Цикл романов "Новый Михаил". Компиляцияю Книги 1-7 (СИ)

– Понятно. А что другие группы?
– Военные, которые ориентируются на Гинденбурга и Людендорфа, все еще полны уверенности в том, что Германии по силам нанести «удар ужасающей мощи» во Франции, заставив тем самым последнюю запросить мира, и тем самым либо обеспечить себе значительные преимущества при переговорах, либо попытаться за счет Франции и прочих с нее репараций получить возможность пережить осень-зиму и подготовиться к кампании 1918 года.
– И где они возьмут войска для этого самого «удара ужасающей мощи»?
– Не могу знать, ваше величество. Но и на удар в Нормандии у них, по нашей данным разведки, сил не было, но они все же нашлись.
Это да. Но мест, откуда они могут взять войска, не так уж и много. Придется им ужаться или на юге, или на востоке. На юге у них удобные естественные рубежи для обороны, а вот в Прибалтике ситуация весьма печальна для них и пахнет котлом. По факту немцы и так уже начали отвод войск из Курляндии, который все больше напоминает паническое бегство. Впрочем, разведка докладывает о том, что в движение приведены большие силы на Восточном фронте.
– Понятно. Кто еще там в Берлине шалит?
– Насколько можно понять, есть еще группа, ориентированная на наследника трона. Молодой Вильгельм в глазах многих может стать фигурой, которая устроит всех и которая не несет ответственности за действия ни генералов типа Гинденбурга, ни в целом за прошлое царствование. Это более молодые военные, промышленники, прочая публика, которая полагает, что Германия требует обновления, но не готова к унижению. В целом это пока неподтвержденная информация, и, вероятно, в ближайшие дни следует ожидать каких-то событий, которые либо изменят конфигурацию сил в Германии, либо же к нам начнут поступать неофициальные сигналы и предложения от каждой из сторон.
– Что еще?
– В Константинополь прибыла баронесса Беатриса Эфрусси де Ротшильд.
– Я знаю. Уже много кто прибыл, а завтра будет еще больше.
– Это так, ваше величество. Но смею предположить, государь, что, учитывая близость интересов венского дома Эфрусси и дома Ротшильд, возможно на завтрашнем обеде либо после него баронесса может передать какие-то предложения из Вены или Берлина.
Киваю.
– Посмотрим. Что еще на дипломатических фронтах?
– Завтра во второй половине дня в Константинополь прибывает султан Мехмед V. Его служба протокола просит ваше величество о согласии на встречу с султаном до формального подписания Акта о капитуляции.
– Торговаться будет?
– Вероятно. Но я бы обратил внимание вашего величества на сообщения из Коньи. Вчера войска бригадного генерала Мустафы Кемаля перешли Атласский перевал, без боя вошли в Караман, где его встречали как героя. Сегодня пришло сообщение из Коньи, куда генерал Кемаль въехал под всеобщее ликования собравшейся толпы. Сформированный Кемалем Комитет национального спасения обратился к России с предложением о перемирии и о начале переговоров.
– Что хотят?
– Хотят объявить войну Центральным державам, государь.
Ромея. Константинополь. Дворец Единства. Квартира их величеств. 5 (18) сентября 1917 года
Маша демонстративно рухнула в кресло и застонала.
– Боже, мои ноги, моя голова! Как болит спина!
– Кликнуть Натали, пусть тебе сделают массаж?
– Нет. Не знаю. Потом. Не хочу никого видеть. Как я от них всех устала…
Да, вымоталась она знатно. И в Москве не было покоя, и дорога эта ужасная, и сегодня весь день словно на параде. Мучаем себя, как при царском режиме.
Именно в такие моменты собственная квартира становится для нас тем самым убежищем, где можно сбросить с себя тяжелую корону и мантию и побыть просто людьми. Побузить, поныть. Или подурачиться. Нет тут посторонних, а значит, и играть свои августейшие роли не перед кем.
– Да уж, тяжелая у нас с тобой работа, – вспомнив мультик, добавляю с улыбкой, – но мы, цари, народ работящий! Такая уж наша царская доля!
Маша подняла голову и несколько мгновений смотрела на меня недоуменно, а затем прыснула. Уж не знаю, может, я и вправду смешно это сказал, а может, это была просто нервная разрядка, но уставшая девушка искренне и весело засмеялась.
 
Я тоже улыбался, глядя на нее, на то, как уходит из нее усталость и апатия, как вновь наполняется энергией ее душа и тело. Что ж, пятиминутка смехотерапии иной раз творит чудеса.
Наклоняюсь и целую ее улыбающиеся губы.
Через пару минут перевожу дыхание и мягко предлагаю:
– Может, все же кликнуть Натали? Массаж тебе будет очень полезен. Особенно перед завтрашним днем. Помнишь? Приедут твои родители и все семейство. Приедут многие цари и короли, приедут делегации и прочие Эфрусси. Подготовка к церемонии капитуляции осман и к нашей коронации. Приемы, обеды, балы. Понадобится много сил. Давай массаж, а?
– Ну, давай.
– Позвать Натали?
Маша отрицательно качает головой.
– Не хочу никаких массажистов. Сделай все сам. Это будет наилучший массаж.
Улыбаюсь.
– Да, массаж для любимой. Лучшее, что может быть.
– Врунишка. Я знаю кое-что и получше…
  
Глава IX
 
Novum Pax Romana
 
Ромея. Константинополь. Дворец Единства. Квартира их величеств. 6 (19) сентября 1917 года
В рассветном полумраке обворожительная нимфа явилась мне.
– Чем занят мой любимый император?
Она бесшумно вплыла в мой кабинет и, присев на подлокотник моего кресла, обняла. Мягким движением переношу ее себе на колени и целую.
– А у тебя есть много императоров, что я у тебя самый любимый?
– А я не говорила, что «самый», не льсти себе.
– Можно я все же буду себе немножечко льстить?
Она прижимает щеку к моей шее и жарко шепчет:
– Можно…
…Минут через пять мы все же смогли говорить.
– Ты чего поднялась в такую рань, радость моя?
Маша всплеснула руками.
– Представляешь? Просыпаюсь, а муж сбежал. Пришлось отправляться на поиски. Такая детективная история!
Я состроил заинтригованную физиономию и спросил срывающимся шепотом:
– Нашла???
Маша быстро оглянулась по сторонам и, «убедившись», что никого нет, быстро прильнула к моим губам.
После неизбежной паузы мягко глажу уже округлившийся животик и спрашиваю:
– Тебе сегодня получше?
– Вот только не сглазь!
– Молчу-молчу.
Жена задумчиво прислушалась к своим ощущениям и кивнула:
– Я не знаю, возможно, это как-то связано со сменой климата, но в Константинополе мне действительно легче, чем в Москве.
– Привычный средиземноморский климат?
Маша пожала плечами.
– Ну, в Царьграде не настолько тот средиземноморский климат, к которому я привыкла.
– Можем потом поехать в Новый Илион или Порт-Михаил. Там все ж таки Средиземное море. На «Колхиде» дойдем быстро, на то она и императорская яхта.
Императрица милостиво кивнула:
– Я подумаю.
Улыбаюсь.
– А тебе не холодно вот так?
– Я думала, что ты меня как-то согреешь…
Дотягиваюсь до дивана, вытаскиваю из-под наваленных на него чертежей плед и укрываю ее наготу.
– Какой же ты недогадливый у меня…
…Через некоторое время я, возвратившись в реальный мир, собираю разбросанные по полу бумаги и чертежи.
– Так что ты спрашивала?
Маша сладко потянулась на диване, укрытая все тем же пледом, и расслабленно произнесла:
– Я спрашивала, чем это таким важным ты занят, что сбежал от молодой жены. Я было подумала, что ты весь в подготовке к коронации и к завтрашней капитуляции осман. Или хотя бы к сегодняшнему званому обеду. А смотрю, ты в каких-то бумажках зарылся.
– Ну, в подготовке разберутся и без меня. А я, не поверишь, читал проект тайного советника Белелюбского относительно строительства моста через Босфор в районе Константинополя.
Маша удивленно подняла голову от подушки.
– Моста?!
– Ну да, моста. По проекту сего господина построен Императорский мост через Волгу в районе Симбирска. А теперь он хочет построить мост в Константинополе. Так хочет, что занимался проектом с осени прошлого года, будучи уверенным, по его словам, что в этот раз Россия обязательно возьмет Проливы.