Охота за "Красным Февралем" (СИ)

«Прежде», — сказала она, и в голове у старшего капитана загорелась красная лампочка. Он вспомнил. Вспомнил, где ее раньше встречал. Во время Войны. В турецкий порт Аден зашел с дружественным визитом военный корабль союзной Белголландии. Молодой моряк Зинджибари стоял в почетном карауле, а эта рыжая ведьма в черном мундире сошла на берег с другими белголландскими офицерами.
Интересно, а здесь она что делает? И почему радиационный фон ее корабля превышает норму, точь-в-точь как подводная лодка капитана Османи?
— Доложи об этом куда следует, — бросил Зинджибари своему старпому, когда вернулся на «Сулейман».
— Начальнику полиции тоже или пусть секретная служба сама с ним разбирается? — уточнил старший помощник Миттельман.
— А полиция здесь при чем? — недоуменно спросил старший капитан.
— Неужели вы ее не узнали, командир? — ухмыльнулся старпом. — Это же Фамке ван дер Бумен, королева белголландской мафии!
— Не слежу за светскими новостями, — пожал плечами Абу-Ярден, а про себя подумал: «Интрига закручивается…»
Ближе к вечеру к Порт-Малуму приблизился еще один интересный корабль, на этот раз под альбионским флагом. Хотя, на первый взгляд, в нем не было ничего интересного. Банальный торговец альбионской Ост-Индской Компании.
— Капитан Майкл Гриффин, — представился командир корабля.
— Что везете? — уточнил старший капитан Зинджибари.
— Чай, кофе, табак, — принялся перечислять Гриффин. — Ром. Австралийская икра…
— Добро пожаловать на Малумские Острова! — прозвучало в ответ.
— Альбионцы нас совсем за дураков считают, — заметил Зинджибари, возвращаясь на свой эсминец. — Австралийская икра. Ха!
— Точно, — согласился Миттельман. — Думали, что мы не заметим ударную субмарину на подвеске! Интересно, что они замышляют?
— Кто знает? — развел руками старший капитан. — Поживем-увидим…
  
Глава 21. Страшные Малумские Острова
 
«Королева Джейн Грей» удалилась от острова Конга на безопасное расстояние, и только тогда все старые и новые друзья собрались в кают-компании. Кассандра по очереди обняла и расцеловала всех — капитана Гриффина, лейтенанта Герцога и Тоширо-младшего. И Максимилиана тоже.
Тильда-Смерть наблюдала за ее действиями с нескрываемой иронией.
— Телячьи нежности, — фыркнула она.
— Я так вижу, вы давно знакомы? — поинтересовалась Туяра Иванова.
— Целую вечность! — воскликнула Кассандра.
— Это заметно, — добавила Туяра. — Полагаю, с моей стороны будет верхом бестактности спрашивать, что вас связывает вместе.
— Только посмотрите на нее, — снова хихикнула Матильда, — «верх бестактности». Даже я таких слов не знаю.
Капитан Гриффин как раз собирался вставить слово, но ему не позволили этого сделать. В кают-компанию ворвался новый гость, то есть гостья.
— Капитан! — завопила она с порога. — Это возмутительно! Что это значит?! Как это надо понимать?!!! Я заглянула в ангар, чтобы проверить свой самолет, но его там нет, а вместо него там… а там… а там!!!..
— Ничего не поделаешь, мисс Эмертон, — проворчал Гриффин. — Это война.
— Универсальный ответ, но я его не принимаю, — надулась лейтенант Эмертон и только тогда обратила внимание на других присутствующих. — Ты… ты… ты… — но на этот раз в ее голосе прозвучало не возмущение, а едва сдерживаемый восторг. — Ты — Кассандра Барриентос! Та самая!!!
— Будешь хорошо себя вести — она даст тебе автограф, — зевнула Матильда Чан. — А теперь проваливай. Не мешай взрослым дядям и тетям обсуждать серьезные дела.
— Так точно, мэм! — Милдред Эмертон вытянулась по стойке «смирно». — Прошу прощения, если помешала. Мэм. Капитан.
— Хорошая девочка, — заметил Майкл Гриффин, когда за летчицей закрылась дверь. — Почти как вы год назад. — Он покосился на Кассандру и Матильду. — Далеко пойдет. Я вот что хотел сказать…
Но ему снова не позволили договорить. На сей раз на пороге выросла старпом Протеро.
— Новые приказы, капитан, — сказала она. — Нам велено возвращаться на острова Килинга.
— Проложите курс, старпом, — отвечал капитан.
 
— Кокосовы острова? Не пойдем сегодня на пляж, — невпопад пробормотала Матильда.
Как в воду глядела, потому что на Килинге экипаж и гости «Королевы Джейн» узнали, что «Красный Февраль» был обнаружен воздушной разведкой к северу от Малумских островов. Новый приказ, то есть подтвержденный старый — продолжить преследование. Меган и ее танкопарда высадили на Килинге (им так и не рассказали о том, что случилось на острове Конга). Губернатор Килинга, а особенно его дети были в восторге и обещали позаботиться о таких необычных гостях. На полпути между Килингом и Порт-Малумом «Королева Джейн» состыковалась с «Веллерманом» — кораблем-носителем под флагом Альбионской Ост-Индской Компании. Бдительных стигийских пограничников это не обмануло, но они сделали вид, что ничего не заметили. У них были на то особые причины.
* * * * *
Малумские острова, скопление милых, но бесполезных атоллов в южной части Индийского океана, были открыты то ли голландцами, то ли португальцами уже в 17 веке. Необитаемые островки без полезных ископаемых и удобных гаваней не интересовали ровным счетом никого вплоть до конца 19 века, когда британцы подняли на самом большом острове свой флаг — не потому что в них нуждались, а разве что для порядка и напоминания городу и миру, кто в этих водах хозяин. В 1918 году британский штандарт сменился на германский, только и всего. В 1945 году у Малумских островов бросил якорь пострадавший от шторма торговый корабль из Яффо. Тут его экипаж и услышал по радио о финале войны и провозглашении независимой Семитской империи. Немецкий флаг тут же сорвали и утопили в лагуне, а на его место повестили наскоро сшитый штандарт молодого государства. На послевоенных мирных конференциях новую государственную принадлежность Малумов торжественно закрепили. Даже альбионцы не стали поднимать шум из-за такой ерунды, хотя островки находились слишком глубоко в их зоне влияния.
Впрочем, пингвины своего не упустили. На островах наконец-то нашлись полезные ископаемые — какие-то редкоземельные металлы, а вместе с ними завелись и местные жители. 75 процентов акций нового рудника тут же скупили альбионцы; весь игорный бизнес в порту, все веселые дома и добрая половина кафе, баров и ресторанов принадлежала альбионскому преступному Синдикату; а на рейде Порт-Малума постоянно болтался тот или другой альбионский военный корабль, капитан которого частенько забывал, кому на самом деле принадлежат эти земли. Но Падишах-Император в бесконечной мудрости своей нисколько не возражал против такого положения вещей, потому что не видел в этом никакого смысла.
Его Превосходительство господин Якуб Марциано, досточтимый генерал-губернатор Малумских Островов, был вполне солидарен со свом государем.
В тот день губернатор Марциано сидел у окна в своем кабинете и делал вид, что пытается решить сложную шахматную задачу. Откровенно говоря, губернатор не умел и даже не любил играть в шахматы, но он должен был поддерживать имидж мудрого и рассудительного императорского чиновника, поэтому счел что шахматный столик у окна, где его могли видеть прохожие и туристы — хорошее решение, не хуже других. На самом-то деле господин Марциано просто дремал в кресле после тяжелой недели. Имел право. Тем более что супруга с детьми очень удачно уехала на далекий север, в Эйлат, навестить родню. Его обычные шахматные партнеры — трофейный персидский кот Камбиз, спасенный с гепардийского пиратского крейсера, и альбионская электрическая кошка Горгона аналогично дремали каждый на своей подушке — Горгона в заземленной клетке, а Камбиз в кресле напротив. За окном едва заметный бриз покачивал пальмы, а солнце медленно поднималось в зенит. Как говорится, ничто не предвещало.
На стук в дверь губернатор отреагировал мгновенно — армейская привычка.
— Да?
В кабинет просунулась голова секретаря (супруга не позволяла держать секретаршу):