Ядовитые шипы (СИ)

Девчонка забежала за угол и с кем-то столкнулась, отпрянула назад, но заметив меня, сразу спряталась. Император недоуменно оглядел Леду, стоящую за его спиной и меня, буквально дышащего огнём из-за ярости и азарта. Ситуацию накалял маленький зверёныш, который тихо зашипел на меня, не понимая, что именно из-за него случился весь этот сыр бор, и девчонка получит розгами по самое "не хочу".
— Так, что у вас случилось? — Раян сдержанно погладил плачущую Леду по плечу и сурово взглянул на меня. — Унсури, я предупреждал тебя насчёт Леды.
— Она без спроса вышла за восточную стену, — я принялся загибать пальцы, припоминая все согрешения. — Притащила в мои покои котенка, нарушила обещание и сбежала.
— Я не сбежала от вас, а пыталась спасти малыша от утопления, — девчонка осторожно выглянула из-за спины Императора, но заметив мой бешеный взгляд, вновь спряталась. — И я не могла его бросить за стеной, он же совсем маленький и беззащитный.
— Ассандр, ты слишком не сдержан, — Раян терпеливо стал меня отчитывать. — Тебе нужно держать свой буйный нрав в узде, наверное, стоит взять у Каи сдерживающий амулет и переселить Леду вместе с котёнком в другие покои.
— Нет, я в порядке, — я насильно вырвал из рук девчонки зверька и всунул в руки Императору. — Можешь не волноваться, Источник придёт на ужин без новых боевых ранений.
— Или ты не поедешь завтра на охоту, если с Ледой что-то случится! — недовольно заметил Раян и направился дальше по своим делам.
— Я итак не планировал ехать, — прошипел тихо, чтобы услышала идущая рядом девчонка. Заметив, что слуги переглядываются между собой, больно дёрнул Леду за руку и злобно зашипел. — Поздравляю, теперь прислуга будет шептаться, что я не могу держать под контролем собственную служанку. Не переживай, овечка, я научу тебя покорности.
Я втащил девчонку в покои и резко толкнул вперёд, из-за чего она потеряла равновесие и упала на пол.
— Я не потерплю неподчинения и упрямства, — демонстративно разминая кулаки, я видел, как перепуганная Леда пытается отползти в сторону. Громко крикнул. — Артемий, подойди!
— Слушаю, господин, — помощник оказался в моих покоях через десять секунд. Склонил голову, оценил ситуацию и прямо спросил. — Велите подать розги?
— Вымоченные в спирту и морской соли, — я наблюдал, как у девчонки в страхе вытянулось лицо, и твердо решил. — А ещё лучше неси те, с крапивой.
— Как скажите, господин.
— Если будет желание, Артемий сможет научить тебе покорности и преданности, — не церемонясь, я схватил Леду за длинные волосы и угрожающе предупредил. — Если закричишь, и кто-то услышит твои мольбы о помощи, сброшу с балкона.
Девчонка молчала, и я заметил, что из губы пошла кровь. По удобнее натянул волосы на кулак и отправился на балкон. Девчонка пыталась угнаться за моим шагом, неловко ползла следом, видимо боялась остаться без волос. Беззвучно плакала, но даже не всхлипывала. Я вдруг понял, что получать наказание Леде приходится не в первый раз, уж слишком спокойно она принимает происходящее. Я толкнул её на мраморную лавку, находившуюся посредине балкона, и одним движением разорвал платье, обнажая спину. Девчонка перестала плакать и не сопротивлялась, лишь покрепче ухватилась за край скамейки, на которой лежала и покорно зажмурилась. Артемий передал мне розги и встал за моей спиной.
— Как думаешь, дорогой друг, — я удерживал орудие наказания, на которое плотно были намотаны стебли крапивы. — Сколько она заслуживает ударов?
— За каждый проступок по удару, господин, — Артемий сложил руки на животе, безучастно глядя на провинившуюся девчонку. — Учитывая то, что ваш удар можно считать за три, этого будет достаточно.
— Верно, — не мешкая, я замахнулся и с силой ударил Источник по спине. Она дёрнулась, но не издала ни звука. — Тебя ждёт ещё три удара, причем весьма заслуженных. И возможно ты станешь такой же покорной, как в доме бывшего хозяина.
Я наказывал девчонку, с удовольствием наблюдая, как из сильных ран на белую плитку стекают большие капли крови. К моему сожалению, девчонка не умоляла о пощаде и не скулила, приняла удары молча и смиренно. Тишину рассекали лишь розги и глухие удары, я даже не слышал звука собственного сердца. С чувством выполненного долга я вернул окровавленное орудие Артемию.
 
— Останешься здесь до тех пор, пока модистка не закончит с гардеробом, — я скучающе смотрел в сторону Леды. — Затем выберешь красивое платье, оденешься без помощи служанки, и на ужине будешь улыбаться, говоря, как у тебя всё замечательно.
— Как прикажите, — девчонка сползла на колени и уперлась ладонями в грязный пол. — Мне стоит здесь прибрать, господин?
— Стоит, — я щёлкнул пальцами. — Артемий принесёт воду и тряпку, а ещё перебинтует тебя. Не хочу, чтобы ты умерла от потери крови.
Раздав указания, я вернулся в покои. В этот момент постучали, служанка принесла с кухни обед, который я велел подать ещё два часа назад. Из-за того что уснул, она не рискнула подать еду, иначе всё бы давно остыло. Я велел забрать одну порцию, решив, что девчонка останется без обеда. Молча наблюдал, как помощник в несколько слоёв накладывает плотные бинты, пытаясь остановить кровотечение. Взболтал в кубке малиновый морс, и довольный собой, ждал вечера, чтобы направиться к ведунье, а заодно продемонстрировать свой покорный Источник.
  
Глава 5
 
— Леда, как твои дела?
— Всё хорошо, Император, — я присела в глубоком реверансе, ощущая, как спину прострелило острой болью. — Спасибо за ваше участие.
— Я рад, что Ассандр смог успокоиться, — заметив на моём лице улыбку, Раян кивнул. — Присаживайся, а то всё остынет.
Я села достаточно медленно, стараясь не потревожить четыре безумно ноющих рубца. Покосилась на спокойно сидящего советника и мысленно обозвала его гадким уродом. Держала лицо и не показала ни единой плохой эмоции, боялась, что Император узнает правду и тогда Унсури точно меня скинет с балкона. Пока служанка наполняла мою тарелку едой, я думала о том, какой же Ассандр бессовестный и безумно жестокий, не способный сострадать и сдерживать обещания. Обещал не трогать меня, а в итоге собственноручно наказал прямо посреди балкона, едва ли не на всеобщем обозрении. На какое-то время мне показалось, что мужчина не так уж и плох, но сейчас я на собственной шкуре убедилась, что этот человек действительно самый опасный зверь во всей Империи.
Мне хотелось плакать и кричать, когда он жестоко тащил меня за волосы, а потом нанёс четыре удара, совершенно не сдерживая свою огромную силу. Я думала, умру от боли прямо на той несчастной лавке, но в итоге даже не потеряла сознание и с честью вынесла наказание. Зато молчаливый молодой помощник этого чудовища открылся для меня с другой стороны. Я считала его безэмоциональным и жестоким, как и его господина. Но Артемий аккуратно перевязал мою спину, а затем самостоятельно начисто вытер пол, пока Ассандр не видел. Помог лечь на живот, а через несколько часов, когда Унсури куда-то ушёл, сам сделал мне простую причёску, обул туфли и облачил меня в красивое темно бордовое платье, на котором практически не было бы заметно кровь, если вдруг уже почти засохшие рубцы вновь начнут кровоточить. Я была безумно благодарна мужчине, но в ответ на мои слова он лишь сказал не сообщать советнику об его помощи и попросил меня вести себя сдержанно и покорно.
Да, я действительно считала себя виновной, в том, что вышла за стену и принесла котёнка, но не считала, что заслужила такого сурового наказания. Артемий нашёл меня, когда я пыталась найти дорогу обратно во дворец, и сразу же отвёл к лекарю. Я бы не отказалась сейчас снова посетить этого добродушного старика, но понимала, что Ассандр мне подобного точно не простит. Вновь захотелось вернуться к Гектору Фабие, от которого я сбежала. Князь хоть и насиловал меня, но практически не был груб, и его поведение вполне можно было терпеть. Единственное, чем он меня бил, это мокрым полотенцем, но это было по-настоящему заслуженно. Я уже успела пожалеть о своем побеге и готова была вновь оказаться в его поместье, на широкой дубовой кровати. Он тихо искал меня, я это знала и сейчас хотела выйти в город, чтобы его люди меня обнаружили и забрали.