Злая принцесса (ЛП)

Я пытался поступить правильно.
Но время вышло. Я не могу больше ждать.
Выложив больше, чем я ожидал, за последнее место на следующем рейсе — до вылета оставалось еще несколько часов, — я обнаружил, что откидываюсь на спинку дивана в зале ожидания.
Я самый молодой человек здесь, по крайней мере, на пятнадцать лет, и большинство людей вокруг меня это заметили. Что ж, дело либо в этом, либо в состоянии моих рук. Они точно не кричат о богатстве и первоклассности. Но к черту их всех. Я заплатил за это хорошие деньги. Я годами надрывал задницу за те деньги, которые у меня есть.
Образы того, что я делал с тех пор, как мне едва исполнилось четырнадцать, чтобы оплатить свой путь, мелькают в моем сознании.
Деми ненавидела то, что я делал. София и Зои тоже. Но они обе были достаточно взрослыми, чтобы понимать, что моя работа на Семью была неизбежна. Тем более в той ситуации, в которой мы оказались. Нам нужны были деньги, нам нужно было сохранить крышу над головой, и, хотя София и Зои делали все, что могли, я знал, что для того, чтобы действительно помочь, мне нужно было сделать шаг вперед. И я это сделал. Я расстался со своим детством и стал мужчиной в тот первый день, когда Дэмиен вручил мне старый пистолет моего отца и складной нож и указал мне правильное направление.
Вибрация моего мобильного в кармане вырывает меня из моих мыслей. Я уже знаю, кто это будет, и все, что я делаю, это ухмыляюсь, когда вытаскиваю его и обнаруживаю, что я прав.
Я мог бы проигнорировать его, но в этом нет смысла.
Проводя пальцем по экрану, я подношу его к уху.
— Наконец-то последовал моему совету, — бормочет Тео.
— Я делаю то, что должен.
— Слишком, блядь, верно. Ты уже придумал, как заставить ее заговорить с тобой?
— Нет. Ни малейшей гребанной зацепки.
— Удачи с этим, братан.
— Спасибо, — бормочу я, поднося к губам пиво, которое стояло на столе рядом со мной.
— Во сколько твой рейс?
— Через пару часов. Он доставит меня туда первым делом утром.
— Она будет в восторге от встречи с тобой, чувак, — шутит он.
— Если я не вернусь, ты можешь гарантировать, что все, что у меня есть, будет передано в трастовый фонд для Фиби?
— Конечно, — смеется он.
— Тренер был зол?
— Это даже не покрывает этого. Его лицо было чертовски близко к фиолетовому, когда он понял, что ты съебал. Он сойдет с ума, когда обнаружит, что тебя даже нет в стране.
— Возможно, я вернусь к понедельнику.
— Скорее всего, ты будешь мертв к понедельнику, приятель.
— Справедливое замечание.
— Мне нужно идти. Мы направляемся к Нико, чтобы отпраздновать нашу победу.
Меня охватывает чувство вины за то, что я даже не спросил, как прошла остальная часть матча, хотя и знал, что я им не нужен.
— Да, хорошо.
— Дай мне знать, что ты все еще дышишь, когда найдешь ее, ладно?
— Договорились. Пока.
Я вешаю трубку, но не сразу убираю телефон. Вместо этого я рискую и отправляю сообщение кому-то, кто, возможно, просто будет на моей стороне, когда я окажусь на другой стороне океана.
Мне нужен план. Действительно, блядь, хороший план.
ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
Стелла
— Ты готова? — Поппи зовет через дверь моей спальни в доме Харли.
Обычно она проводит выходные в округе Мэддисон со своим парнем — старшим братом Харли, — но на этих выходных у него выездная игра, поэтому она остается в Розвуде.
— Да, — кричу я из ванной. — Ты можешь войти.
Я продолжаю выпрямлять волосы, а затем заканчиваю макияж, когда она садится на край моей кровати.
— Ты хорошо выглядишь, — говорит она, глядя на мою юбку и свитер большого размера.
— Я тоже чувствую себя хорошо, — признаю я.
Боль теперь гораздо терпимее, в основном просто ноет, если я недостаточно отдохнула или приступ боли, если я двигаюсь слишком быстро. Я не собираюсь в ближайшее время заниматься гимнастикой или чирлидингом, но, по крайней мере, я снова могу вести себя как нормальный человек. И прожить весь день, не испытывая острой потребности вздремнуть.
 
— Есть планы вернуться? — спрашивает она, как и один из них теперь почти каждый день.
Мне нужно принять решение. Школа не собирается ждать вечно. Я могу только пытаться быть в курсе событий онлайн так долго, но теперь я здесь, живу своей старой жизнью, в которой нет драмы и придурков, которые хотят причинить мне боль, желание вернуться становится все меньше и меньше. Даже если мысль о том, что я не увижу определенного человека, на которого мне должно быть наплевать, заставляет мою грудь болеть.
— Мне нужно посмотреть на рейсы, — говорю я. Это правда. Реальность не будет ждать вечно.
Калли отчаянно хочет, чтобы я вернулась. Тоби и папа тоже. И я более чем готова к ответам от всех.
— Как бы сильно я ни скучала по тебе, ты знаешь, ты должена просто сделать это.
— Я знаю. Я думаю, что я исчерпала свою хандру.
— Я не уверена, что восстановление после того, через что ты прошла, можно классифицировать как хандру, Стел.
— Ну, неважно. Это было весело. Мне понравилось снова быть с вами троими.
— Может быть, в следующий раз мы могли бы приехать к тебе.
— Да, — визжу я. — Это должно произойти. Следующим летом, прежде чем вы все поступите в колледж.
— Мне лучше начать экономить, — бормочет она, ее собственная реальность поражает ее.
— Все хорошо. У тебя еще много времени, — говорю я, не желая говорить ей, что я ее прикрою, потому что я знаю, как сильно она ненавидит чувствовать себя благотворительницей, хотя это далеко от истины.
— Давай. Я умираю с голоду, а вафли и бекон от Билла зовут меня, — говорю я, направляясь к ней и бросая блеск для губ в сумочку.
— Пошли. — Она вскакивает, и мы направляемся к двери.
Поппи берет ключ Харли с комода в прихожей, и, попрощавшись с Джадой, которая вернулась из своей деловой поездки на прошлых выходных, мы отправляемся на встречу с остальными в Aces.
Как и в любой другой раз, когда я была здесь с тех пор, как вернулась, я вхожу в двери старомодной американской закусочной с улыбкой на лице.
Мы здесь первые, и, помахав Биллу, владельцу, мы проскальзываем в нашу обычную кабинку. Сегодня утром у Харли и Руби была тренировка по подбадриванию, а их парни были на тренировке.
— Доброе утро, дамы, — говорит Билл с широкой улыбкой на дружелюбном лице. — Что я могу для вас сделать?
Мы обе заказываем молочные коктейли, говоря ему, что закажем еду, как только приедут остальные.
— О черт, — шипит Поппи несколько минут спустя, лихорадочно роясь в сумочке.
— Что случилось?
— Я не могу найти свой сотовый. Зейн сказал, что позвонит. Черт.
— Ты положила это туда перед уходом, — говорю я, вспоминая, как она это делала.
— Должно быть, он выскользнул в машине. Расслабляйся, а я пойду посмотрю.
— Дай мне ключи, я пойду, — говорю я, протягивая руку. Мне нужны все возможные оправдания, чтобы сделать несколько упражнений прямо сейчас.
Я ела как свинья с тех пор, как приземлился здесь, и я это чувствую. Однако это не помешает мне заказать вафли в течение часа.
— Ты уверена?
— Конечно.
С ключами в руке я выхожу на парковку, вдыхая по пути свежий океанский воздух.
Я буду скучать по этому в ту секунду, когда войду в зал вылета, готовая отправиться обратно в Англию. Возможно, мне многое нравится в Лондоне, но в этом месте также есть многое, по чему можно скучать.
Я обыскиваю машину, но ничего не нахожу.
Предполагая, что он просто исчез в огромной сумочке Поппи, я закрываю дверь и возвращаюсь в закусочную.
Я почти на месте, когда краем глаза замечаю движение, которое пугает меня за секунду до того, как пара сильных рук обхватывает меня сзади, останавливая меня от борьбы.
— Даже не думай об этом, Чертовка, — знакомый глубокий голос грохочет мне в ухо, когда я поднимаю ногу с пола, готовясь врезать каблуком ботинка по его ноге.