понимала его без слов. Случилось нечто чудесное, и объяснять что-либо не требовалось.
Однако время шло, и Лю наконец заговорил:
– Все будет хорошо, Кай. Больше никто не обидит тебя. Я никому не позволю. Все будет хорошо.
– Все будет… – медленно повторила Кайсин, но мысли ее на миг вернулись домой, в темную комнату, где ждало то, чего она не хотела, но не могла от этого отказаться.
– У меня для тебя кое-что есть, – вдруг сказал Лю.
Он выпустил ее из своих объятий, и Кайсин мигом почувствовала себя обнаженной и незащищенной. Зябкий ветер с моря становился сильнее. Девушка поднесла ладони к догорающим свечам, чтобы хоть немного согреться, пока Лю что-то искал среди старых ящиков в углу террасы.
Лю вернулся с продолговатым округлым предметом в руках. Зеркало. Искусно сделанное, оно выглядело дороже всего, что Кайсин видела раньше. Зеркальный диск мерцал лунным светом, а нефритовая ручка и оправа в форме дракона, будто живые, струились под пальцами. Девушка удивленно приняла подарок и посмотрела на отражение. На мгновение Кайсин не узнала себя: она отвыкла видеть собственное лицо умиротворенным и спокойным. Оно было радостным и даже счастливым. Девушка невольно улыбнулась и перевернула зеркало, чтобы рассмотреть с обратной стороны, но обнаружила лишь клубящуюся тьму в отражении.
– Что это? – недоумевала Кайсин. – Почему тут ничего нет?
– Подожди немного, – ответил тот. – Я тоже не сразу увидел.
– Увидел что? – Девушка склонилась над темным отражением и сначала не могла разобрать ничего, кроме странной дымки. Но вскоре та развеялась, стала плотной, обрела черты человеческого лица. – Там… там кто-то есть!
– Да. Я увидел тебя, птичка, – радостно заявил Лю. – Я не знаю почему, но эта темная часть показала мне тебя. Представляешь?
Кайсин снова присмотрелась к отражению и различила в нем облик Лю. Он был закутан в сероватый туман, но улыбался, совсем как сейчас. Девушка охнула и от неожиданности чуть не выронила зеркало.
– Как такое возможно? Где ты нашел его? Украл?
Лю на миг растерялся и виновато потупил глаза.
– Не украл. Честно. Мы с Жу Пенем нашли его в странном месте под городом. Ну, в том тоннеле, про который мы рассказывали. Я захотел его подарить тебе, чтобы… чтобы у тебя было хоть что-то от меня… Прости, если расстроил…
Кайсин резко встала и подошла к юноше.
– Это самый чудесный подарок, – сказала она, взяв Лю за руку. – Теперь я смогу видеть тебя, где бы ты ни был. Спасибо.
Отринув последние сомнения, она приникла к его губам. И даже холодный ветер поутих, решив обойти их стороной, будто понимая, как хрупка первая настоящая и чистая любовь.
  
Долг превыше всего
 
– Кажется, никого.
– Помоги, Малыш.
Лю присел под стеной и сложил ладони. Жу Пень бухнулся напротив, чтобы помочь Кайсин забраться. Карабкаясь по друзьям, как по скалам, девушка встала на плечи Малыша и ухватилась за веревку. Благо до крыши было невысоко. Здоровяк осторожно распрямился и поднял ее. Кайсин покачнулась, но устояла и полезла вверх. Когда она справилась, Лю присоединился к ней.
– Ну, это… мне тут подождать? – послышался голос Жу Пеня.
– Да, – шепнул Лю с высоты. – Я провожу Кай до комнаты и быстро вернусь.
– Не попадись, братец, ой-ей.
– Ты же знаешь, что я осторожен.
– Знаю, – махнул рукой Малыш. – Потому и боюсь.
Когда друг отбежал в тень и спрятался среди кустарников, Лю обернулся к девушке.
– Готова, птичка? – спросил он.