Начала

– Я немедленно выезжаю туда! Или вот что… Ты можешь сделать так, чтобы меня включили в эту вашу «делегацию»?
– Но ты ведь…
– Волшебник и боевой маг, вернувшийся с двухлетней службы на краю Земель Ста Городов! Между прочим, направленный туда твоей драгоценной Милисентой! Попробуй поговорить с ней, а?
– Ну, я не знаю… Я попытаюсь, – вздохнув, неуверенно ответила девушка. – В конце концов, именно магесса Милисента и возглавляет наш отряд…
– Думаю, тогда она тем более тебе не откажет! Ладно, я в «Семь Тарелок», за вещами.
– Отбываем отсюда, из Дворца Гильдии, сразу после полудня! – крикнула Элениэль вслед выскочившему из ее кабинета Амину.
 
Глава пятая
Впереди, сквозь пелену промозглого утреннего тумана показались стены Гарма. При их виде воспрянули духом и люди, и даже лошади. Небольшой отряд магов и воинов, выехавший вчера в полдень из Далла, был в пути всю ночь, не останавливаясь даже для краткого отдыха. И хотя скакать им пришлось по хорошо наезженной дороге, устали все. Только двое эльфов, Элениэль и Алвил, суровый и неразговорчивый боевой маг, под командованием которого находились полдюжины лучших бойцов магистра Корнуса, оставались бодры, словно и не было позади многих часов пути.
Возглавляла отряд, как и сказала вчера Элениэль, сама госпожа Милисента. Она, к немалому удивлению девушки, сразу же позволила Амину присоединиться к отряду, указав только, что он должен будет подчиняться приказам Алвила. Также из магов Гильдии Далла в Гарм направлялся магистр Вокс, который за прошедшие годы еще больше постарел, осунулся и потерял последние остатки волос. Он то и дело засыпал прямо в седле и, если бы не скакавший рядом воин из Внутренней Стражи Далла, наверняка в конце концов свалился бы прямо под копыта лошадей.
Две дюжины солдат – элитный отряд Внутренней Стражи – сопровождали магов, находясь в авангарде и арьергарде отряда. Архимагистр Торус настоял на этом, несмотря на некоторое недовольство Корнуса. Тому, однако, после недолгого спора пришлось признать – подкрепление его бойцам в случае опасности, особенно внезапной, все же не повредит.
И наконец, к немалому удивлению Амина, в числе «делегации» оказался тот самый задиристый хамоватый гном, с которым он два года назад сталкивался несколько раз во время Дней Пирры – Твердолоб. Впрочем, никакого восторга эта встреча у волшебника не вызвала, так что он старательно уклонялся от соседства с Твердолобом во время пути. Заметив изумление на лице друга при виде гнома во время сборов у Дворца Гильдии, Элениэль шепотом объяснила юноше, что Твердолоб участвует на правах наблюдателя от Гильдии Магов города Колвир, в которой он состоит. И в этом случае на том, чтобы гном отправился в Гарм, настоял Торус, хотя на сей раз Архимагистру возражала сама Милисента.
Гарм, к которому приближался отряд, располагался на крутом холме. Поэтому стены его издали казались куда выше и основательнее, чем, как помнил Амин, были на самом деле. Сейчас, в тумане, город походил на остров, поднимающийся посреди туманного океана. Но чем ближе подъезжали люди, тем четче становились видны вывалившиеся камни древней кладки. Гарм, некогда соперничавший с Даллом по богатству и могуществу, уже более века медленно, но верно приходил во все большее запустение.
– О чем задумался? – спросила Элениэль, догнав Амина.
За время пути девушка словно скинула с себя тот налет важности и самодовольства, что так не понравился волшебнику при их вчерашней встрече. Амин слегка придержал гнедого жеребца, на котором ехал, и негромко ответил:
– Просто вспоминаю… Эти осевшие башни когда-то казались мне огромными, а покрытые мхом стены – суровыми и неприступными… От дома, где я жил, до Гарма было всего три часа пути на телеге, которую еле-еле тянули волы, а мне эта поездка казалась путешествием на край света. А вон там виднеется колокольня Гильдии… Мне казалось, она должна виднеться… Но ее нет! Странно…
– Действительно, – кивнула эльфийка, – я тоже ее прекрасно помню! Может быть, колокольню снесли или она развалилась от старости за те три года, что нас здесь не было?
 
Амин покачал головой:
– Вряд ли. Это ведь была одна из последних построек в Гарме, и горожане очень ею гордились… А Вайран тебе ничего про нее не писал?
– Нет. Я думаю, мы очень скоро все выясним – до ворот осталось не больше четверти часа пути. И давай-ка не будем пока вспоминать про нашего приятеля, – тихо добавила Элениэль и многозначительно покосилась в сторону двух магов из числа подчиненных Корнуса, словно ненароком подъехавших поближе.
– Эй! А ведь я тебя знаю! – раздался совсем рядом бодрый голос гнома. – Только вот не помню откуда… Погоди-ка… Это ведь ты едва не откинулась во время состязаний алхимиков в прошлом, нет, в позапрошлом году? Точно! То-то мне твоя мордашка показалась знакомой. – Твердолоб подмигнул Элениэль.
– А ты, наверно, тот самый гном, которого тогда же за нахальство не хотели выпускать на Арену? – мрачно спросил Амин. Хотя на камзоле гнома и виднелась весьма потертая звезда чародея Гильдии, однако весь его внешний вид и манеры вовсе не вызывали у волшебника желания более уважительно относиться к старшему по званию магу.
Впрочем, сейчас он даже рад был вмешательству Твердолоба в их разговор, уж очень подозрительные взгляды бросали на них маги, ехавшие поблизости.
– А тебя никто не спрашивает, – огрызнулся гном, но, вглядевшись в лицо волшебника, радостно воскликнул: – О, а тебя ведь тогда каменный голем едва в порошок не стер! Я тебя с этой щетиной и не признал сразу… Слушай, – Твердолоб доверительно прошептал, – сбрей ты это позорище, все равно у вас, людей, бороды толком-то и не растут.
Гном расхохотался и гордо погладил свою заплетенную в косичку и заткнутую за пояс седую бороду.
– Ладно-ладно, ты не дуйся! – подъехав, он шутливо толкнул Амина кулаком в бок – тычок получился довольно чувствительным. – Это у меня шутки такие…
– Твердолобые! – не сдержался юноша, но гном не обиделся.
– Точно! – Широкоплечий коротышка ухмыльнулся. – Меня ведь так и прозвали, Твердолоб! Ну а вас-то как зовут?
– Это Элениэль, а я – Амин. – Волшебник понял, что вовсе не сердится на этого наглого и задиристого, но в то же время добродушного гнома.
– Вот и славно! А то ведь я здесь только эту гордячку Милисенту и знаю! – Твердолоб довольно потер заскорузлые мозолистые ладони. – Ну, теперь хоть будет с кем поболтать!
– Знавал я нескольких гномов, – пробормотал Амин, – но, по правде говоря, «поболтать» они были не любители.
Твердолоб неожиданно пригорюнился.
– Да, приятель, так оно и есть – характер у меня, прямо скажу, не то что у моих соплеменничков. Может, поэтому они меня и невзлюбили… Я всего-то и сказал нашим длиннобородым… Хотя, ладно, чего уж там вспоминать! – Гном махнул рукой. – Ого, смотрите-ка, мы вроде как уже и приехали! Ну, вы только подумайте – солнце уже встало, а ворота еще закрыты! Эй, сони, а ну-ка, живо, отворяйте!
Твердолоб подъехал ближе к воротам и изо всех сил грохнул по ним кулаком. Темные деревянные створки, обитые изрядно проржавевшим железом, задрожали. Сверху, сразу с обеих башен по сторонам ворот, появилось несколько голов стражников в шлемах, а прямо на путников нацелилось примерно вдвое больше стрел. В отличие от шлемов, которые, как и железо на воротах, местами изъела ржа, наконечники стрел ярко поблескивали в лучах восходящего солнца.
– Эй, это еще что такое?! – возмущенно рявкнул Твердолоб. – Вы что, пива слишком много выпили или бешенки накурились?
– Не ори, борода, – так же вежливо ответил один из стражей, наклонившись через парапет башни. – Гарм на особом положении, никого не велено ни выпускать, ни впускать. Так что езжайте-ка прямиком в Далл, туда всего-то чуть больше дня пути. Завтра к обеду, глядишь, и доберетесь.
– Пусть кто-нибудь вызовет начальника караула, – громко приказал Алвил, выехав вперед и жестом остановив очередную возмущенную тираду гнома. – Сообщите ему, что из Далла прибыла делегация Гильдии Магов с дружеским визитом к почтеннейшей Гильдии Магов вашего города. Меня зовут Алвил – уверен, это имя известно вашему командиру.