В банде только девушки

Борис с ненавистью глянул на авангард движения. Он, конечно, знал, что молодые длинноногие красотки могут причинить мужчине немало неприятностей. Но эти бестии навсегда отвратили его от себе подобных. Проблуждав по ночному лесу, он теперь понимал, какова настоящая разрушительная сила красоты.
«Если я когда-нибудь женюсь, — дал себе обещание продюсер, — это будет пухленькая домашняя хохлушка».
* * *
— Странно… — Иннокентий Валерианович заглянул в прореху оконного стекла и оглядел пустой зал сельпо. — Не похоже это на штаб Барышкина.
— А на что это похоже? — шофер тоже заглянул в окно.
— На сельпо, — пожал плечами шеф и продолжил свою мысль: — У Барышкина же приняты всякого рода электронные штучки: пульт связи, например. Потом еще парни в камуфляже. Дюжина, не меньше. Я вот помню, когда мы на переговоры приехали…
— Тю, — протянул шофер, — так то ж переговоры! А тут полевые условия. Не до показухи.
— Может быть, ты и прав, — неожиданно согласился Иннокентий Валерианович.
Откуда-то из глубины помещения донеслось слабое завывание.
— Что это? — шеф прислушался.
— Кажется, кто-то зовет на помощь, — несмело предположил шофер.
— И нет никого… — Иннокентий Валерианович оглянулся еще раз.
Остановив цепкий взгляд на шофере, усмехнулся:
— Ну-ка, снимай куртку.
— Зачем? — удивился тот.
— Затем.
Шофер глянул на небо: то ли защиты искал, то ли поддержки. Выглядело это так, словно шеф предложил ему пойти на эшафот. Однако спорить с ним он не стал. Стянул куртку. Иннокентий Валерианович обернул ею кулак и прищурился, оценивая, как лучше ударить по остаткам оконного стекла, чтобы осколки не полетели во все стороны.
— Хотите совет? — прохрипел водитель.
— Не хочу, — отрезал шеф и саданул по стеклу.
Осколки аккуратно посыпались под ноги.
— Теперь иди, — приказал он шоферу, указывая внутрь.
— Я?
— Тут есть еще кто-нибудь?
Шофер вздохнул и полез в разбитое окно. Иннокентий Валерианович внимательно следил за его движениями.
— Ну что? — поинтересовался он, выждав, пока подчиненный осмотрится в магазине.
— Хотите знать, не валяются ли прямо на полу ваши пять миллионов? Так вот я вынужден вас огорчить — не валяются.
— Хватит шутить, умник, — разозлился шеф и тоже залез внутрь.
В зале сельпо было сумрачно и противно. На прилавке копошились жирные мухи.
— Удивительно, почему не едет милиция? — Иннокентий Валерианович покосился на дырку окна, в которую они только что проникли. — Неужели нет сигнализации?
— Да она уже лет пять, как минимум, не работает, — водитель хмыкнул. — Это же сельпо, а не супермаркет.
— Ну да, ну да… — шеф потер переносицу. — Куда же они все подевались?
— Барышкинцы? Наверное, узнали, где та «девятка». Сорвались и покатили.
— Хотел бы я быть на их месте, — шеф глянул на часы. — Так… у меня есть еще как минимум… Времени на поиски хватит.
— А почему вы вдруг заговорили о времени? — изумился шофер. — Пять миллионов искать никогда не поздно.
— Значит, может и такое быть, что окажется вдруг поздно, — загадочно ответил шеф.
— А-а-а, — понимающе кивнул шофер, хотя ничего не понял.
В этот момент до них опять донесся едва различимый стон.
— Ну вот, — радостно констатировал шофер, направляясь к двери подсобки, — не все барышкинцы укатили. Кого-то забыли, кажется.
Одним рывком он оторвал замок от хлипкой петли и открыл дверь.
Иннокентий Валерианович некоторое время слушал приглушенное сопение, потом не выдержал:
— Ну что?
— Если вы про пять миллионов, то их и тут нет, — донеслось из подсобки.
— Я тебе сейчас пошучу! — озверел шеф.
— Ладно, ладно, — в проеме двери появилась довольная физиономия подчиненного, — кое-что тут все-таки лежит.
С этим он снова исчез. Послышалась возня, затем шофер появился и выволок на свет изрядно побитое тело. При ближайшем рассмотрении можно было догадаться, что это Принц.
— Н-да… — заключил Иннокентий Валерианович. — Вот как Барышкин обращается с нужными ему людьми.
— А я всегда говорил — зверь! — с энтузиазмом поддакнул шофер.
 
Принц вздрогнул и, открыв незаплывший глаз, уставился на Иннокентия Валериановича. Узрев его черты, он почему-то улыбнулся. Потом разомкнул пересохшие уста:
— Вы китайцы?
— Во дает! — воскликнул шофер.
— С чего ты взял, что мы китайцы? — строго осведомился шеф.
— А… — Принц вяло махнул рукой, мол, не имеет значения. — Это я так… Мало ли, может, повезет напороться на настоящего китайца. Никогда не знаешь, кто есть человек на самом деле.
— Нечисто тут, — разволновался шофер, — те обкуренные об дерево долбились, этот в каждом нормальном человеке китайца видит.
— Китайцы тоже нормальные люди! — гневно воскликнул Принц и тихо добавил: — К тому же богатые. У меня к ним дело.
— Что, ко всем китайцам сразу? — серьезно спросил Иннокентий Валерианович.
— Ну да.
— Вот и я говорю, — шофер чуть не подпрыгнул от таких заявлений, — сумасшедший.
— Слушай, этот и его шайка, — шеф ткнул двумя пальцами в сидящего на полу Принца, — они всегда были ненормальными. Во всяком случае, нормальными я их никогда не видел. Полные придурки. Так что не паникуй. Лично я спокойно принял тот факт, что этот желает узреть всех китайцев одновременно, а его приятели шляются по округе в женских халатах.
— И долбятся об дерево, — напомнил шофер.
— И это тоже в их жанре.
— Значит, вы не китайцы, — разочаровался Принц.
— Слушай, ты, — шофер сжал кулаки, — меня еще никто китайцем не обзывал! У меня фамилия Иванов, понял? И рожа круглая.
— А где ты видел китайца с узкой рожей? — заупрямился Принц.
— Я ему сейчас во второй глаз заеду, — прошипел шофер.
— А какое у тебя к ним дело? — поинтересовался Иннокентий Валерианович.
Принц распрямил сгорбленную спину и ответил с достоинством:
— Это касается только меня и Китайской Народной Республики.
— Ну-ну, — понимающе кивнул шеф.
— Теперь я понимаю, чего он такой побитый, — в глазах шофера скользнуло холодное презрение. — Он тут всех достал своими русско-китайскими отношениями.
— Не-е, — помотал головой Принц, — козлов своих я разогнал. Потом тут один бык наехал. Потом корова потоптала. В общем, день какой-то дурацкий получился.
— Чего тебя на ферму-то понесло? — процедил шофер, искренне презирая его.
— И ведь что обидно, — продолжал свою мысль Принц, не обратив на него никакого внимания, — сидел бы в Москве. В Москве китайцев сколько хочешь. Прямо на каждом шагу. Чего меня понесло в такую глушь? И деньги потерял, тьфу!
— Это тебя Барышкин китайцев просил найти? — Иннокентий Валерианович сдвинул брови.
— Что-то я не верю, чтобы господин Барышкин так быстро свихнулся, — засомневался шофер. — На прошлой неделе вы с ним в «Метрополе» обедали, так выглядел он вполне нормальным. Ну, если не вспоминать о том, как он начал сплевывать в сторону, когда вы о долге напомнили. И глаз у него нехорошо так задергался. Прямо скажу, в этот момент я подумал, уж не блевонет ли он той курятиной, которой закусывал. Выглядело все это очень неэстетично. Хотя, с другой стороны, что красивого в сумасшествии?
— Да заткнешься ты когда-нибудь! — взревел шеф.
Шофер вздрогнул и отступил на шаг в сторону. И тут же принялся тихонько насвистывать, пялясь в потолок и изображая полное равнодушие к происходящему.
— Какие китайцы тебя интересуют? — Иннокентий Валерианович ласково взглянул на Принца.
— А вы кого из них знаете? — оживился тот.
— Мао Цзедуна.
— А деньги у него есть? — Глаза Принца засветились надеждой.
— Я думаю, да.
— Много?! — Он аж подскочил.
— Своих — не знаю, а общественных немало.
— Вот! — многозначительно изрек Принц. — Он мне очень нужен.
— Решил последовать идеям Мао? — тихо поинтересовался шофер.
— Сколько ты хочешь? — продолжил разговор шеф, недобро косясь на подчиненного.