Согрей моё замёрзшее сердце (СИ)

Кейран Холландамир задумался. Король понимал, что в чём-то демон прав. Пока жив Мириль, ненавидящий, завидующий, жаждущий власти, жизнь его будет в опасности. Но собственноручно отдать брата демону за жизнь какого-то эльфа он решиться не мог.
— Есть ли другой выход?
— Нет. Я озвучил свою цену.
Король посмотрел на Сайруса. Но тот сосредоточенно глядел внутрь сияющей полусферы и видел лишь хрупкую фигурку внутри. Лицо мага оставалось бесстрастным, но глаза были полны тоски, страдания и, как ни странно, любви. Никогда ещё за время их долгого знакомства король не видел у своего друга и по совместительству верховного мага такую бурю в глазах. Оставалось только гадать, что происходит в сердце полудемона, какая стихия бушует в нём.
К счастью, в момент откровения рядом раздался топот копыт. Со стороны замка к месту битвы приближалась на всём скаку пегая кобыла. На ней верхом сидела принцесса Амития. Практически поравнявшись с мужчинами, она резко осадила лошадь, ловко соскочила на землю и бросилась к изумлённым таким внезапным появлением участникам разговора.
— Это правда? Правда то, о чём сообщила мне ведьма Гризельда? Мириль оказался подлым предателем, а заплатил за это совершенно невинный, попавший в наше измерение волей злодейки судьбы Тэйнор?
— Вот и я говорю то же самое, детка. Только король может спасти твоего друга, — прошелестел голос демона.
— Сделай что-нибудь, Кейран! И я клянусь, что без жалоб и слёз выйду замуж за лорда Варлоу.
— Послушайте сестру, Ваше Величество, — ухмыльнулся демон. — Время дорого.
Он буквально упивался сильными эмоциями, которые так и хлестали от участников этого непростого разговора. Боль, сомнения, злость, страдания, ненависть — прекрасный коктейль, способный взбодрить демона, придать сил. Астарот, как коршун, зорко следил за всеми.
— Но Великий герцог Астарот требует за жизнь эльфа жизнь нашего брата, Амития.
— Не драматизируйте. Я потребовал за жизнь героя жизнь подлеца. Да и не собираюсь я никого убивать, хотя больше вы его не увидите.
Король посмотрел в нерешительности на сводного брата, но наткнулся на презрение и насмешку в серых глазах. И тогда он смирился.
— Хорошо. Если он не умрёт, то я согласен. Даю слово короля. А ты, милая сестрёнка, после возвращения во дворец объяснишь мне, откуда знаешь этого эльфа.
— Прекрасно. Ждите здесь. Сай, а ты иди со мной внутрь хранящего купола, — скомандовал демон.
Стоило только им войти внутрь, как полусфера стала светиться ярче. Маг сразу же опустился на колени возле неподвижного тела, с величайшей осторожностью провёл ладонью по нежной щеке и прошептал:
— Всё будет хорошо, малыш. Ты обязательно поправишься. Обещаю.
Эльф едва слышно застонал и, слегка повернув голову, прижался прохладной щекой к мужской ладони.
— Хм, ничего не изменилось за тысячелетие. Он всё так же душой любит тебя.
— Ты о чём?
Демон не ответил. Он присел на корточки, внимательно вглядываясь в лицо эльфа. Затем длинными острыми ногтями Астарот вспорол рубашку на груди Тэя и развёл разорванные края в стороны, оголяя тело.
Сай вздрогнул, видя, как слабо дышит юный эльф. И каким огромным кажется кинжал, торчащий из его тела.
Демон стал нараспев произносить заклинание, взявшись за рукоятку кинжала. Кинжал окутало красное свечение, и демон начал миллиметр за миллиметром вытягивать его из тела Тэйнора. Не отвлекаясь от своего занятия, демон обратился к сыну:
— Посмотри на свой выбор внимательно, Сай, и запомни, как в этой жизни выглядит твоя нержавеющая любовь.
— Не говори загадками. Я не могу читать твои мысли.
— Знаешь, а полукровка действительно красивый. И он заплатил высокую цену за твою жизнь, практически расставшись со своей. Когда эльфёнок очнётся, у тебя не будет выбора, сын, он обретёт свободу.
— Я знаю. И отпущу его, если, конечно, смогу.
— Нет, Сайрус. Твоя плата мне за его жизнь — это подчинение его выбору. Эльф сам выберет, где и с кем ему жить.
— В твоих добрых поступках всегда есть подвох, отец. Как я мог забыть.
 
Кинжал покинул тело Тэйнора, и Асторот лизнул кровь эльфа с лезвия. Удовлетворённо покачав головой, демон вытер оставшуюся кровь о свои штаны и засунул кинжал себе за пояс. Потом положил когтистую ладонь на всё ещё открытую, но уже не кровоточащую рану и выпустил свою силу, закачивая её в эльфа и что-то тихо шепча. Со стороны могло показаться, что внутри энергетического купола взорвалась звезда.
Даже Сай на миг зажмурился, а когда открыл глаза, то на теле Тэя не осталось и следа от полученного ранения, только кровь на рубахе. О том, что только что произошло чудо, напоминал лишь разряженный, как перед грозой, воздух.
— Когда он очнётся? — с придыханием спросил маг.
— Скоро. Не забывай, эльф был на пороге смерти. Смотри, дыхание мальчишки выровнялось. Он дышит легко и свободно. А теперь самое для меня приятное.
— Мне уже страшно, — ровно произнёс маг. — Что радует тебя, обычно несёт неприятности живым.
Демон фыркнул.
— Вместе с моей силой для мальчишки открылось знание о своих прожитых прошлых жизнях. Эти знания не нужны ему. Иногда такие воспоминания могут отравить существование. Я передам их тебе.
— Зачем? Сотри эти воспоминания, и дело с концом.
— Тебе совсем неинтересно, почему из всех миров браслет Абигора выбрал именно Эритрею? И как это так, что ты, который не собирался приобретать раба, вдруг купил его? И как мальчик, который совершенно не в твоём вкусе, сумел стать центром вселенной для тебя?
— Я получу ответы?
— Полностью, дорогой. И даже сверх того.
— Хорошо. Делай, что задумал.
Астарот хитро улыбнулся и положил одну руку на лоб эльфа, а другую на голову Сая. В голове мага тут же стали вспыхивать разные образы, принадлежащие разным эпохам. Вот он увидел красивого шатена на коне, потом девушку, играющую на фортепиано, дальше седовласого статного мужчину. Образы вспыхивали и гасли. Некоторые были весьма неприятными и отталкивающими. Да, такие воспоминания не нужны эльфёнку. Он прожил много жизней, и не все они были безоблачными. Но тут дыхание Сайруса прервалось. В это мгновение он смотрел на красивое улыбающееся лицо парня, собирающегося выпрыгнуть в окно. В то же мгновение демон убрал руку с его лба, и маг смог свободно вдохнуть полной грудью.
— Ты знал? — только и спросил он.
— Да. Как только я увидел его, то понял, кто он.
Одинокая слеза поползла по щеке Сая, а глаза впились в Тэя, стараясь запомнить каждую чёрточку любимого.
Демон чувствовал душевные муки сына. Боли было слишком много. Ещё чуть-чуть, и демон пресытится. Он и не думал, что его сын способен на такие сильные чувства.
— Тебе плохо, Сайрус. Но я не жалею ни капли и знал, что делаю. Впервые за тысячу лет ты снова испытываешь настоящие, живые, яркие эмоции. Эльф, сам того не подозревая, сумел пробиться к твоему холодному сердцу и тронуть душу, растопив весь хлад. И ровно как и тогда, этот мальчик будет сам выбирать свой жизненный путь. А тебе останется лишь с достоинством принять его выбор.
Воздух вокруг них заискрился, и полусфера исчезла. Демон поднялся и подошёл к королю и принцессе. По знаку Кейрана к ним подвели Мириля. Воины короля молча подтолкнули того вперёд, и Астарот выпустил крылья, обхватив ими связанного принца, и растворился в воздухе, будто и не было его вовсе.
Сайрус поднял на руки лёгкое тело Тэя, перенёс в тень и уложил под уцелевшим в битве кустарником. Принцесса тут же присела возле Тэя и взяла его руку в свою, ласково поглаживая. Маг понял, что завидует девушке. На её месте хотел бы быть он сам. Вот только Сай не знал, как отреагирует эльф на проявление заботы с его стороны, когда придёт в себя, поэтому предпочёл встать в стороне и просто наблюдать.
Сознание медленно возвращалось к Тэю. Он чувствовал, что тело затекло, начав покалывать и ломить, словно он всю ночь проспал в неудобном положении. Эльф вздохнул поглубже и открыл золотистые глаза. Его рассеянный взгляд скользнул по Амитии и медленно переместился на лицо Сайруса, встретившись с вертикальными зрачками.