Время для жизни 2 (СИ)

Хотя, стоит признать и среди девчонок были — очень симпатичные. Да что там — красивые были! Не все, но — все-таки! И как не одергивал себя Косов, что это — еще дети! Но видно, его вторая ипостась, которой было всего двадцать, исподволь считала по-другому.
Причем, сами «дети» таковыми себя не считали тоже! И по причине своей действительной взрослости — в том числе. В это время, пятнадцатилетний человек — это уже почти полностью — человек! Пусть и шпыняют его некоторые старшие, как «сопляка», но это больше относится к опыту в той или иной сфере деятельности, и не более. И мера ответственности и спроса с этих якобы детей уже и впрямь — не детская. Это не в будущем, когда тридцатилетие, а то и сорокалетие человека вовсе не означает его взрослости и даже — зрелости.
«Вот, к примеру, эта юная красавица — Маша, которая тогда, на первом занятии, задала вопрос по поводу его шрама. Кукольное личико, фигурка балерины. Рост, правда — подкачал. Чуть больше полутора метров. И Лиза ошарашила меня сообщением, что этому ангелу — уже шестнадцать! Так-то все у этой девчонки настолько пропорционально, что впору статуэтки с нее лепить. Вот прямо… ух! Но — мелкая! И значит — низзя! Да это-то — понятно! И вполне башка понимает, но… глаза иногда подводят. Так норовят зыркнуть туда, куда — нельзя! Или вот — Света. У той с ростом — все в порядке. И с телом — тоже. Уже! На лицо не такая красивая, как та Маша-Дюймовочка, но — тоже вполне симпатичная. И вот как прикажете мне им поддержки делать? Никогда не понимал, как могут работать мужики-физруки в школах, особенно в старших классах. Ладно еще — когда пень старый, и ему уже все — до фонаря! А ежели — нет? Химическую стерилизацию проходить? Или — хирургическим путем это проделывать? Найн! Нихт шиссен! Не наш метод, если короче!».
Поэтому Иван сразу попросил Лизу — «Ослобони, болярыня, от сей докуки!». Та посмеялась, но понятливо кивнула. Хотя — нет-нет да делала Ивану грозные глаза, когда он вдруг впивался взглядом не туда куда нужно.
«Ну и ладно! Буду впиваться взглядом именно в нее! И это, что характерно — вполне понятно и даже — приятнее. У этой Эльзы — все на месте и уже — можно!».
Тогда, в первый день, они гуляли и бродили почти до самого вечера. Разговаривали, болтали, смеялись. На вопрос Косова — «А чего это она работу «казенит»? Нет занятий в Дома Армии, почему не торопится в институт?», Лиза, постучав ему пальцем по лбу, смеясь, напомнила, что основные экзамены в институте, в том числе и по ее предмету, уже позади. А двоечники — остались на конец августа! Так что — вполне может себе позволить!
— Иван! Но все же… пусть, как ты сказал, это секретно, — рассмеялась она, — где ты умудрился получить пулевое ранение? На стрельбище, что ли? Рикошет?
Косов насупился:
— Не… это — бандитская пуля! — решил пошутить он, не подумав, что того фильма еще и в помине нет.
Но Лиза вдруг задумалась.
— Погоди, погоди… Я слышала в институте, что двое каких-то курсантов отбили у бандитов нашу студентку. И что была вроде бы перестрелка, и что одна наша преподавательница даже перевязывала какого-то курсанта. Так это что… не байка была? Не сплетня какая-нибудь? Очуметь… А мы-то… у нас же столько сказок разных ходит. Студенты же как… народ веселый, вечно чего-то выдумывают. А я, признаться, в последнее время в институте бываю только набегами. Так это ты был, что ли?
Косов промолчал. Замолчала и Лиза, задумавшись. Потом — как проснулась и спросила:
— Это что же получается… Ты у нас и артист, и герой? Да еще… и бабник, к тому же? — она засмеялась, — Я же помню, Иван, как мы с тобой тогда ехали…
Косов шмыгнул носом:
— Не думал, что ты запомнила… И как тебе было?
Девушка засмеялась:
— Товарищ курсант! Не вгоняйте меня в краску! Давай сменим тему…
— Давай!
— Вот ты у меня спрашивал — могу ли я с тобой заниматься? В общем-то… почему бы нет? Мне было бы даже интересно. Но вот вопрос, а тебе-то это — зачем?
— Надо! — упрямо гнул Косов.
— Не… так дело не пойдет! Товарищ помощник инструктора! Дайте развернутый ответ! — улыбаясь, потребовала Лиза.
 
Косов чертыхнулся — не хотелось вносить в веселую атмосферу нехорошее…
— Сейчас, после последних событий, у Германии — самая сильная армия в мире! — буркнул он.
Лиза задумалась, даже нахмурилась.
— Да, теперь понятно. Думаешь, все-таки нападут?
— Мало ли, что я думаю. Но противника, даже вероятного — надо знать. А значит — знать и его язык, — пожал плечами Иван.
— Правильно… Я сама это уже не раз говорила на занятиях кружка. Только… только ко мне на кружок ходят больше, чтобы на меня попялиться. Занимаются — спустя рукава, часто — бросают занятия. Особенно… особенно, когда я от ворот поворот даю. Ну… ты понимаешь?
— Понимаю. Только и их — тоже понимаю. Обидно, наверное, получать отказ от такой красивой девушки! — улыбнулся Косов.
— Обидно им…, - протянула Лиза, — Да я все понимаю, но… что же мне… ай, ладно! Шут с ними! Расскажи лучше, а как твой напарник? Ну — тот, который Зойку тогда катал?
— Так ты не ответила — согласна стать моим преподавателем?
— А вот… а я вот еще погляжу! Может — да, а может и нет! — показала язык Косову девушка, — Да ладно… не дуйся!
И прижалась к нему сильнее.
— Ну сам посуди… как можно отказать и артисту, и герою? — и мордочку состроила такую, что Косов не выдержал, и расхохотался.
А когда успокоился, поглядел налево-направо и, привлек девушку к себе, обняв, поцеловал.
— Вот еще! Совсем уж это несерьезно! — через какое-то время она отстранилась от него, и начала в шутку выговаривать, — Я девушка не такая! Я на первом свидании не целуюсь!
Но потом не выдержала, рассмеялась:
— Хотя… чего это я вру? Всякое бывает. Вот как сейчас, к примеру. Кстати… а ты здорово целуешься! Богатый опыт?
Косов пожал плечами:
— Все в этом мире относительно…
— Ишь ты! А-а-а… ну да, ты ж артист! — хмыкнула Лиза.
— Сейчас я — курсант пехотного училища, — поправил ее Иван.
— Ладно, товарищ курсант! Так ты мне и не ответил — как там твой приятель? Его же Андрей зовут, да? Мне Зойка сказала. А еще… а еще мы же его видели. В кино! Да, точно, в кино! Я еще Зойке на ушко шепнула — видишь, хахаль твой! А она… говорит — ты дура, что ли, тише, тише… Мы с мужьями тогда были. Ага! Мой приезжал в отпуск ненадолго. Опять с собой звал.
— Андрей сейчас на практике, уехал в войска. Только в сентябре будет.
— Да? Жаль, конечно! Он, кстати, Зойке тогда очень понравился. Мы еще долго смеялись, перешучивались, когда ту поездку вспоминали, — веселилась Лиза.
«Странная она. Вроде… и податливая, но что-то и еще есть. Слаба на передок? Ну… может быть. Хотя, может просто играется? И еще… кого же она мне напоминает? Киру? Ну да, есть в ней что-то от Киры. Сейчас даже не про спортивность ее, а… что-то другое. Вот! Зиночку она напоминает точно! Легкостью этой своей. Тезка ее — Лиза? Ну — нет! Та была изначально строга, и лишь потом раскрылась. А эта — прямо вышибает своей простотой. Как она еще преподавателем работает? Ну, а почему нет? Все мы подчас носим маски, и может она в институте носит маску строгой преподши? И что я ей — судья? Ага, впору заныть моралистом — да она блядь! У нее муж есть, а она что? Да хрен их знает, что там у них за отношения. И есть ли вообще эти отношения у них? Нравится она мне? Несомненно! Только вот… несколько обескураживает эта легкость, с которой она пошла мне навстречу. Х-м-м… а пошла ли? Пока — еще ничего не ясно!».
Чтобы хоть немного начать понимать девушку, он, улучив момент, снова обнял ее и поцеловал. Да не просто поцеловал, а основательно так поработал языком — по ее губам. И снаружи, и внутри. И даже немного дал волю рукам, погладив и потискав ее за попу и бедра.
Она опять сначала не препятствовала, но через некоторое время мягко отстранилась.
— Ну вот… Говорила же — здорово целуешься! — чуть переводя дыхание негромко сказала Лиза, — И руки у тебя… умелые. Только знаешь, что я тебе скажу…