Свой выбор (СИ)
Гарри нахмурился, но кивнул. Он кое-что читал про диагностические чары, но весьма смутно представлял, что именно использовала мадам Помфри на нем. Оставалось лишь надеяться, что ничего ужасного не обнаружилось.
* * *— Поппи? — вопросительно изогнул бровь Филиус, стоило Гарри Поттеру покинуть зал. — Что ты там такое увидела?
Волшебница молчала, глядя на то, как на пергаменте строчка за строчкой появляется результат.
Поппи Помфри работала в Хогвартсе не первый год и видела всякое. С каждым годом она надеялась, что душа зачерствеет, что колдоведьма перестанет так остро реагировать на болезни детей, но ничего подобного не происходило. И даже в те минуты, когда женщина строгим голосом выдавала детям указания, в душе она вместе с ними переживала каждую их простуду, каждый ушиб и каждый перелом. Дети в мире магии всегда были наивысшей ценностью, а клятвы, которые давали все медики, обостряли чувство сострадания.
В свое время Поппи кого только не выхаживала. Тот же Снейп, ныне профессор и мастер зелий, все еще помнился ведьме слабым и болезненным мальчиком, который нередко становился жертвой проклятий в стенах школы, а с каникул не раз и не два возвращался в синяках и ссадинах.
— Хроническое недоедание… — выдохнула Помфри, зачитывая самые проблемные моменты. — Перелом лучевой кости правой руки, переломы пальцев левой… Ребра… Сотрясение мозга не менее пяти раз. Воспаление легких в возрасте до двух лет.
Мужчины переглянулись. За этот день — а осмотр прошли почти все воронята! — это был самый внушительный список пережитых ребенком травм.
— Удивительно, что при этом у него развитие магического ядра выше среднего, — с толикой яда выдала мадам Помфри. — А магические выбросы, судя по всему, не нанесли какого-либо урона самому мистеру Поттеру.
— Эти травмы… — тихо начал профессор чар. — Это последствия какого-то одного происшествия, Поппи?
— Нет, — покачала головой ведьма. — Большая часть произошла с двух до восьми лет. Лишь последнее сотрясение — чуть больше года назад.
Преподаватели снова переглянулись.
— Что нужно, Поппи? — сдавленно уточнил Северус, потянувшись к своей записной книжке. — Придется исправлять какие-то из переломов?
— К счастью все срослось на удивление хорошо, — признала медик. — Но недоедание очень пагубно сказалось на здоровье мальчика. Если сейчас ничего не сделать, он будет отставать в физическом развитии и вряд ли вырастет достаточно высоким.
Снейп кивнул, делая пометки. Он уже получил сегодня пару заказов на витаминное зелье. Теперь же он просто решил, что вместо трех модификаций сварит одну, самую сильную.
— Я думала, он просто маленький, а у него все косточки торчат… — прошептала Поппи, ее глаза вновь наполнились слезами. При коллегах она могла и всплакнуть.
— Ничего, Поппи, ничего, — успокоил Флитвик. — Он еще маленький и пока все можно исправить! Напиши рекомендации по питанию, я передам их главному эльфу по столу Рейвенкло. И… возможно стоит попросить старосту, чтобы присматривала. Хотя мальчик не пропускает приемы пищи и ест с удовольствием, так что вряд ли возникнут проблемы!
* * *Вечером декан собрал всех первокурсников и сообщил, что у некоторых ребят выявили небольшие проблемы со здоровьем, а потому придется принимать зелья. Перед сном Гарри обнаружил на своей тумбочке кружку с теплым молоком и маленькую бутылочку с какой-то жидкостью. Та пахла лимоном и цветами.
— Витаминное зелье, — пояснил Энтони, стоило Поттеру уточнить у соседей. — Ничего такого. Оно даже вкусненькое! Я бы тоже хотел… Вроде бы какую-то его модификацию всем добавляют в сок, но та безвкусная. А тут явно концентрация побольше.
Гарри пожал плечами и безропотно выпил. Кольцо на зелье не отреагировало, и мальчик спокойно запил его молоком.
Глава 29. На земле и в небе
Утром ребята увидели в общей гостиной объявление о том, что со вторника у первокурсников начинаются уроки полетов. Эта тема подверглась бурному обсуждению за завтраком. Да и за другими столами то и дело звучали слова «квиддич», «метла» и «летать».
Гарри слушал всех кругом с интересом, но весьма смутно представлял себя на метле. Рассказы ребят о полетах не вызывали у него ни ужаса, ни зависти, лишь весьма скромное любопытство. Мальчик много раз встречал в маггловских книгах рассказы про ведьм и колдунов, летающих на метлах, но пока ни разу не видел процесс в действии. И больше всего Поттера интересовали чары, встроенные в метлу. Очень хотелось рассмотреть их повнимательнее.
В итоге Гарри рискнул спросить старосту Роберта, есть ли у того метла и можно ли на нее посмотреть. Вопрос не вызвал насмешек. Наоборот, те студенты, у кого были метлы, устроили показ своих летных агрегатов в общей гостиной, и каждый первокурсник смог подержать в руках разные модели, а Гарри — изучить принцип действия.
Заодно всех малышей предупредили о том, что школьные метлы — настоящая рухлядь и с ними нужно быть осторожными. А игроки факультетской команды провели базовый инструктаж, чтобы первокурсники не ударили в грязь лицом и не испугались, если что-то пойдет не так.
— Мадам Хуч неплохой учитель, — пояснил Роберт. — Но она в основном контактирует с игроками, следит за тренировками, судит матчи. Она не так уж подробно объясняет технику полета на уроках. Но не волнуйтесь, полеты не надо сдавать на экзаменах в конце года. Да и самих занятий всего несколько.
Многие девочки с облегчением выдохнули. Только Лайза решительно вздернула носик и заявила, что будет пробоваться в команду на следующий год.
Ко вторнику первокурсники всех факультетов сгорали от страха и нетерпения, ожидая урок полетов. Гарри уже привычно пил чай, молча прислушиваясь к разговорам за столом Рейвенкло и Гриффиндора. Рон бурно спорил с Симусом Финниганом, доказывая, что его любимая команда по квиддичу самая лучшая. Грейнджер громко декламировала советы из книги «Квиддич сквозь века». Было слышно даже, как за столом Слизерина что-то кому-то доказывал Драко Малфой. Самым несчастным из всех первокурсников выглядел Невилл. Он ничего не ел и к концу завтрака стал совершенно зеленым.
Полеты у студентов проходили так же спаренными занятиями, и вороны вновь отправились получать новые знания вместе с барсуками.
— Не завидую я грифам, — хмыкнул Энтони. — Мало им того, что постоянно со слизеринцами воюют, так еще тут сразу два противостояния сойдутся: вражда факультетов и школьный квиддич.
Погода выдалась чудесная. Трава зеленела, на небе ни облачка. То, что нужно, чтобы осторожно освоить довольно опасную дисциплину и осмотреть территорию школы с высоты нескольких десятков футов.
— Доброе утро! — возвестила о своем прибытии мадам Хуч. Это была решительная волшебница с хищными чертами лица, желтыми глазами и короткими светлыми волосами. — Ну? Чего вы ждете? Пусть каждый встанет напротив метлы!
Дети засуетились. Метлы выглядели гораздо хуже тех, что показывали старшие, а потому ни у кого не было надежды выбрать что-то получше. Гарри просто шагнул к ближайшей и уставился на свою деревянную напарницу по освоению неба. Метла выглядела так, словно между уроками полетов ею мели двор, а потом еще сражались, как на мечах. Но чары выглядели неплохо, хотя что-то было не так с той частью, что отвечала, похоже, за поворот метлы.
— Вытяните правую руку над метлой и скажите «Вверх!» — подала следующую команду мадам Хуч.
Метла Гарри прыгнула ему в руку в тот же миг, как он отдал команду, но у многих летательные приспособления так и остались на земле, а у Невилла метла и вовсе откатилась в сторону. Все засмеялись, а Гарри внимательно глянул на его метлу.
— Простите, мадам Хуч! — позвал Гарри волшебницу.
— Да? — преподавательница оглянулась на мальчика.
— Я думаю, Невиллу Лонгботтому нужно заменить метлу, — четко выговорил он, глядя в глаза женщине. — У его метлы полностью сбит механизм управления. Я бы даже сказал, что этот самый механизм лучше всего характеризует выражение «в клочья!».