Беата умрет последней (СИ)

Беата покачала головой и вздохнула.
Валери всегда была бесшабашной и дерзкой, ей даже в голову не пришло, что ей дадут сдачи. Но кто мог украсть ее дар? А не демон ли? Если уж он обрек Беату на страдания, мог и Валери навредить, просто чтобы посмотреть, как она мучается.
— Демон в Хисшире был призван на нашей поляне, одной из нас, — хмуро сообщила она, — он мог незаметно навредить тебе. Как думаешь, кто мог его вызвать?
— Адалинда, — тут же ответила Валери, — у нее хватило бы глупости продать душу демону за великую любовь. Она каждого симпатичного парня к тебе ревновала, пытаясь понять, ее ли это судьба или так, мимо проходил. Я говорила ей, что она — дура: достаточно навести приворот, и дело в шляпе. Незачем ссорится с подругой из-за какого-то парня. Но Адалинда как-то рявкнула, что это не поможет. Что если ее «принц» тебя хоть раз поцелует, то немедленно уйдет к тебе. Я подумала, что это странно: если он уже приворожен, то поцелуйчиками делу не поможешь. И почему только тебя она видела своей соперницей, а нас с Голди — нет? Но если Ада вызвала демона и пожелала найти свою половинку, то он мог «располовинить» тебя. Ты же знаешь, демоны всегда пытаются обмануть и подставить призывателя. Нашла эта дуреха мужчину своей мечты?
— Нашла, — медленно ответила Беата, — и сделала все, чтобы «защитить» его от меня. Спасибо, Валери. Мне жаль, что с тобой так вышло. Мне пора.
— Погоди, не сворачивай сеанс! Давай еще поболтаем! — Валери бросила нервный взгляд за спину. — Ты меня еще позовешь?
— Боюсь, что нет. Темная магия — не мое.
— Слушай, вытащи меня отсюда, — едва слышно прошептала Валери, — здесь паршиво и страшно. Найди мне тело. Пожалуйста.
У Беаты сжалось сердце.
— Я не могу. Прости.
— Я служить тебе буду! Что угодно сделаю! Мир для тебя завоюю! Не бросай, мы же подруги!
— Валери, это невозможно! Это запрещено, и я не умею воскрешать мертвых.
— Я кое-что знаю насчет этого демона, — горячо зашептала та, — я его не призывала, но я заключила с ним сделку. Он запретил рассказывать о ней, но я все скажу, если ты поможешь!
Беата насторожилась.
— Что за сделку вы заключили?
— Вы все спали, а мне он предложил… — последние слова Валери прозвучали слишком тихо и неразборчиво.
— Что? Что он тебе предложил?
— …забрать у Адалинды… она украла его у тебя…
Валери продолжала тихо бормотать, и Беата не выдержала: придвинулась ближе и повернулась правым ухом к стеклу.
И тут Валери кинулась на зеркало и опрокинула его на Беату.
Та рухнула в ледяной холод. Вокруг было темно, страшно и не было ничего.
— Беата, ты в порядке?
Зеркало перевернули и положили набок, прислонив к чему-то. И тут же вокруг нее возник кусок пространства: отражение гостиной, в которой Харт бросился ее поднимать. Только вот зазеркальный Харт, схвативший ее ледяными пальцами, был куклой, неживой и неестественно твердой, а настоящий бережно держал на руках Валери, успешно вселившуюся в ее тело.
— Хорошо-то как, — выдохнула она и прильнула к Харту. Затем чмокнула в уголок губ. — А ты ничего. Я тебя оставлю себе.
— Что?
— Только зеркало надо разбить. Возьми молоток и грохни его.
Валери не улыбалась и не торжествовала. На ее лице (Беатином лице!) было написано огромное облегчение. И Беата вдруг поняла, почему.
Ничто за ее спиной не было пустым. В нем кто-то был. Оно стояло за границей отражения и ждало, когда окно в мир живых закроется, а узкий островок безопасности исчезнет. Беата почувствовала его ледяное дыхание на своей спине.
Ее охватил ужас.
— Мгла! Помоги! Вытащи меня отсюда!
Черный фамильяр бросился вперед и ударился о стекло. Беата вывалилась обратно, а Валери вскрикнула и бросилась бежать.
— Нет! Я туда не вернусь! Не хочу!
Пуховка бросилась ей под ноги, а Мгла с яростным шипением атаковала спину. Валери раскидала их, как тигрица, но стоило ей схватиться за ручку двери, как на стенах вспыхнули защитные руны, и ее отшвырнуло на середину комнаты.
Харт схватился за молоток.
 
— Беата, что мне делать?
— Ничего, — крикнула та, но он ее не услышал.
— Убей кошек! — закричала Валери. — Они взбесились!
Мгла и Пуховка без устали атаковали ее, тесня назад, к зеркалу.
Но Харт замер, пристально разглядывая ее.
— Ты не она. Ты — Валери.
— Да какая разница? Тело-то одно и то же! Тебе не все равно кого трахать?
Тут Валери вспомнила, что она ведьма, и отшвырнула кошек волной магии, но секунду спустя Харт скрутил ее, схватив за руки.
— Беата, хоть как-нибудь дай понять, что мне делать! Как ее из тебя вытрясти?
Та судорожно огляделась, а затем бросилась к Пуховке.
Мир резко вырос в размерах, но ей было не до кошачьих ощущений.
— Прижми ее к стеклу и не отпускай! — крикнула она.
Харт вздрогнул, но потащил Валери к зеркалу. Та забилась как безумная.
— Нет! Только не туда!
Но Харт неожиданно грубо и резко уронил ее и навалился сверху, прижимая к стеклу.
— Что дальше?
Беата и Мгла атаковали одновременно. Короткий приступ головокружения, и кошачье тело сменилось человеческим. Она ощутила боль и тяжесть. Дернулась, но руки Харта держали ее как стальной капкан. Фамильяры мгновенно прекратили атаку и отступили.
— Отпусти, больно! Это я, я!
— Как мне узнать, что это правда? — жестко спросил он.
— Взгляни в зеркало, Валери там!
Секунду спустя Харт разжал пальцы, отпуская ее.
— Прости, — выдохнул он, — я боялся, что она украдет твое тело навсегда.
Беата повалилась на пол и отползла подальше от зеркала.
— Ничего. Молодец.
Валери взвыла и замолотила кулаками по стеклу.
— Не оставляй меня тут! Пожалуйста! Беата! В кошку всели, я служить буду и никогда больше не наврежу тебе! Я жить хочу! Только жить и все! Оно сожрет меня!
Беата замерла.
Теоретически она могла это сделать. И даже запереть Валери в кошачьем теле, чтобы та не смогла ей повредить. Это безумно, это запрещено, но оставить ее там, в бескрайнем ледяном холоде, значило убить.
Но ведь Валери уже была мертва. Воскрешать мертвых — безумие.
У ведьмы не должно быть два фамильяра. Может, для этого Мгла и приблудилась к ней? Чтобы стать сосудом для Валери? Но они же умрут вместе через год. Или второй раз Валери умирать была не обязана, и у Беаты появился шанс снова спасти ей жизнь?
— Пожалуйста, — надтреснутым голосом взмолилась Валери и вдруг дико закричала, — ты что творишь?! Положи молоток, ублюдок!
Ее крик потонул в звоне осколков. Харт бил по зеркалу с невероятной яростью, а его голубые глаза горели ненавистью.
— Стой! Остановись! Я думала, вытаскивать ее или нет!
— Нет, — произнес он, тяжело дыша, — она заморочила тебя и пыталась погубить, лишь бы выбраться самой. С мертвыми никаких сделок быть не может. Они губительны.
Беата закрыла глаза и бессильно опустилась на пол, в окружении осколков.
Он был прав. Она снова жертвовала жизнью, как полная дура, забыв о себе.
Но если бы ей удалось спасти Валери, ее смерть не была бы напрасной.
— Мне холодно. И паршиво. Обними меня.
Он взял ее на руки и отнес в спальню. Пуховка и Мгла следовали за ними по пятам.
Харт положил Беату в постель и попытался встать, но она вцепилась в него, как в спасательный круг.
— Не уходи.
— Я сделаю тебе горячий чай. С травками, как ты любишь.
— Не хочу чай. Останься.
Он поколебался, но выполнил ее желание. Беата прижалась к нему и закрыла глаза.
Остаток ночи ее трясло от могильного холода, а Харт, Пуховка и Мгла грели ее. Она даже не могла толком сердиться на Валери: от такого жуткого посмертия захочешь сбежать куда угодно. Жить всегда лучше, чем умереть, какой бы эта жизнь не была. И ведь Валери прямо сказала ей, что собиралась украсть ее дар, но не смогла чисто технически! Но Беата даже не насторожилась. Нет, все-таки темная магия не для нее: каждый раз рисковать жизнью и проходить сквозь подобный ужас? Нет, спасибо. Правильно она призвала Пуховку и занималась только травами и снадобьями.