Архипелаг раздора (СИ)

– Возможно, надо было...
– Я сама прекрасно знаю, что надо было! – прервала Анна сына. – Но теперь всё это не имеет значения. К нам едут послы и с этим нужно что-то сделать.
– Что сделать? – настороженно спросил принц.
– Было бы замечательно, если бы они попали в бурю. Или наткнулись на водоворот. Или на рифы. Мне всё равно, что это будет!
– Если это произойдёт, и если Северин таким же чудесным образом узнает о морской богине, которая сидит в королевском дворце с трубкой и насылает на их корабли беды, то...
– Да-да-да, знаю-знаю, – отмахнулась мать, словно рядом летала надоедливая муха. – Но он просто не оставляет мне выбора.
– Выбор есть.
– Нет! И слышать не хочу!
– Нужно показать им орден.
Королева вздохнула от досады – Герман всё-таки произнёс то, что давно хотел, но никак не решался.
– Только при угрозе войны я готова сделать это, но в любом другом случае – ни за что! Хотя, при угрозе войны тоже не уверена. Никто не сможет противостоять нашим левиафанам.
– Но...
– Даже если просто показать им орден, – не дала высказаться принцу Анна, – то что мы получим? Во-первых, никто не поверит, что мы ничего не открыли. А во-вторых, мы точно знаем, что среди учеников или адептов есть шпион. Он обязательно раскроет всё, что сможет, как бы мы ни готовились!
– Я имел в виду совсем не это.
Королева надменно повернулась к сыну и, порывисто поправив юбки, дала понять, что готова выслушать его, но и только.
– Нужно поделиться знаниями, – продолжил Герман, делая вид, что не замечает недовольства. – Мы же все люди. А Водный к тому же не очень хорошо обеспечивает себя пропитанием.
– Вздор!
– Нет, не вздор! – настоял он, собираясь договорить. – Это единственный остров, где недостаточно земли для выращивания культур...
– Но там предостаточно озёр и рек! У них лучшие рыбные угодья, вот пусть и питаются этим! А хлеб я им и сама продам.
– А что они могут предложить тебе взамен? Омаров? Лобстеров? Да у нас полно этого добра!
– Пусть выкручиваются.
– В том-то и дело! А с нашими знаниями они могли бы процветать!
– Им и так неплохо живётся.
– А стало бы ещё лучше! Там такие же деревни, такие же люди, мама!
– Я никогда не отдам силу Асха в руки другим островам, – упорствовала королева.
– Нам это ничем не грозит, а у других людей улучшится жизнь!
– Нам это не грозит?! Да они сразу же пустят её в военное дело! Обучат своих мерзких, липких, вонючих боевых китов плавать так быстро, что нам будет бесполезно выставлять заслон! Может, ещё и яйца левиафанов им подарим?!
– Противостояние между нами не закончится никогда. И мы, и они всегда будем настороженно относиться друг к другу. Даже если мы откроем им силу Асха, то всё равно останемся на равных!
– Никогда!
– Мама, пожалуйста, подумай! Если мы сделаем это, то приобретем хорошего союзника в лице Северина.
– Этот старый осёл не получит от меня ни намека на помощь!
– А ты рискуешь получить в его лице врага! – выкрикнул сын.
– Спокойно, – вмешался Виктор. Он улыбнулся сначала женщине, затем принцу и проговорил: – Герман, ты знаешь, как я уважаю тебя, но в этот раз, прости, не могу с тобой согласиться. Если бы мы были уверены, что Водный не направит силу Асха в военное русло, мы бы, конечно, обучили и их людей. Но их король коварен, дотошен и спесив. Заключать с ним соглашения – бессмысленно и безнадежно. Мы не можем отдать в его руки такую мощь. У него она пойдёт не в нужном направлении.
– Да мы даже не пробовали.
– Уже одно то, что он отправляет к нам послов без нашего разрешения о многом говорит.
– Это просто послы. Кому нужно разрешение, чтобы их отправить? Никому. Мы можем лишь принять их. Или не принять...
– Герман, только мы можем гарантировать, что сила Асха не будет применена в военных целях. И пока у нас есть это преимущество, мы должны им воспользоваться.
– Поэтому мы будем развивать нашу экономику и будем торговать, – уже спокойнее вставила королева и вернулась в кресло. – Каждый использует то, что имеет. Они имеют лучшие реки с лучшей фауной, мы – силу Асха.
 
– И необъятный вседающий океан, – по-прежнему не соглашался принц.
– Каждый использует то, что имеет, – отчетливо повторила Анна, завершив спор.
Герман больше не пытался переубедить мать, ведь на её стороне стоял Виктор, а Виктора она слушала, как себя. Угадать дальнейшие действия Северина было очень сложно, и, возможно, лучшим вариантом стала бы строжайшая тайна. Молодой человек встал, стараясь не показывать разочарования, и уже собрался уйти, как рука королевы поймала его ладонь. Он повернулся и увидел любящее лицо матери, что правила едва ли не всем миром.
– Ты очень помогаешь мне, сынок, – проникновенно заговорила она. – Пожалуйста, оставайся на моей стороне.
– Я всегда там, мама, – совершенно растаял тот и, поцеловав её в щёку, ушёл с балкона в комнату, где уже готов был погрузиться в новые мысли, как внезапно юркнувшая за дверь тень привлекла его внимание. Герман поспешно выскочил следом, но в коридоре его ждала невозмутимая стража.
– Марианна? – тихо спросил принц одного из мужчин, что стерег покои матери, и тот виновато опустил глаза. – Где?
Легкий кивок головой – и непутевый шпион был обнаружен висящим с внешней стороны окна.
Девушка старалась прижиматься как можно ближе к холодной стене дворца, но крепкая рука брата неожиданно вынырнула сверху и подняла её за шкирку. Взгляд карих глаз недовольно скользнул по Марианне и исчез – Герман быстро потащил её за собой, не слушая возражений. Когда коридор остался позади, принц крепко обнял сестру, и та почувствовала, как бешено стучит его сердце.
– Я так скучал по тебе, – прошептал он. – Почему ты прячешься от меня?
Тишина.
– Нам давно пора поговорить.
– Не о чем! – выпалила принцесса и попробовала вырваться из объятий, которые стали лишь сильнее.
– Я не хочу, чтобы мы отдалялись.
– Поздно.
– Нет, не поздно. Никогда не поздно, – странным тоном ответил он. – Я правда очень по тебе скучал.
– У тебя теперь есть утешительница!
Он отстранил сестру на некоторое расстояние, но продолжал крепко держать за плечи – чтоб не убежала. Марианна долго не хотела смотреть на него, но, когда взглянула, колени странно задрожали, а в груди стиснуло так, что хотелось умереть. Парень похудел, его скулы заострились, от чего лицо стало выглядеть немного агрессивно, но в глазах... в глазах было столько боли и любви, что девушка оторопела.
– Не говори так, – прошептал он. – Тебя не заменит никто.
– Не буду...
– Ты подстриглась, – улыбнулся брат, и в этой улыбке не было ни капли осуждения.
– Случайность.
– Кто-то испортил тебе волосы?
– Нет! Никто не виноват, – поспешно сказала она, видя, как надуваются на его шее вены. – Я... сама. Так получилось.
– Ты поэтому не показывалась нам с мамой?
– Нет. Просто не хотела вас видеть.
Марианна мягко сняла его руки с плеч и дала понять, что никуда не убежит. Они вместе стали спускаться по лестнице, изредка касаясь друг друга костяшками пальцев при ходьбе.
– Мы настолько разозлили тебя?
– Не разозлили, а обидели.
– Ты и сейчас обижаешься на меня?
– И да, и нет.
– Ты должна понять, что...
– Я ничего не хочу знать, ладно? – горько улыбнулась она, внимательно смотря под ноги.
В полном безмолвии они вышли на дорожку, что вела полукругом вдоль стен дворца, и остановились перед маленькой лавочкой, уютно спрятанной в благоухающем кустарнике в форме полумесяца.
– Присядем? – предложил принц, и сестра согласилась. – Чем ты занималась всё это время?
Она бы хотела рассказать ему, как тяжело уснуть от беспокойных мыслей, как тоскливо гулять в одиночестве перед сном, что даже великий, обожаемый ею океан не может унять в коленях дрожь, как плохо, когда не с кем поделиться болью и сомнениями... В любое время, но только не теперь, она бы рассказала, наплевав на обещание молчать, что Виктор обучает её силе Асха, и обязательно спросила бы – как брату удалось обуздать это диковинное умение? Но Марианна промолчала. Она вдыхала запахи кустарника и ждала, пока Герман сам не продолжит разговор и не избавит её от вынужденного вранья.