Писательница для оборотня (СИ)

Поняв, что мы и не думали выполнять его требование, бывший шеф рванул к своей машине и пустился за нами в погоню. Света лавировала на маленьком матизе как могла, но он, любитель погонять, быстро нагнал нас и стал прижимать к обочине. 
Погоня длилась меньше минуты, ведь блондинка, испугавшись, вылетела на встречку под здоровенный мусоровоз. Раздался визг тормозов и скрежет метала, а после звон бьющегося стекла. Всё тело мне пронзила адская боль, и в глазах стремительно потемнело. 
Лучше бы я так и пребывала в безмятежном неведении, но адский приступ жгучей боли в ногах вернул меня в сознание. Я с трудом смогла сделать вдох, чувствуя ещё и резь в животе. Пошевелиться удавалось с большим трудом, и я лишь опустила взгляд вниз, заметив торчавший из моего бока какой-то пластиковый обломок. Очень походило на то, что последний был от разлетевшейся панели матиза. 
Крови я почему-то не видела, но вот ноги… Такая боль не предвещала ничего утешительного, а мне было страшно и шевельнуть ими. Для полного фиаско оставалось только понять, что от них ничего не осталось. 
Искорёженный металл, крики людей и дым, идущий откуда-то спереди— всё сливалось в кошмарный сон с удушливым запахом горящей химии. 
— Пузикова! Какого чёрта? Идиотка! — В окно, а если точнее, то в ту дыру, что от него осталась, с громким матом влез Макс. 
Он выглядел сердитым и белым как побелка для потолка.  
— Чёт не очень, — хотела произнести я со смехом, но вышел лишь жалобный скулёж. 
— Ничего, подлатают тебя. Спасатели уже здесь, да и скорая подъезжает, — успокоил меня шеф, трясущимися руками выбирая из моих волос осколки стекла. 
Я взглянула в сторону водительского места, но моей новой знакомой там не было.  
— Живая она, только шишка на голове. Весь удар пришёлся на твою сторону, ты под мусоровозом застряла. Её увезли уже на попутке, — ответил Максим на мой немой вопрос. 
— Вытащи меня, — попросила я. 
— Нельзя, у тебя ноги зажаты, а дверь заклинило. Вытащить не получается, да и без врачей не полезу. Ты не отключайся! — потребовал он. 
— Больно… Очень. — Я всхлипнула, уже не в силах терпеть жжение ниже пояса. 
Боль только нарастала, и дышать из-за неё становилось всё тяжелее. Хотелось только зажмуриться, не дышать и не шевелиться. Казалось, что даже мысли причиняли мне боль. 
— Терпи, дорогуша, терпи. Нечего было бегать, ты же писательница, а не спринтер, — недовольно пробубнил Аристов. 
— Молодой человек, отойдите, — послышалось со стороны подошедшего врача. 
Группа людей в форме отстранила Максима от искорёженного автомобиля, и больше я его не видела. Врачи и спасатели ближайшие полчаса, которые длились вечно, оставались единственными, с кем я общалась. Было больно, а ещё страшно, что бывший шеф, от которого я так стремилась убежать, вдруг уедет, оставив меня одну. 
Меня очень долго не могли достать, а когда доставали, я вновь пожалела, что пришла в себя. Из того, что осталось от машины, меня переложили на каталку, одномоментно сделав несколько уколов в бёдра. Обезболивающее почти не помогало, а я ещё и посмотрела на ноги. Они были переломаны, причём каждая в нескольких местах.  
«Теперь мне точно спринтером не стать…» — с горкой усмешкой поняла я. Осознание было молниеносным, отчего сердце забилось быстрее, а потом меня вновь поглотила тьма. 
Пришла я в себя в каком-то странном месте. Скорую и путь в больницу, если тот вообще был, просто не помнила. Вокруг были кирпичные стены, в воздухе чувствовалась сырость, а само помещение напоминало подвал старого дома. Всё вместе совсем не позволяло мне подумать, что я находилась в больнице. 
«Я что, умерла и попала в ад?» — пришла ко мне мысль, полная страха. 
— Что ты сказала? —донёсся голос шефа из темноты дальнего угла. 
— Макс, это ты? 
— Ага. Так что ты там про ад мямлила? — фыркнув, недовольно переспросил он, выходя на свет, исходящий от тусклой лампочки под потолком. 
— Я ничего не говорила… — шепнула в ответ, чувствуя что-то странное, но никак не связанное с травмами после аварии. 
 
— Так и я молчал. 
— Что? Что ты сделал со мной? — В панике откинув покрывало, которым была укрыта, я ошалела, в ужасе прикрывшись им снова. 
Уставившись на Максима, что так и стоял, замерев в нескольких шагах от меня с непроницаемым лицом, я гулко сглотнула. 
— Ты… Ты обратил меня? — тихо спросила у него. 
Понимание этого было таким, словно меня окатили ледяной водой, лишив возможности дышать. 
«Другого выбора не оставалось, иначе бы ты умерла», — каким-то образом ответил он, даже не шевельнув губами. 
5
Глава 5
Осознать новую жизнь уже не совсем человека было непросто, но сложнее оказалось перенести полное обращение и научиться пользоваться незнакомыми навыками. Я даже не успела собраться с вопросами, роившимися у меня в голове, что адски болела, как мои руки стали обрастать шерстью. 
Уже не будучи собой, но видя всё вокруг, я со скулежом свалилась с кровати на бетонный пол. Попытка подняться была максимально неудачной, ведь мощные волчьи лапы подо мной разъехались в разные стороны. Сердце забилось в панике, а я жадно хватала воздух пастью и, как мне казалось, не умела ровным счётом ничего. 
— Ляг! Ложись, я сказал! — строго потребовал Максим, по-прежнему находившийся в человеческом облике. 
Он схватил меня за шею, с силой толкая на пол, а я остро почувствовала его тепло, запах и чувство волнения за меня. 
«Что происходит? Не могу стоять!» — в панике мысленно выкрикнула я, даже не надеясь быть услышанной. 
— Спокойно. Всему предстоит ещё научиться, — сказал он, пытаясь меня успокоить, только вот я чувствовала его неуверенность. 
Он говорил то, во что и сам не верил.  
Паникуя из-за этого, я вновь попыталась подняться. От неумелого дыхания в горло мне залетали текущие слюни, и было непонятно, как в таком облике кашлять. Задыхаясь, я вырвалась из рук Максима и заметалась по помещению, только и успевая перебирать лапами, в попытке зацепиться когтями за пол. 
Снеся кровать, под грохот от её падения я врезалась в кирпичную стену и заскулила. В глазах всё поплыло, и я, сфокусировав взгляд, попыталась снова подняться. Эту попытку прервал появившийся волк, схватив меня где-то в области холки и придавив своим весом к полу. Как бы ни было странно, но подобное не привело к новому витку паники. Наоборот. От тепла, исходившего от зверя, и его чёткого стука сердца, я будто бы успокоилась. 
Или это была не я? 
В теле волчицы, придавленной к полу волком, я пробыла недолго. Вскоре мне удалось вернуться в первоначальный облик, что стало понятно, когда я голым телом ощутила холодный бетон, попутно чувствуя какое-то странное покалывание в руках и ногах. Не успела я оглянуться и хоть немного прийти в себя, как рядом появился обнажённый Макс и принялся материться, как сапожник. 
— Теперь из-за тебя ещё и одежду искать! — ругался он, тряся надо мной клочками от своих вещей. — Даже трусы по швам, ну что ты Пузикова за зараза то такая?! Из-за тебя мы теперь в полной заднице! 
— Ч-что? —подрагивая, пролепетала я, хотя и была возмущена его наглостью. 
К горлу подступил комок, а на глазах у меня почти сразу же проступили слёзы. 
«Сначала напугал до полусмерти, потом уволил и бросил, даже кровати не дал, а в итоге ещё и зачем-то обратил. Лучше бы дал сдохнуть тогда…» — пришла ко мне неутешительная мысль. Ещё немного — и я бы разрыдалась, спрятав лицо в ладонях, но перепачканные бетонной пылью руки шефа резко притянули меня к себе. 
— Ну-ну, чего ты сопли разводишь? Я сгоряча, прости. Ну, Пузикова! Тише… — прошептал он, опять намеренно коверкая мою фамилию. 
Не выдержав, я всё же разревелась, ведь не понимала, что и как будет дальше. «Какая жизнь меня ждёт? Кто я вообще теперь такая? Написав книгу про оборотней, я просто выдумала её сюжет, но мне бы никогда и в голову не пришло, что я сама окажусь в волчьей шкуре», —рассуждала про себя, давясь от горьких рыданий.