Противостояние (СИ)
Впереди уже были хорошо различимы джунгли, которые начинались сплошной стеной. Где-то там был вход в катакомбы, которые были нашей целью в этом секторе. Поскольку мои базы были такие же древние, как и сами Древние, то не было никаких гарантий, что вход сохранился, и что ещё важнее, сохранилась ли база в катакомбах. Вполне возможно, что там все давно обрушилось, или было разграблено и взорвано. По крайней мере, с кораблей нам не удалось с помощью сканеров найти никакого входа — всё выглядело как ровная поверхность. Видимо, он был замаскирован или закрыт. Однако сканеры гравитационных аномалий показывали наличие пустот под землёй, что говорило о вероятности успеха.
Джунгли создавали большие проблемы с поиском — летать над ними было бесполезно, это была сплошная зелёная масса. Поэтому мы разделились, большая часть команды высадилась на землю Пандоры, дроны и стрелки с гравикаров прикрывали нас от атак с воздуха и верхушек деревьев. Феникс взял два абордажных пневмотопора и довольно ловко расчищал растительность, помогая ремонтным дроидам, которые, орудуя пилами для резки корпусов звездолётов, делали просеки. Время от времени на нас выскакивали монстры небольших размеров, но команда и роботы были начеку и отстреливали их.
Мы двигались по спирали, попутно в меру возможностей осматривая и нерасчищенные участки, но пока ничего похожего на вход, провал, люк и так далее, не обнаруживалось. Зато обнаружили нас. В какой- то момент раздался трубный звук, и всё ощутили мощнейший псионический импульс. Он заставил большую часть команды впасть в оцепенение. Видимо, какой-то монстр таким образом завораживал добычу, чтобы потом с лёгкостью ее пожрать. Наша защита от псионического воздействия не работала, видимо, поскольку была рассчитана на атаку со стороны людей или гуманоидов, а животные использовали другие механизмы, длину волны, или что-то еще. Только псионики нашей команды могли сопротивляться этому оцепенению, да и то с трудом.
Ашшар вышел вперёд и объединил всех в единую сеть. Теперь мы действовали согласованно, и начали атаку, направленную на отпугивание животного. Треск ветвей, который все это время усиливался, на время замер, а затем стал отдаляться. Оцепенение тоже стало спадать. Не знаю, что это было, но нам пока удалось справиться. Выяснять я не стал — местное светило уже клонилось к заказу, у нас было около двух часов на завершение поисков и погрузку в звездолеты. Ночевать в этом месте не хотелось. За оставшееся время мы ничего не нашли, поэтому стали возвращаться на плато. С воздуха пока все было тихо. Меня немного беспокоил подземный монстр, но скальный выступ, который мы нашли по пути сюда, вряд ли был ему по зубам, и располагался недалеко. Быстро добравшись до него, мы перегрузились на корабли и взлетели с планеты. Решили продолжить утром.
Кроме безопасности, в ночевке на корабле был ещё один плюс. Корабль Карлоса был очень комфортным, и ночевать там было несоизмеримо приятнее, чем сидеть скрючившись в гравикаре или вообще ночевать на земле, отстреливаясь всю ночь от наземных, подземных и воздушных монстров. А с учётом того, что Мия снова пришла обсудить со мной неотложные дела по снабжению и ремонту, ночь была просто великолепной.
Наутро все повторилось. Выгрузка, поездка до джунглей. Вот только джунгли изменились. Просеки частично заросли, но самое главное, судя по данным спущенных роботов-разведчиков, они просто кишели насекомыми, змеями, какими-то обезьянами с крыльями. И все это великолепие было с жалами, ядовитыми зубами и когтями, а также порой плевалось кислотой. Я не решился спускать на поверхность группу, даже скафандры бы не спасли. Мы стали выжигать джунгли со звездолетов точечными ударами расфокусированных лазерных установок по большой площади, и лишь после этого смогли начать спуск. Все что не сгорело, то убежало. Поскольку большинство животных на Пандоре было восприимчиво к псионике, то наша команда псионов во главе с Ашшаром сосредоточила усилия на сигнале, отпугивавшем любопытных и кровожадных обитателей планеты, в то время как роботы и бойцы продолжали расчистку и поиск. Зомбо-монстр больше не приходил, и всё шло довольно спокойно, и следующую ночь мы также провели на кораблях. И вот, на третий день бесплодные поиски в джунглях были вознаграждены. Нам удалось найти вход. Он представлял собой гладкую плиту, покрытую рунами. Решение выжигать джунгли оказалось правильным. Мох и почва, покрывавшие плиту, были уничтожены, и только благодаря этому мы смогли ее обнаружить. Удивительно, что за столько лет сверху не образовалось нескольких метров земли, как это бывает с древними руинами на Земле. Но я долго не раздумывал над археологией Пандоры, и сказал Ашшару начинать. Он склонился над плитой, и приступил к прорисовке рун. Через десять минут плита почти беззвучно отъехала в сторону, как будто ее положили только вчера. Я конечно верил, что технологии Древних способны на такое, но закрались смутные сомнения. Что, если все это время катакомбы все же кем-то использовались? Это объясняло и отсутствие наслоений земли, и хорошую работоспособность плиты. Это означало, что есть энергия, а значит, её источник кем-то пополнялся или по крайней мере обслуживался. Так или иначе, мы вошли внутрь.
Ступени уходили в глубину. Кое-где было сыро, но вода не лилась и катакомбы не были затоплены. Но все было в кромешной тьме, поэтому мы включили свои фонари у пустили дронов-разведчиков вперёд. Они начали обследование лабиринтов и составление карты. Внезапно один из дронов перестал выходить на связь. Это нас сильно насторожило, мы направили туда второй дрон, которому дали команду действовать аккуратно. Если там была какая-то защита, или же голодный монстр, не хотелось потерять ещё одного.
Наша группа также продвигалась к месту потери дрона, надо было разобраться с причиной. Штольни были достаточно широкими и высокими, и мы могли идти сразу по трое. Феникса мы по-джентельменски пропустили вперёд. Дойдя до определенного места, мы нашли свой дрон. Он был разбит всмятку, а вглубь коридоров вели следы слизи. Что-то невообразимо мощное прихлопнуло нашего дрона с такой силой и скоростью, что он даже не успел ничего передать. А это ведь был боевой дрон-разведчик.
Мы все это время держали включенными сканеры активности, но они не показывали ни биологической жизни, ни механического движения. Но следы слизи явно указывали на то, что какая-то тварь здесь все же обитает, и что самое неприятное, наш путь лежал как раз в том направлении, куда они уползла.
Глава 9
Мы решили не возвращаться на ночёвку и продолжить путь. Здесь, в подземельях, уже не играло роли, день или ночь, количество монстров от этого не менялось.п
Вперёд пустили разведку — дронов, котов, паука и песеля. Я дал четкие инструкции, далеко не расходиться, поэтому мы шли сразу следом за ними.
Катакомбы углублялись. Мы шли по покатой дороге, погружаясь в недра Пандоры. По моим ощущением, мы углубились уже метров на двести. Пока не было никаких признаков присутствия древних, по крайней мере видимы. Мой артефакт — компас, обнаруживавший тайники, также молчал. Все это создавало гнетущую напряжённость, поскольку происходило в кромешной тьме.
Тут разведчики зафиксировали какую-то биологическую активность в штольне, уходившей направо. Возможно, это был наш монстр? Разведгруппа выдвинулась в этом направлении, и обнаружила что-то непонятное. Приблизившись к ним, я увидел шевелящуюся черную живую массу. Моя нейросеть опознала ее как протоплазму, но несколько необычную. Она пожирала попавшие в нее предметы, используя их для своего роста. В этом мы убедились, когда один из бойцов попытался наступить ногой на эту жиду, и в результате остался без ботинка. Ну и как нам преодолеть эту ловушку? Стрелять в нее тоже было бесполезно — она поглощала излучение, и становилась больше. Я дал команду Фениксу произвести выстрел из дезинтегратора. У против антиматерии она точно не устоит! И действительно, в протоплазменном болоте образовалась брешь, и заполнялась она медленно. Тогда Феникс проделал нам проход, и мы быстро переправились на другую сторону. И не зря — перед нами открылся большой зал со сводами, посредине которого стоял древний генератор. Я примерно представлял его устройство благодаря базам знаний, и объяснил техникам, как его включить. Через полчаса у нас был свет. Наконец- то можно было перестать освещать фонарями путь, что сильно затрудняло движение.