Безымяныш. Земля (СИ)

— Всё. Теперь мы с тобой связаны, Сер, — сообщил мне Ебор, убрав руки. — Буду так тебя называть, чтобы ни у кого не возникло вопросов. Господин сказал, ты когда-то был знаменит. Пусть, под кличкой «Сквозняк», но лучше перебдеть. Будешь Сер.
Я кивнул. Кроме жестов и мимики у меня больше нет инструментов общения. Сомневаюсь, что мне выдадут писчие принадлежности.
— Чтобы ты понимал бесполезность попыток удрать, объясняю, — продолжил Ебор. — Наша связка дала мне возможность всегда знать, где ты есть. Буду чувствовать направление и примерное расстояние. Причём, я в любой миг могу обездвижить тебя. Тело просто отнимется. Вот так.
Демонстрация впечатлила. Интересный дар. Дышать и двигать глазами могу, но на этом и всё.
— И это ещё не всё, — сообщил порожник. — Моя смерть — твоя смерть. Если я умру, ты мгновенно откинешься тоже. Вот такая особенность дара. Снять же связку могу только я, что и сделаю перед самым барьером. Понятно?
Я снова кивнул. Замечательный дар. Для подобной работы идеально подходит. Хорошо, что у меня нет задачи — сбежать.
— Ты мне нравишься, — улыбнулся Ебор. — Не болтливый, понятливый. Не дури, и время, что займёт ожидание Выхода, проведёшь в нормальных условиях. У стены переставим тебе даже браслеты вперёд, чтобы было удобнее. Я не изверг и не мучитель. Я просто выполняю свою работу. Хорошо выполняю. Ты обещал, что у меня не будет с тобой проблем. Держи слово, и всё будет хорошо. Пойдём, — поманил меня Ебор к выходу из камеры, где завершения нашего разговора дожидались два хмурых солдата. — Здесь сидеть ты не будешь. Есть место получше. А, может, и вообще, сразу двинемся дальше. Смотря, какой там лоскут принесло.
* * *
До окраин города мы добирались пешком. Шли налегке. Видимо, всё необходимое для длительного путешествия дожидается нас у прохода сквозь горы. Прозвучавшее пару раз «Выход» намекало на то, что для перехода на Твердь есть конкретное место. Видно, горная стена окружает весь кольцевой материк, разрываясь лишь здесь и в какой-то своей северной части. Как попасть туда, при постоянном перемещении фрагментов поверхности суши, у меня пока нет догадок. Разве что, скачки лоскутов не случайны и имеют в своём движении определённую закономерность.
Мир-ловушка гораздо хитрее, чем мы о нём думали. Аномальная планета с орбиты выглядит совершенно иначе. Очертания материков и океанов не соответствуют истине. Обманка, защитная иллюзия. Мощь создателей этого чуда воистину безгранична. Не удивлюсь, если и приземлиться здесь можно исключительно в первых двух поясах, где способны жить люди. Вернее, способны плодиться.
Вершина-Вершиной, но в своём к ней стремлении мне нельзя забывать про гахаров. Их здесь много. Возможно, едва ли не всё крыло ловчих в полном составе отправилась сюда вслед за мной. С этих фанатиков станется. И на Земле тоже можно наткнуться на одного из врагов. Тот же Ханс, как бы тварь, захватившую его тело, не звали, уплыл сюда осенью. До него тоже, видимо, были ушедшие дальше. Да и встречу с гахарами, сразу же очутившимися в этом поясе, если такое возможно, тоже нельзя исключать. Не в Китаре меня они тут же почувствуют. И это самый большой риск — ведь в пути я беспомощен. Но здесь только везение. Я на это никак не могу повлиять.
Размышлял в основном уже сидя в повозке. Поднимавшийся за рекой лес мы проехали быстро, и к полудню уже добрались до перекрывающей ущелье стены. Прижавшаяся с этой стороны к ней промышленная зона напоминала логистический узел. Но не наличием транспортных подходов, а складской зоной, многократно перекрывающей потребности расположенного на побережье города. У них тут настоящий распределительный хаб. Пустые и с грузом повозки так и снуют туда-сюда. Трафик невероятно плотный. И где только берут фураж в нужном объёме на такое число лошадей?
Впрочем, ответ очевиден. Там, за стеной, целый мир, полный в том числе и овса. Или чем там они кормят животных. Торговля с Землёй процветает. Масштабы же её подтверждают теорию, что Порог исполняет роль общего рынка. И это наводит на определённые мысли. У них тут что, каждый раз появляется полис на той стороне? Получается так. Но теория вероятности категорически против подобного. Шанс выхода в конкретную точку обжитого лоскута — а даже в Предземье известно, что их ровно сорок — ничтожно мал. Вот слом всех моих прежних знаний про Землю.
 
И подтверждение выведенной мной теории я получил, едва мы въехали в складскую зону, когда Ебор окликнул правящего встречной повозкой мужчину.
— Ей, уважаемый, что там за полис сегодня? — выкрикнул мой провожатый.
— Арх, сударь. Бобы с семенами рекой. Говорят, оборот у них очень удачный.
— Благодарю! — махнул вознице Ебор.
И, повернувшись к нам с солдатами охраны, скривился.
— Седмица насмарку. Скакать в Архе к Выходу… Нет, спасибо. Ждём следующий лоскут.
Он сказал: «лоскут», а не «Полис». И через седмицу. Всё очевидно. По каким-то причинам к Порогу приносит только обжитые лоскуты. И точно так же они через время, пределом которого, судя по всему, является тоже прозвучавший только что «оборот», оказываются возле искомого нами Выхода на Твердь.
Долго странствовать, в смысле идти или ехать, нам не придётся. Лоскут сам доставит на место. Этакий скачущий лайнер со всеми удобствами. Заходи на борт и спокойно жди, когда будет твоя остановка. Как всё просто.
Одна беда. Лайнер лайнеру рознь, и занявший сейчас посадочное поле «Арх», видимо, эконом-класса. Он нам не подходит. Придётся неделю ждать следующий.
Ничего, подождём. Ебор знает, что делает. Сказал нет, значит этот Арх — не то место, где стоит скакать по Земле. Повысасываю пока из округи крохи протоэнергии. Здесь разреженность та же, что и в Предземье. Раз уж я в этом теле надолго, надо заняться каркасом. Снова начинаю с узлов.
Интересно, а как там Китар?
 Глава вторая 
 Скоморохи на рынке 
— Примерь-ка вот это. Это самый маленький размер, что у нас есть. Извини. Слишком редко к нам попадают настолько юные парни. Обувь тоже, наверное, будет болтаться, но это всё временно. Дальше в полисе уже подберут по ноге и одежду нормальную выдадут. Мы ведь так — временное пристанище. Вы у нас ненадолго.
Занимающаяся выдачей новой одежды некрасивая женщина со вздёрнутой верхней губой сунула мне в руки тряпичный свёрток. Это серый бесформенный балахон с мешковатыми штанами, верёвкой-подвязкой и грубым исподним. В тоже самое как раз обряжаются прошедшие передо мной мужики. Одёжа — паршивее некуда. И неказистая обувка туда же. Всё своё мы только что сдали перед помывкой и сюда уже вошли голышом. Даже как-то неловко, ведь всё-таки бабы на выдаче.
Отобрали, кстати, всё подчистую, как и было обещано. Обыск тщательный. Даже в рот заглядывали. Стопудово придётся Ло в своём говне ковыряться, чтобы сохранить кубик. А вот мечи, видно, так с кораблём дальше плавать и будут, пока их морской зверь не сдерёт. Если ещё не содрал. Да и Единый с ними. Тут, чую, совсем за другое переживать нужно.
Опять ничего не сказали нам толком. Приветствия, напутствия, общие слова про Учение Единого и Путь. Загнали в эти казённые палаты, а дальше что — молчат гады. Переодели в хламиды, куда-то ведут.
О, трапезная! Ну, хоть пожрём, наконец. С утра маковой росинки во рту не валялось. Каша с мясом, густая похлёбка, хлеб тёплый ещё. С едой всё путём здесь. Вот только поболтать с глазу на глаз с товарищами пока нет возможности. Постоянно присмотр повсюду. И сейчас меж столов туда-сюда ходят, поглядывают. Не, ну точно застенки, в каких Айк сидел. Поди, скоро и вовсе за решётку засунут. Как-то странно начинается Путь. Не того народ ждал.
После обеда — или это был уже ужин — нас отвели в большую комнату с решётками на окнах и с расставленными в несколько рядов двухярусными койками. Внутри, на боковой стене, двери в сразу два нужника. Там, помимо дыр в полу, рукомойники, а на каждой кровати полотенце лежит. Тут нас уже не стали разделять с бабами — все тридцать пять человек в одной горнице. Видимо, мы здесь, и действительно, ненадолго.