Пепел крыльев ангела: Проклятое поколение (СИ)

- Да… - ресницы дрогнули и Эйдан кивнул. - Он сильный мальчик. Прощай, Крис. Надеюсь, мы больше с тобой не увидимся…
Еще один щелчок. Тихий шелест открывшейся двери лифта. Крис сам нажал комбинацию первого этажа и холла. И отступил, не позволяя себе шагнуть следом. Точка должна быть точкой. Хотя бы в этот раз.
Лифт остановился где-то между десятым и одиннадцатым этажом. Загудел недовольно, а потом словно рухнул вниз, уйдя на долю секунды в свободное падение. Замелькали цифры, отсчитывающие этажи, загорелся ноль, но лифт поехал дальше, остановившись только, когда загорелась цифра «4» со знаком минуса. Дверцы приглашающе открылись, впустив в кабину сильно кондиционированный воздух.
- Здравствуй, Эйдан.
- Здравствуй, Том, - усталость в глазах. Ни один из них не был ангелом. Впрочем, жизнь их не щадила. В черных волосах - ниточки серебра и морщинки в уголках глаз и смешливого рта. - К чему такая теплая встреча? Я… думал исчезнуть где-нибудь в Европе. Подальше отсюда.
- Возьмешь меня с собой? – Том улыбнулся, даже не сделав попытки приблизиться или сократить дистанцию. – Я слишком давно не делал глупостей.
Эйдан медленно покачал головой, и улыбка растаяла, как кусочек сахара в теплой воде.
- Нет, Том… Он станет тебя искать. Я не самоубийца. И это не глупость.
- Я уже большой мальчик, Эйд. И сам принимаю решения. Крис знает это, как никто другой. А я устал, Эйд. Знаешь, между нами давно уже нет страсти. И, знаешь, глядя на вас вчера, я тебе завидовал, – Том пожал плечами, а потом сполз по стене и сел прямо на пол, словно ноги больше не держали его. – Чтобы Крис не говорил, ты ему нужен.
- Он выбрал один раз. И выбрал снова, - Эйдан прикрыл глаза. Смотреть на почти унижение самого сильного из всех, кого он знал, сил не было. - Третьего шанса не будет. Мне все равно напился он или в голову солнышко напекло. Страсти мало чтобы связать. Ребенка тоже мало. Вы прожили с ним целую жизнь. А я - просто прихоть. Не более того.
- Я не прошу тебя остаться. Я прошу тебя взять меня с собой, - Том вскинул голову и улыбнулся. – Ты уже знаешь, что наши сыновья – пара? Мы прокляты, Эйд.
- Знаю, - кивнул Тернер. - Не нам разделять их. И не нам приказывать им… - он открыл глаза. Пусто. Пустота в глазах, пустота в душе. Пустота в мыслях. Апатия и безразличие. Он остался один. На сей раз - совсем. - Если хочешь… ради бога. Гнать не стану.
Том усмехнулся и покачал головой:
- Так – не хочу, - он сделал пару глубоких вдохов-выдохов, а потом поднялся. – Я не буду держать тебя, просто попрошу… Не теряйся. Я, слышишь, Я должен знать, где ты и что с тобой.
- Нет, - Эйдан покачал головой. И в глазах промелькнуло что-то. Может быть горечь? - Точка должна быть точкой, Том. Я уйду, и больше никто не будет знать куда. Если потребуется - я инсценирую собственную смерть. Но больше никогда. Никогда и никто не будет знать, где я. Прими это.
- У тебя есть сын, Эйд. Я совершил ошибку, позволив Крису отпустить тебя тогда. Не заметил. Не увидел. Но я не хочу терять тебя сейчас. Нам уже далеко не двадцать. И даже не тридцать. И дальше будет только хуже. Ты всегда жил эмоциями, но сейчас пришло время других решений. Я не хочу, чтобы ты остался один.
- Я уже один. Хватит, Том. Не надо больше. Я дал все, что мог дать своему сыну. Он вырос, обрел свою половину. В его возрасте я остался один. Он один не будет никогда. Моя очередь уходить. Я любил тебя, да. Не увидел, не понял. Ну, ничего. Ни ты, ни Крис - не центр моей вселенной. Мне уже не важно, понимаешь? Все уже не важно. Главное, что у Колина все будет хорошо, - он провел кончиками пальцев по панели кнопок. - Отпусти меня, Том. Все кончено.
Том какое-то время просто смотрел на него, а потом отвел глаза.
- Иди, – окинул взглядом безликий коридор и закусил губу. – На первый этаж лифт доставит тебя без проблем. Удачи… Эйд, – он хотел еще что-то сказать, но только мотнул головой и побрел в комнату, которую покинул вслед за Крисом. Пора остановиться… Так больше не может продолжаться.
 
…Наверное, впервые за всю свою жизнь в Башне, Том шел, опустив глаза и ссутулив спину. Прежде идеальная линия плеч больше не была идеальной, но Тому было все равно. Он слишком долго играл свою роль. Слишком долго не позволял себе слабость. И почти сломался. Крис всегда думал, что Тому лучше с Дейвом в постели из-за связи, но на самом деле Гаррэтт просто позволял Тому быть слабым. Перед ним было не стыдно рыдать или жаловаться просто потому, что настроение такое. Он не пытался сломать Тома или подчинить себе. Он просто был другим.
А с Крисом всегда хотелось быть лучшим. Самым лучшим. Во всем. Незаменимым. Идеальным. Но он забыл, как скучно совершенство. Что логика и расчет убивают чувства. Что слабость – не всегда оружие против тебя. Он много не понимал. Многое упустил. А чего-то просто не увидел, ослепленный собственными амбициями и наполеоновскими планами. Он создал империю. И почти потерял семью.
Дверь кабинета Криса поддалась легко. Переступив порог, Том на мгновение замер на пороге, а потом бесшумно подошел к сидящему Крису и, опустившись перед ним на пол, вскинул взгляд в его лицо, стараясь не замечать ни полупустую бутылку виски, ни стакан в пальцах мужа. Что так нелегко далось ему – их разговор или уход Эйдана?
- Ответь мне только на один вопрос, Крис. Я еще нужен тебе? Не моя работа, мозги и… вклад в жизнь клана, а я.
Тот поднял на него глаза, а потом, заключив лицо в ладони, нежно коснулся губ. Нежно, трепетно, как в тот день, когда взял на руки Олле.
- Давай уедем? Куда-нибудь, где будет море, пальмы, песок и мы с тобой? Ты и я. И никого на двадцать миль рядом. Ни телефонов, ни сети, бунгало, постель, пляж, и мы.
Том накрыл его губы ладонью, словно призывая к молчанию.
- Обязательно, Крис. Но сначала я… разберусь в себе. Пришла пора меняться, МНЕ меняться. Я устал от себя такого, Крис. Я срываюсь, делаю ошибки, а в результате страдают все. Я хочу и дальше звать тебя своим мужем, хочу быть с тобой, но такой, как я сейчас – просто не смогу. Дай мне время, Крис. А потом я позвоню тебе и попрошу о море, пляже и бунгало. И мы начнем сначала. Как тридцать лет тому назад, когда между нами не было ничего, кроме любви и страсти, которую мы с тобой потеряли.
Альфа-Хэмсворт глубоко вздохнул и зажмурился, точно силился удержать рвущиеся из-под век слезы. Последний раз Крис плакал давно. Очень давно. И от счастья. Сейчас невыносимо, до воя, разрывающего горло, хотелось плакать. От боли. Когда он открыл глаза - ни капли боли не было видно в них. Согласие. Усталость и согласие. И больше ничего.
- Хорошо, - выдохнул он. - Я буду ждать, Том. Буду ждать тебя.
Том пару мгновений вглядывался в его глаза, а потом уткнулся лицом в его колени. Закусил губу так, что выступила кровь, но боль все равно не помогла. Запекло под веками, а ткань брюк Криса намокла.
- Ты – все, что нужно мне. Ты и дети. Но если… - Том судорожно стиснул пальцы. – Я знаю, что прошу у тебя слишком много, но, обещаю – это последнее. Просто дождаться. Мне плевать на город, я уничтожу всю эту империю – только бы ты был рядом.
- Я снова выбрал тебя, Том. Я всегда буду выбирать тебя. Потому что я люблю тебя… Полюбил с первого взгляда. Я всегда знал, что ты должен быть моим. Другом. Любовником. Любимым… - Крис гладил его по волосам, перебирая мягкие завитки. Снова дыша им. Как когда-то давно.
Том зажмурился, стискивая его запястья. Так, чтобы чувствовать биение его сердца.
- Я снова хочу быть Томом. Тем Томом, которым был когда-то. Не стариком, погрязшим в цифрах и тотальном контроле, не играющим роль, а настоящим. Сумасшедшим. Не боящимся делать глупости. Я хочу быть другом своим сыновьям, а не цербером. Я хочу понимать их, хочу снова делать сальто на спор, – Том вскинул голову, глядя на Криса с почти отчаянием в горящих глазах. – Я переверну этот мир, если буду знать, что ты ждешь меня. Немного времени – это все, о чем я тебя прошу.