Недетские забавы (СИ)

— Понимаю. Дмитрий Львович бывает любителем поболтать долго, что, кстати, странно для такого серьезного человека как он, — я не решаюсь говорить Минаеву, что вымотал меня совершенно другой мужчина.
— Да, мы чудесно посидели. Жаль, вас не было.
И зачем, собственно говоря, я с ним любезничаю? Мне нужно наоборот быть отстраненной, чтобы мужчина охладел и перестал набиваться ко мне в приятели. Иначе Федулов устроит разбор полетов.
— Алиса, я на самом деле звоню по делу. Мишуров оповестил меня о предстоящей вечеринке, поэтому я хотел бы сопроводить вас туда. Скажем так, в качестве друга. Что думаете?
Сон как рукой сняло. Я поднимаюсь с постели и растерянно оглядываюсь по сторонам, переваривая в голове сотни вариаций отказа.
— Игнат, знаете, я ведь несвободная девушка. Мой молодой человек будет против, даже если мы с вами пойдем туда вместе в качестве друзей. Тем более там будут камеры, не хотелось бы неловких ситуаций.
Да уж, Леша был бы не рад, но кто действительно будет в ярости — даже уточнять не стоит. Уже представляю лицо Федулова, когда говорю, что меня будет сопровождать Минаев. Так и вижу раздувающиеся ноздри и рычащий оскал. Нет уж, спасибо.
— Согласен, может выйти некрасиво. Тогда позвольте хотя бы вас сопроводить в качестве водителя. Отказы не принимаются!
— Вы ставите меня в неловкое положение, — я нервно расхаживаю, меряя комнату шагами.
— Я понимаю, но все же настаиваю. Прошу вас, не отказывайтесь.
— Хорошо, — каюсь, я сдаюсь. Понятия не имею как отшивать такую настойчивость.
Еще минуты две мы обмениваемся любезностями, желая друг другу хорошего дня, а после Игнат просит меня прислать смс с адресом, откуда меня забирать, и кладет трубку, попрощавшись.
Я сажусь на край кровати и хватаюсь за голову. Так не хочется идти к Павлу и объяснять все это, а оставить в тайне — будет крайне глупым поступком. Он все равно узнает, и будет хуже, если не от меня. Устроит скандал, начнет опять упрекать. А мы только вышли на более или менее человеческий диалог.
В общем и целом, никак нельзя с ним ругаться. Особенно сейчас.
С тяжелыми мыслями я направляюсь в душ, чтобы освежить голову и прорепетировать свой убедительный монолог, который мне придется сегодня вывалить на Федулова.
В этот раз Павла искать не пришлось: он сидит на кухне и что-то усердно рассматривает на экране ноутбука. На столе стоит чашка с американо и кусочек горького шоколада рядом.
— Доброе утро, — бодро здороваюсь я, залетая в столовую.
— Уже день, выспалась?
— Да, спала чудесно. Вот решила подкрепиться. Ты голоден?
Мужчина отрывает свой взгляд от экрана и удивленно на меня смотрит.
— Ты хочешь меня накормить?
— Ну, я в любом случае буду себе готовить, могу сделать на одну порцию больше. Мне не сложно, — пожимаю плечами, мол, что в этом такого странного. Будто я ему пистолет в руки протягиваю.
— Если честно, не откажусь. С утра ничего так и не поел. Что готовить будешь? — мужчина выглядит заинтересованным.
Он заглядывает вместе со мной в холодильник, сканируя полки своим взглядом. Как будто первый раз в жизни свой же холодильник видит.
— Я хочу сэндвич с тунцом и зеленью, ты как к такому относишься? — уточняю я, доставая банку с консервированным тунцом.
— В целом, неплохо. Валяй, — мужчина снова утыкается в свой ноутбук.
Пока тосты румянятся на сковородке, я начинаю разговор. Тянуть нет смысла.
— Павел, завтра вечером состоится вечеринка у Мишурова в усадьбе, в честь запуска проекта. Я должна там быть.
— Это отличная новость, значит, ты сможешь оценить обстановку. Важно, чтобы ты запомнила расположение комнат и нашла его кабинет.
— Зачем? — его комментарии сбивают меня с толку.
— Затем, что нам нужно будет потом найти очень ценные бумаги. И подойти к этому делу ответственно. Ты должна выучить его дом наизусть.
«Как же я могла забыть, что на самом деле шпионка? А не просто адвокат.»
— Ладно, хорошо. Но это не все.
— Что еще?
— Меня будет сопровождать Игнат. Я правда пыталась ему отказать, но он был слишком настойчив. Павел, прошу, он будет сопровождать меня только в качестве водителя. В машине как раз я его постараюсь отшить.
 
Мне кажется, я начала тараторить со скоростью света. Краем глаза замечаю, как спина мужчины напряглась, а вздохи стали тяжелее.
— Господи, какая же ты дура.
— Павел, я прошу без оскорблений.
— Я говорю факты!
— Давай попробуем найти компромисс в данном вопросе. Пусть твой водитель следует за машиной Минаева, чтобы удостовериться, что со мной все хорошо. А обратно с вечеринки я уеду с водителем сразу сюда. Павел, прошу.
Подхожу к мужчине и проникновенно смотрю ему в глаза. Я чувствую, как мужчина борется внутри, как он хочет мне отказать, но не отказывает.
— Ладно! Но ты не будешь откладывать разговор и расставишь все точки по местам. Завтра же скажешь Минаеву, чтобы оставил тебя в покое. Услышала?
Я облегченно выдыхаю. «Быстро, однако, сдался наш оппонент.»
— Есть, босс, — я шутливо кланяюсь и продолжаю готовить сэндвичи.
— Я не буду есть, — угрюмо басит мужчина.
— Но ты же был голоден…
— Перехотел, — Федулов, хлопнув крышкой ноутбука, молча удаляется из кухни.
«Да уж, пятьдесят оттенков Павла Федулова.»
  
Глава 9.
 
Наши дни. 
Долго выбираю платье на вечеринку, мечась между короткими вариантами, потом склоняясь к более длинным и строгим. Хочется что-то простое, но с изюминкой, мне же нужно расположить Мишурова, быть легкой и приветливой. Значит, и платье должно соответствовать моему настроению.
Покопавшись в шкафу больше часа, отчаянно ложусь на кровать, устало потирая виски. Но вдруг перед взором появляется черное лаконичное платье с длинными рукавами и разрезом на бедре. Длинное, но при этом не помпезное, а очень аккуратное. Даже немного сексуальное. Не могу вспомнить, когда я его купила, видимо, это спонтанная покупка.
На работу я обычно хожу в юбках или брюках — платья носить некуда. Особенно такого формата.
За двадцать минут до отъезда решаю спуститься в гостиную и выпить бокал вина, чтобы успокоить нервы — состояние тревожное.
Аккуратно ступая своими каблуками по паркету, не замечаю, что в гостиной еще один человек. Павел сидит в кресле с закрытыми глазами и вертит в левой руке стакан с виски. Кубики льда бьются о стеклянные стенки, нарушая тишину, но мужчину это не отвлекает. Зато его отвлекает от раздумий мое появление.
Федулов хмуро оглядывает мой наряд и сужает глаза:
— Павел, привет! Я тебя отвлекла, хотела просто выпить бокал вина, если ты не против, — подхожу к бару и достаю бутылку красного сухого.
Мужчина продолжает молчать. Я тоже ничего не говорю, может, он все еще злится из-за утренней ситуации. Хотя мы вроде как неплохо поговорили, без криков и обвинений.
Наливаю вино в бокал и подхожу к окну, оценивая погоду. Ветрено, обязательно нужно надеть пальто. Пока я размышляю, как пройдет вечер, не замечаю, что Павел все также молча встает и подходит ко мне.
Его рука касается локтя и он медленно разворачивает меня к себе лицом.
— Это самое отвратительное платье, которое я видел, — от его фразы мне становится неприятно и не по себе.
«Ну зачем же он так? Мне казалось, что я очень симпатичная в нем.»
— А этот разрез для кого? Для Минаева? — мужчина кладет свою руку мне на оголенное бедро и сжимает нежную кожу.
От возмущения я открываю рот:
— Ты что себе позволяешь? Убери руки!
— Ха! Это я еще ничего себе не позволяю. А вот Минаев позволит. Сначала он проведет рукой по твоему бедру, потом дойдет до более укромных мест, а дальше я тебе уже рассказывал сценарий, — мужчина не отстраняет руку от моей ноги.
— Убери немедленно руку, — я пытаюсь скинуть его ладонь, но хватка кажется мертвой.