Память сердца (СИ)

  
Глава 3
 
Фейри в силе своей слишком велики. На том уровне, что могут менять природу сущего, переделывая по своему усмотрению. От того мы, веды, их не особо любим.
Мы за порядок, а они в угоду своим желаниям и фантазиям готовы переделать что угодно, насколько сильно и каковы будут последствия вопрос другой.
От того в стабильных мирах фейри не особо жалуют, особенно власти. Взбредет такому что-то изменить — пиши пропало. Мосты станут хрустальными, парки озерами, а лошади крылатыми. А все потому, что было слишком просто и скучно, и это у меня скудное воображение.
У них выдумки хватит на гораздо большее. Хорошо, что наш мир они стороной обходят, те, что чистокровные, самые опасные. Скучный он у нас для их полета фантазии, не захватывающий.
Мне с чистокровками сталкиваться, слава всеблагой, не приходилось, несмотря на весь мой немалый опыт. А вот Черныш, судя по прищуренному взгляду, с такими встречался. Ему, заядлому прыгуну, много где бывать довелось.
— Полно Мрамор, мне надо это и сейчас, — сдержанно произнес хмурый Нордвиг, отвечая на фразу хитрющего фейри.
Вот уж, кто точно просто так ничего делать не станет, только выгоду да корысть свою преследуя. Поговаривают, что у фейри вообще дружеских чувств не бывает, как и особых привязанностей. Интерес, да и только, к тому, что спасает этих древних от скуки, и пока спасает.
Теперь мне стало понятно, из какого камня крупная сережка в ухе фейри, напоминающая большую каплю. Серый, неопознанный мной камень, с белыми вкраплениями и сизыми прожилками. Мрамор. Лорды фейри носят сережку из камня, обозначающего их имя.
Одет он был просто, в немаркий темно-серый костюм, с верхом, больше напоминающим камзол. И даже одежда выделяла его из окружения, как необычным фасоном, так и дорогой иномирской тканью.
Белоснежный шейный платок бросался в глаза непередаваемой чистотой, так и притягивая взгляд. Ростом фейри был даже чуть выше Нордвига. Поджарый, но не щуплый, с фигурой отлично закаленного бойца. И такими же движениями, словно сдерживается, чтобы не ринуться в бой.
Судя по тому, что маг назвал его Мрамором, он из лордов. А уж о понимании уровня значимости можно судить по ценности камня в принятом фейри имени. Так, рубин и сапфир всяко выше бирюзы и малахита. А он Мрамор, значит, пониже будет.
Оно к лучшему, лорды фейри еще те затейники. Которые в своих мирах не живут, в Благой и Неблагой двор не играют, предпочитают заниматься научными исследованиями. Причем такими, что лучше не соваться. И совсем не хотелось знать, чем занимается этот конкретный лорд, напрочь.
И где только Нордвиг его раздобыл? Да еще умудрился некую услугу оказать, должником сделав. Сейчас этот долг истребует, судя по разговору. В том, что фейри здесь справиться, даже сомнения не возникает. С их уровнем он мог эту гору срыть целиком, да еще и пространственные разрывы залатать.
— Как не понять, дочь! — ответил фейри с хитрой усмешкой. И словно внезапно заметил меня, перевел взгляд, пристально рассматривая. И так сказал, что не поймешь, чью дочь он имеет в виду. — Молодая, одаренная, несмышленая, — продолжал фейри с легкой насмешкой, все также на меня глядя.
Заставил почувствовать себя неухоженной замарашкой, догадывалась, что он видит: немолодую, растрепанную, усталую женщину. Бледную, с синяками под глазами и искусанными от переживаний губами, в мятом, несвежем платье.
И даже коса не переплетена, с вырвавшимися у лица прядями. Та еще красота, и его долгий взгляд заставил смутиться от своего несовершенства. Не отреагировала, все ерунда в сравнении с опасностью для Нариши. А красоту пусть ищет в другом месте, не навязываемся.
— Если ты хочешь, я это сделаю, — сказал фейри Нордвигу, переведя взгляд на него, оставив меня, наконец, в покое.
Черныш все это время тревожно вертелся у моих ног, а Яшка волновался, сидя на плече. Словно фамильяры улавливали пронзительное и малоприятное внимание высшего фейри.
Вот от кого надо держаться подальше, но не в моем случае. Ведь он действительно способен достать Наришу, сомнений нет. А мысли о том, какой счет мне выставит Нордвиг за такую помощь, я просто отбросила. Разберемся. Прежде Риша, остальное потом.
 
Пока пребывала в ступоре, размышляя о перспективах, маги вместе с фейри удалились, активно обсуждая дальнейшие действия. А я так и осталась стоять у скалы, чувствуя отклик силы Риши, тянущейся ко мне через толщу.
Так сильно захотелось подойти, прикоснуться рукой к камням, посылая импульс, но я сдержалась. Бесполезное, но с трудом сдерживаемое желание.
— Ох, уж этот мне дивный. Аж мороз по коже, — резюмировал встречу с фейри недовольный фамильяр кот. — Одно тебе скажу, Мрамор не самый худший из них. Даже наоборот, эталон спокойствия, насколько так можно сказать о фейри. Занимается исследованиями нестабильных пород, типа тактонита, и прочими каменными необычностями.
Посмотрела на Черныша, обалдев от сказанного. Яшка с писком завозился на плече, потянув носом в сторону нашего лагеря. В воздухе повеяло ароматом готовящейся каши, сестры стряпали обед.
От вкусных запахов младший фамильяр пришел в заметное волнение. Вот, он растущий организм, требующий питания. И теперь, попискивая, он возился на моем плече, намекая на желание накушаться от пуза. Фамильяры те еще проглоты, особенно в период взросления. Только корми, не откладывай.
Мне самой еда теперь вставала поперек горла, только сестры и напоминали, что надо хоть что-нибудь съесть. Хорошо, что Яшка у меня самостоятельный, забудешь покормить, сам напомнит.
— И откуда такие интересные сведения? — тихо спросила я Черныша, не сдержавшись, радуясь, что магов рядом не наблюдается и можно говорить откровенно.
— Так должен же я разведать, чем твой вражина занимается. Уж больно активно он здесь увивается, — отозвался Черныш, встретившись со мной взглядом. — Вот и пришлось немного там послушать, здесь посмотреть. Правда, о долге дивного я не знал, как и желании его истребовать.
***
С решением вопроса фейри затягивать не стал, и спасательная операция завертелась.
Сестры, хоть и отнеслись к присутствию фейри подозрительно, вмешиваться не стали. Связываться с дивными дело сомнительное, но его способность помочь все признавали единодушно.
Лучшего варианта у нас все не было. А воля Всеблагой подчас бывает в самых необычных формах. Стоит ли отказываться от реального шанса разрешить ситуацию?
Выяснять все у магов на этот раз послали Заряну, спокойную и улыбчивую, кого угодно разболтает. Я тоже порывалась поучаствовать, но меня совместными усилиями удержали. Со словами, что мне там делать нечего, без меня разберутся, и так переволновалась.
В назначенный момент я оказалась поблизости, нервно кутаясь в шаль, так зябко сделалось ближе к вечеру. С твердым намерением наблюдать за действом, не ослабляя связь с Наришей, чтобы в случае чего вмешаться.
Мрамор собирался действовать в лучших традициях фейри — создать проход, изменив структуру камней, превратив их в воздух. Но так хитро, чтобы получившийся туннель не обрушился, опираясь на каркас. Этот вопрос они с магами обсуждали дополнительно.
— Кто отправиться их вызволять, пока я буду держать проход? Решили? — требовательно спросил фейри, скидывая камзол и закатывая рукава белоснежной рубашки, открывая удивительно крупные для дивного сильные руки.
— Я! — мрачно отозвался Нордвиг, делая шаг из общей толпы магов.
Надо ли говорить, что я следила за действом с замиранием сердца, опасаясь спугнуть удачу. Чутко прислушиваясь к ведовской силе, ее откликам, чтобы не пропустить важного или опасного. Но пока она была спокойна, словно все происходит по воле самой всеблагой.
Черныш сидел у моих ног, с подозрительным прищуром наблюдая за действиями фейри. Но помалкивал, оставив свои едкие комментарии при себе. В том, что они точно были, я не сомневалась. Уж очень фамильяр бывает доставучим, да и взгляд его такой мне знаком.