В банде только девушки
* * *До взрыва осталось 15 часов 04 минуты 47 секунд.
Джеф хлопнул глазами и судорожно заглотнул воздух. В ушах у него стоял звон. Сквозь этот звон он слышал бурную перебранку двух незнакомых ему девчонок, и с каждым их новым словом тиски холодного ужаса все плотнее сжимали сердце. Оно уже не билось, а лишь слабо трепыхалось где-то у левой лопатки.
— А кто тебя за язык тянул! — кричала темненькая девчонка.
— Потому что ты жуткая зануда! — находя столь странный ответ вполне логичным, шипела та, что со светлыми кудряшками.
Джеф почему-то подумал в эту минуту, что темненькая более подошла бы ему для показного романа, именно такой и должна быть девушка молодой «звезды» — тонкая кость, ладное, упругое, как у молодой пантеры, тело, стильная короткая стрижка и полная независимость в черных глазах. Девчонка эта показалась Джефу такой колючей, что он не удивился бы, если бы и в самом деле увидал у нее на голове вместо волос иголки, как у ежа.
«Н-да… — подумал про себя репер, глядя на темненькую, — еще та стерва…»
Она бы точно сгодилась ему в подружки. Его продюсер просто рыдал бы от восторга и такую бы акцию в средствах массовой информации провернул, что скоро в каждой, даже самой убогой подворотне все пацаны и все девчонки знали бы, что у их кумира появилась вполне достойная зазноба.
И все-таки самому реперу больше нравилась вторая — со светлыми кудряшками. Она так трогательно походила на олененка, что Джеф сразу же придумал ей имя Бемби. Еще он с тоской подумал, что судьба-злодейка разлучила их, даже не познакомив. Ну как можно появиться на людях с девушкой, которая совершенно не подходит по имиджу? Она такая нежная, такая ранимая, хоть и кричит сейчас в машине так, что уши закладывает. Все равно Джефу казалось, что если бы речь не шла о каком-то мертвом парне, якобы хранившемся в багажнике «девятки», в которой они все сидели, и если бы тут не было стервозной брюнетки, так напористо наезжавшей на всех и вся, то белокурая Бемби превратилась бы в трогательное существо. Ее синие глаза подернулись бы мечтательным туманом, а щечки — нежно розовым румянцем.
— И что теперь нам делать? — громко спросила брюнетка, в упор глядя на Бемби.
Та потупилась и грустно вздохнула. А Джеф замер, поняв, что, углубившись в совершенно напрасные мечты, пропустил нечто важное, касавшееся его собственной участи.
— Нет, ты напортачила, ты и решай, — настаивала стервозная брюнетка.
— Эй, девчонки. — Джеф попытался встрять в обсуждение. Вышло вяло и хрипло. Однако вполне результативно, потому что обе обернулись и требовательно уставились на него. Под этими взглядами он окончательно стушевался, а потому промычал уже нечто совсем невразумительное: — Это… как бы… что-то я не…
Стервозная брюнетка помолчала с минуту, ожидая продолжения. Потом скривилась:
— Н-да. Впечатляющая речь! Ты что, под дождь попал? — Она ткнула пальцем в его мокрую грудь.
— Почему под дождь, — затравленно пролепетал репер, под брандспойт.
— Только не говори, что ты пожарник. — Темная девица обидно хмыкнула, мол, никакой ты не пожарник, а самое настоящее дерьмо, еще и мокрое.
— Перестань издеваться, — хмуро приструнила ее Бемби. Кровь Джефа слегка потеплела от горячей благодарности.
Ободренный поддержкой, он ответил брюнетке:
— Если в солнечную погоду человек идет по лесу в мокрой одежде, значит, у него за плечами целая история.
Брюнетка склонила голову и, скупо улыбнувшись, заметила:
— Неплохо для трясущегося молокососа. Наверное, у тебя по литературе пятерка, мальчик.
— Перестань на него давить. — Бемби дернула ее за руку. — Пусть он идет своей дорогой.
— Ты хоть понимаешь, куда его ноги приведут после того, как он все узнал? — брюнетка даже задохнулась от возмущения.
— Ну, ты же не предлагаешь его убить? — Бемби пожала плечами и опасливо покосилась на Джефа.
Что-то такое сверкнуло в этом взгляде, что намекнуло несчастному реперу о совсем не благоприятном исходе сегодняшнего муторного дня. Судя по всему, сама Бемби вполне допускала, что его — «звезду» молодежной эстрады — можно замочить как нежелательного свидетеля.
— Есть другие предложения? — Брюнетка окинула его еще менее приятным взором, от которого все самые пессимистичные предположения становились более чем реальными.
Джефа затошнило. Он не хотел признавать, но это был страх. Животный страх за собственную шкуру.
— Эй, — довольно звонко вскричал он, — хватит дурить! Вы что, не узнаете меня?!
Это был порыв отчаяния. Девчонки разом нахмурились, видимо, прикидывая, с кем сидят в машине. Достойных идей у них не нашлось.
— Надеюсь, ты не воскресший Элвис Пресли? — ехидно поинтересовалась брюнетка.
— Нет, я ныне здравствующий Джеф… Во всяком случае, пока здравствующий… — Он с трудом подавил малодушные рыдания.
— Ой! — Бемби всплеснула руками. — Я не верю!
— А чего не верить, — тускло удивился репер, — я тот самый Джеф, из-за диска которого вы переругались, а я, кажется, вляпался в историю по самые помидоры.
— Много ты знаешь о том, кто куда вляпался, — зло огрызнулась брюнетка, разглядывая его так, словно изучала букашку под лупой.
Джефу стало совсем холодно. Ему показалось, что эта суровая черноволосая тварь сдирает с него кожу, чтобы установить подлинность его личности.
— А что ты делал в лесу? — Синие глаза Бемби восхищенно распахнулись. Нет, в них не было тупого идолопоклонства, какое пылало у тех девиц, что гнали Джефа по лесу. В синих глазах Бемби полыхало удивленное восхищение, искрящееся сознанием собственного достоинства. Во всяком случае, так показалось Джефу.
Взгляд Бемби придал ему чуть-чуть уверенности. Он даже приосанился.
— Клип снимал, — хмуро поведал он.
— В лесу, — брюнетка снова растянула тонкие губы в ухмылке.
— Нужно было в лесу снимать, вот и снимали. Это же работа. — Репер вяло повел плечом, показывая несостоятельность ее недоверия.
— Ну, допустим, ты Джеф, — ехидно процедила черноволосая сучка, — хотя я в этом и сомневаюсь…
— А я нет! — выпалила милашка Бемби, в которую Джеф тут же благодарно влюбился. — Я его узнала.
— Это потому, что у тебя не только большая задница, но и голова пустая, — ругнулась брюнетка.
Джефа переполняли чувства. Ему хотелось задушить язвительную заразу. Даже руки зачесались.
— Ну что же, послушаем обладательницу плоской попки и большой, утяжеленной мозгами головы. — Бемби с надрывной надменностью хмыкнула. Она хотела показаться неуязвимой для грубых шуток спутницы. И все-таки на ее прекрасные глаза навернулись слезы, а щечки стали пунцовыми.
— Мне вообще плевать, кто засел в мою машину. Меня больше интересует, как его замочить!
— Что?! — в один голос взревели Джеф и Бемби.
— Пуль у нас не так много, — невозмутимо продолжала брюнетка, явно размышляя вслух, — а тупым ножом пилить шею… Брр, — она передернула плечами, — ужасно нудное занятие. Это если я его еще удержу. Впрочем… — Она снова оценивающе оглядела мгновенно скорчившегося на сиденье Джефа… — Впрочем, если навалиться и связать…
— Ты совсем охренела! — Из его груди вырвался писк. А хотелось кричать. Да так громко, чтобы лопнула треклятая машина, чтобы освободился путь к бегству. Толпа разъяренных поклонниц в эту минуту показалась реперу вполне приятной компанией. Он не прочь был встретиться с ними прямо сейчас. Немедленно!
— В самом деле, — Бемби испуганно икнула, — рехнулась, что ли?!
— Не знаю, как у вас, а у меня нет времени нюни распускать. — Голос брюнетки стал напоминать неприятный звук, какой получается, если с силой тереть наждачную бумагу о железо. — Уже почти стемнело. Еще час, может быть, полтора, и появятся звезды. А мне не хочется ковыряться с покойником до самого рассвета… — Тут она запнулась, покосилась на Джефа и процедила: — С двумя покойниками…
Джеф дернулся к дверце, вцепился в ручку окоченевшими пальцами, лихорадочно задергал ее, пытаясь вырваться на свободу. В какую-то из этих лихих секунд сознание его сжалось в горошину и спряталось где-то в мозжечке. Вся его деятельность теперь подчинилась одному импульсу — бежать. Бежать из этого кошмара.