Дождь в твоих ладонях (СИ)
— Баб Зой, так что там с соседкой Шурой приключилось? Вы так и не рассказали.
— Кино! Ты упадешь! История такая значит быть. Был у нее в молодости кавалер Аркаша. Видный парниша, респектабельный. Встречались они недолго. Но успела Шурка забеременеть. Так вот. Они же тогда повздорили, поссорились и разбежались. Растила она Игорька сына-то одна. А сейчас говорит увидела она его по телевизору.
— Кого?
— Аркадия. Стал он знаменитостью. Стихи пишет, романы. В союзе литераторов состоит. Так вот видела она интервью с ним. И поняла, что любит его до сих пор. Вот кино. Так сейчас сама не своя. Как голову закрутило.
— И что? У нее же семья? Муж вроде как есть, — спрашиваю удивлённо.
— Тьфу на него. Муж объелся груш. Пьет он беспробудно. На кой хрен повесила его на шею, как третьего ребенка? Не поймет сама.
— И что? В чем соль истории? — интересуется Демид.
— А в том! Что решила она поехать к нему. На встречу в Москву. На какой-то сбор этих самых литераторов. Вот такие вот пироги.
— Так ей же почти восемьдесят? Или я ошибаюсь? — уточняю.
— И что? Не человек что ли? Ей любви может побольше твоего хочется. Поехала, говорит, к Аркаше своему. Признаюсь в любви, скажу, что дура была. Вот так. И сын должен знать кто его настоящий отец. Вот такая чудо-юдо наша баба Шура.
— По-моему она бросается в омут с головой, — подытоживаю я.
— Так, так, так. Ближе к игре. Ходи. Хочу заполучить свое желание. Нет сил ждать, — обращается Демид к бабе Зое, но при этом смотрит в упор на меня.
— Эх, молодой какой. Погоди, прыткий.
Розанов совсем спокоен. Сидит слегка облокотившись на спинку дивана и не нервничает. Кажется, он уже уверен в своей победе. Я же напротив кусаю губы и кручу свободный локон на пальце. Капец, зря согласилась. Даже представить боюсь, что он мне загадает. Надеюсь, это не что-то из ряда вон выходящее.
Тем временем колода карт кончается. Остаётся у меня семь карт, у Демида четыре, а у бабы Зои пять. Кошмарно. И как я так могла профукать, что у него карт меньше чем у меня? Невезучая простофиля… Совсем перенервничала и не учла это.
— Я хожу, — с нелепой злостью бросаю Демиду девятку бубен.
Он задумчиво закусывает губу. Думает пару секунд. И неожиданно берет карту.
— Тебе нечем крыть? — интересуюсь.
— Есть. Приберегу для особого случая.
— Хорошо, тогда ваш ход, — натянуто улыбнувшись, смотрю на бабу Зою.
Она долго думает. Высчитывает точно в шахматной партии как сходить. И вдруг кладет девятку крести. На мою радость у меня как раз есть король, и я уверено покрываю карту.
— Не спеши, лови! — Демид кидает мою же девятку блин ты блинский.
Эта та самая, которую он только что взял от меня. Проныра! И я снова ошиблась.
— Откуда ты знал? — негодующе вспыхиваю.
— Ниоткуда. Просто действую на удачу. И пока мне фортит. А тебе?
Он чуть привстает и словно хочет заглянуть в мои карты. Я сильно сжимаю их в руках, будто они золотые. Демид задумчиво жуёт нижнюю губу, а потом улыбнувшись своим мыслям, возвращается на место.
— И мне тоже, — отвечаю тише, чувствуя полное фиаско, — почти…
— Тогда бей!
— Сейчас, — бросаю единственный козырь на стол.
— Прости, лови ещё, — Демид подкидывает ещё карту, — и я понимаю, что это окончательный провал.
Шумно вздыхаю, стиснув зубы. С сожалением признаю, что мне нечем крыть.
— Сдаешься? — с ноткой победителя спрашивает сосед.
— Временно, у вас ведь ещё карты на руках.
— Я мог бы подыграть, но это не в моих интересах.
Демид не мешкая кладет карту бабе Зое. Она отбивается. А затем ходит на меня.
Я крою ее карту и вот снова наступает мой черед. Решающий момент. Если брошу ему две злосчастные девятки, то есть маленький шанс, что выпадет не в масть. Если брошу одну карту, то он отобьёт ее и сходит, тем самым займет первое место, а значит, получит свое желание. Этого допустить нельзя!
Эх, была не была.
Осторожно выкладываю ему карты — две девятки.
Демид поднимает брови.
— Ты меня удивляешь… Холодный расчет. Так сильно переживаешь из-за желания? М?
Молчу, но улыбаюсь. Неужели моя песня всё ещё не спета?
— Барабанная дробь, — подкидывает оптимистично баба Зоя.
— И бинго! Шах и мат! — Демид кроет одну девятку валетом, другую козырной семёркой.
— Как это шах и мат? Как это, баб Зой? Ты нечестно играл! — обиженно прикрикиваю.
— Честно. С тебя одно желание… — смакуя каждый слог произносит Демид.
— Игра ещё не закончена. Таня, вот тебе на закваску.
Мне уже безразлично выиграю я Зою Никитичну или нет ведь главная борьба проиграна. И теперь я обязана исполнить его желание…
В груди бешено стучит сердце словно хочет выбраться, так тесно ему в груди. Я ведь знала на что иду… Глупая!
Мы быстро доигрываем, и я остаюсь в дураках. Не везёт так не везёт везде.
— Не расстраивайся. Не везёт в игре, повезет в любви. Тёмка поди предложение уже сделал? А? — подбадривает баба Зоя.
— Что? Эмм. Нет ещё пока… — отрешённо говорю.
Мысли о моем Жукове вдруг отрезвляют, и я делаю глубокий вдох. Я с парнем! Я в отношениях! Демид не станет требовать чего-то от меня… Я не позволю случится даже малейшему контакту между нами.
Мельком гляжу на Демида, но его настойчиво-хищный взор не сулит ничего лайтового. Твою ж ты ёжики!
— Ничего, все будет, — продолжает Зоя Никитична. — Какие твои годы. Ты девушка добрая, хозяйственная, спокойная. Одна не останешься. Помню как мне Федор предложение сделал…
Зоя Никитична начинает рассказ, который я уже слышала много раз. А вот Демид кажется слышит впервые. Мы раздаём ещё карты и играем несколько конов. Потом Зоя Никитична ссылается на усталость и уходит к себе, оставляя нас тет-а-тет.
Промо на «Соль на моих губах»
A0uAEHMh
Глава 13 "Отличное чувство юмора, Висконти"
Демид пододвигается ближе ко мне. И вот наступает момент неизбежного.
— И какое твое желание? — с испугом заглядываю в зелёные глаза.
Демид даже не удивлен моему вопросу. Он знал, что я спрошу.
Смотрю во все глаза. В который раз отмечаю, что Бог явно очень старался, сотворяя его, вылепливаю каждую идеальную чёрточку. Ведь не может быть настолько привлекательного лица. По крайней мере мне такие не попадались.
— Ну? — тихо повторяю.
— Ты! Вся ты! — оглушает ответом он.
— Я? — хлопаю глазами как будто не услышала четкий уверенный ответ.
— Да, ты. Ты — мое желание! От кончиков пальцев на твоих сексуальных ножках до красивых волос. Я хочу всю тебя, Таня… Ты мое желание, малыш… И ты обязана это исполнить…
Я чуть сознание не теряю от такой бесцеремонности. Нет, правда. Даже Тёмка мне в таком не признавался. И когда случился наш первый раз, он не говорил таких вульгарных пошлых фразочек. Да он вообще ничего не говорил. Как-то всё случилось само собой спокойно и без лишних дерзких вспышек.
А этот… Этот… Он. С ума сойти.
Видимо я настолько сильно меняюсь в лице, что Демид начинает улыбаться, потом хмурится, а потом снова улыбается, но уже широко.
— Это шутка. Расслабься, — тихо смеётся, но не сводит с меня взгляда.
Внезапно касается моей ладони. Чтобы я не шлёпнулась в обморок, он берет мою руку в свою. Его рука горячая и слегка шершавая.
— Что ты сказа… Шутка? — я буквально обездвижена. Даже не пытаюсь отнять ладонь.
— Ну… Нет, не шутка. Все что я сказал абсолютная правда. Я… Я хочу тебя… всю… — нажимает большим пальцем в самую середину ладошки.
Чувствую, как по всему телу бегут табуны, нет просто табунищи мурашек. Просто сижу и наблюдаю за своей не совсем адекватной реакцией.
— Но, конечно, не стану требовать этого без твоего согласия. Ты должна сама захотеть быть со мной. Только так, — гладит центр ладони круговыми движениями как бы успокаивая меня.
Щеки горят как от ожога. В груди и в животе чувствую словно… Бабочки? Нет, это скорее птицы, большие птицы, которые широко раскрывают свои крылья, задевая все струны моей души.