Я все умею лучше! Бытовые будни королевского гарнизона (СИ)

— А еще…
— Потом, рядовой. Иди грей воду! — отрезала я.
Осетра унесли, а запах остался. Так же, как и запах в комнате. Но если что, у меня еще две комнаты есть, перееду. Песок из коробки собрали, его кошка рассыпала, но непонятно — в него сходила или нет. По идее должно было все быть просто: есть лоток, есть кошка, кошка ходит в лоток. Или нет?..
Работа закипела, мне даже показалось, что ребятам скучно сидеть без дела, рады хоть какому-то движняку, тем более — обустроить собственный быт. Я села на кровать, одной рукой пыталась прижимать к себе покрывало с Пылью, а второй двинула к себе бумаги и начала набрасывать план работ. Вот только приходилось прерываться, потому что стоило кошке почувствовать, что моя хватка ослабла, как она тут же рвалась на выход. Но я пока справлялась.
Итак. Тренировки. Посмотреть, кто на что способен и подумать, кому какие упражнения показать. Это несложно, это привычно. Можно, кстати, выбить у маршала обустройство места под спортплощадку для игр. Поля же свободные есть вокруг замка, даже за казармами и другими постройками. Рытвины и выжженные участки обозначали, что тренировки какие-то там были. Так почему бы не сделать все цивилизованно?
Ремонт. С этим уже сложнее, возможно, придется приглашать специалистов из деревни или искать кого-то среди местных. Перекрыть крышу, это еще знать надо как. Потом укрепить все здание. По-хорошему его бы, конечно, снести — хотя бы стены, но ломать не строить, да и ломать мне никто не даст. Да и не так и легко все выстроить заново.
А так — обработать стены, зашпаклевать щели, утеплить все хотя бы по минимуму, даже если зимы не холодные, будут сквозняки и дожди, побелить, чтобы было аккуратненько. Конечно, стянуть и местами перестелить полы. Переделать душевую, и отлично, если разделить ее на «мэ» и «жо», так точно быстрее будет происходить процесс, но это не основное.
Я как могла начертила план реконструкции: вот бак, вот второй бак, вот сами душевые, перегородочки, а тут раздевалки, две штуки. Казарму тоже хорошо бы переделать под мужскую и женскую. Но с другой стороны, зачем, когда и так все нормально работает? Что за мысли у меня? Пыль яростно зашевелилась, я снова перехватила ее и почесала то, что нашла, прямо поверх покрывала. Ну, подумала я, при разделении по полу девушкам не будет мешать храп? Хотя сами девушки тоже вполне храпят… И не видела я, чтобы кто-то стеснялся или наоборот нарушал рамки. Другой мир — другое воспитание?
Но тут я все равно поставила вопросительный знак. Надо, не надо, посоветуюсь с Аттикой. Может, их и так все устраивает более чем, а реорганизацию надо проводить с умом, а не по методу эффективного манагемента. Что еще? Итак, краска, побелка, доски…
— Эй, кто там не работает? — завопила я в коридор. — Кто не работает — пишет мне количество мебели, которую уже только выкинуть вслед за осетром! Чтобы я заказала новую!
Да уж, маршал мне голову оторвет за такую резвость. Но меня это почему-то только раззадорило. Убирайтесь, да? Сам виноват! Я тебе так уберусь, что папа всплакнет, когда увидит, вот что превратилась эта задница мира!
— Мра-а-ау!
— Тихо сиди, — предупредила я и зажала кошку под мышкой. Что-то она слишком активная, в роликах на ютьюбе котики как-то спокойнее были! Впрочем, пока Сунь там где-то бегал, я успела не только расчертить казарму и душевые, но и спортплощадку накидать, и даже кое-где по территории наметить план облагораживания и защиты. Криво, конечно, но — да ну в пень, тут все равно одни дырки кругом!
В казарме что-то загремело, кто-то завопил, а потом ко мне вломился Сунь и дрожащими руками отдал честь, мол, все готово. Пройдемте.
— А может, не надо?.. — услышала я тихонькое в спину, но была уверена в своих силах. Да, коты боятся воды, но если придерживать, то все должно быть отлично. Правда, сомнения кое-какие были, так что я поманила Суня на всякий случай за собой. Тот как-то побледнел и поволокся, с начальством спорить нельзя же.
Дверь в офицерскую душевую я прикрыла, сверток с Пылью сунула в руки рядовому, а сама проверила воду. Тепленькая, но не очень. Не холодновато ли будет?
 
— Подогрей еще, я пока кошку выпутаю, — потребовала я, отметив краем сознания, что Сунь отчего-то бочком подобрался к большому тазу, наполовину заполненному водой. Как раз чтобы Пыли до живота доставало. Странный он все же.
Я нащупала, где у кошки предположительно голова, перевернула как надо, отогнула часть покрывала. Почти сразу показалась милая мордочка и серая, но такая вонючая лапка.
— А сейчас мы будем тебя чистить… — улыбнулась я кошке. И, честно, вроде бы я держала ее так же, как держала, но вдруг кошачье тело стало уже, когти вцепились в покрывало и в мою руку. Я охнула от неожиданности, а Пыль уже как опытный альпинист с «кошками» проскакала по моему плечу, перемахнула через меня, напоследок оттолкнувшись от плеча коготочками… Ага, коготочками! Когтищами!
Серая тень в миг оказалась у двери и заскреблась в нее.
— Лейтенант?.. — донеслось с той стороны.
— Не открывать! — рявкнула я и, криво улыбаясь, ласково обратилась к кошке: — Пыль, маленькая, иди-ка ты сюда…
От меня ей было не уйти, я подхватила кошку под живот, выпустила, потому что задние лапы впились мне тут же в ладони. Снова подхватила, быстро перемещая хватку, и наконец с резким выдохом замерла. Что-то с купанием не задалось… Или я чего-то не знала о кошках. Или как-то неправильно рассчитала свои силы. Ну казалось бы! Это же маленькая кошка, ну сколько в ней кило? Максимум три. Почему же тогда кажется, что у меня тут не милая кошь, а агрессивный инопланетный вторженец?
— Все хорошо, лейтенант? — прошептал Сунь, он пытался спрятаться за тазиком. Умный какой! Пыль тем временем дожирала накладной карман на моей куртке. Я держала ее одной рукой за передние лапы, сжав их, а другой — за задние. Сердце кровью обливалось, а вдруг я делаю ей больно. Но, судя по гневным взглядам и силе в лапах, стоит чуть ослабить хватку — и прилетит когтями.
— Просто отлично, все под контролем, — напустила я на себя суровый вид.
— Я читал, что можно взять кошку за загривок и тогда ее можно придержать, только не поднимать, чтобы не пережать горло. Котят так мама-кошка носит, но с возрастом у котов кожа более жесткая становится и поднимать за загривок опасно, — поделился он знанием, как бы глядя в пустоту. Ага, это вовсе не я чего-то не знаю… Впрочем, слова рядового звучали адекватно.
Не с первого раза, но получилось усадить Пыль в таз, а держать приходилось крепко — и за загривок, и за грудь. Казалось, дай хоть намек — и кошка улетит.
— Раз взялся помогать, то помогай! — прошипела я, пристально глядя на Суня. Его, конечно, по поводу желания никто не спрашивал, и понятное дело, что мне хотелось самой вымыть Пыль. Чтобы это было красиво: она стоит, такая милая, лапками в воде перебирает, смотрит на меня своими глазищами… Нет, не такими сумасшедшими, как сейчас, естественно! А я аккуратненько мою, намыливаю, глажу, лапки держу, а не когтями по рукам получаю!
— Что еще ты знаешь о котах?
— У меня дед разводил, но не лесных, а полевых, — поделился Сунь, подлез на коленях к тазу и осторожно принялся поливать кошку ладонями. Пыль не воодушевилась, зашипела, как только это было возможно. — Лесные — они не особо к купанию… К тому же таких больших обычно и не заводят в доме, а если и заводят, то на свободном выгуле. У них и территория должна быть обширная, охотничья. А когда метить начнет и биться с самцами за территорию, ой-ей…
Ага. Вот просто ага и ни слова больше. А с виду как домашняя, хотелось возмутиться мне. Но — черт побери — кажется, я пытаюсь завести маленького манула!
Мытье проходило с переменным успехом, Сунь даже какой-то травяной раствор нашел вместо едучего мыла, чтобы кошке комфортно было. Но Пыль не оценила. Периодически она проявляла норов, пыталась вырваться из моей хватки, становилась на лапами на бортик таза, и спихнуть ее обратно стоило немалых сил. Вода плескалась, заливая нас с Сунем, вымочив и штаны, и сапоги. Мелкая кошь, а сильная — жуть! Вид у нее был такой, что хоть сейчас к кошачьему психологу, жаловаться на людишек. Шерсть прилипла к худому телу, и ребра были видны, и косточки, хотя лапки у кошки были массивные, а уж когти на них… Мне было и жалко кошь, и себя жалко, потому что и так болели запястья и предплечья, жгло где-то под курткой грудь и плечо, кажется, там меня ощутимо разрисовали царапинами.