Нейтрально-враждебный (СИ)

— Ну, что скажешь? — спросил у нее Ильнур. Его пальцы непроизвольно вцепились в рукоять меча, но даже это не придало верховному паладину храбрости.
— На первый взгляд все, вроде бы, в порядке, — ответила ему Лаура. — Не все из этих заклинаний мне знакомы, но те, что я могу разобрать, до сих пор действуют. Полагаю, эту дверь никто не открывал.
— То есть, волноваться не о чем, да? — быстро спросил бледный Андис. — То, что там заперто, не вырвется ведь наружу? Нет ведь, ага?
— До тех пор, пока чары, наложенные на дверь, действуют, так и будет, — подтвердила волшебница. — Никаких признаков того, что их пытались разрушить, нет. Не могу понять, что именно встревожило госпожу Эларию.
— Она говорила об аномальной активности узника, — тихо напомнил Ильнур. Произнес он это чуть слышно, с опаской поглядывая на дверь. Словно опасался быть услышанным заточенной в темнице тварью.
— Аномальная активность могла быть вызвана множеством факторов, — пожала плечами Лаура. — Однако сейчас я ничего такого не чувствую. В любом случае, через эти двери ему не пробиться. Изнутри их не разрушить.
Повернувшись к спутникам, Лаура добавила:
— Хочу напомнить всем еще раз — не вздумайте использовать здесь магию. Сдерживающие чары сплетены в сложнейший контур. Великолепная работа. Умели же раньше. Но сложность конструкции делает ее уязвимой к внешним воздействиям. Одним богам ведомо, как отреагирует защита на постороннее волшебство.
— Ну, что, все выяснили, да? — нетерпеливо выпалил Андис. — Пора возвращаться. Лошади уже успели отдохнуть, можно ехать хоть сейчас. Не вижу причин торчать тут дальше.
Ильнур неодобрительно посмотрел на него и промолвил:
— Вообще-то мы еще ничего не выяснили. И ничего здесь не в порядке. Пусть дверь и не пытались взломать, в чем мы тоже не уверены полностью. Но вот в том, что в крепости кто-то обосновался, сомневаться не приходится. Эти неизвестные явно не принадлежат к числу добрых людей, раз уж промышляют разбоем. Возможно, сами они не владеют магией, но что будет, если к ним в руки случайно попадет какой-нибудь магический артефакт? Они притащат его сюда, в свое логово, а затем, чего доброго, используют.
— Из-за этого сдерживающие заклятия могут рассеяться? — спросил Колька у Лауры.
— Трудно сказать, — ответила та неуверенно. — Вряд ли они рассеются сразу. Но защитный контур может получить повреждения, которые со временем приобретут критический характер. Это может произойти через год, два, десять. Но поврежденный контур в любом случае не продержится долго.
— Теперь тебе ясно? — строго спросил Ильнур у Андиса. — Нас послали сюда, чтобы устранить угрозу. А в данном случае угрозу представляют поселившиеся здесь разбойники. И пока мы не выследим их и не убьем, мы не вернемся в Форинг. Раз уж ты сам вызвался участвовать в этой миссии, то советую смириться и больше не действовать мне на нервы.
Андис открыл рот, явно собираясь начать качать права и угрожать связями, но вдруг осознал, где находится, и поспешил захлопнуть варежку.
— Идемте отсюда, — предложил Ильнур. — Нужно узнать, что выяснили остальные. Возможно, им уже удалось обнаружить здешних обитателей.
И они с огромным облегчением поспешили вверх по лестнице, подальше от страшной двери, и того, что скрывалось за ней.
К моменту их возвращения обыск развалин был завершен. Герои осмотрели все, обшарили каждое помещение, даже сбросили светящийся шар в колодец, дабы убедиться в том, что бандиты не прячутся в его глубинах. Ими было выявлено множество следов человеческого пребывания. Они отыскали спальни, кухню, кладовую, даже алхимическую лабораторию. Эта последняя находка заинтересовала Лауру, и та выразила желание осмотреть ее лично. Ильнур и Колька последовали за ней. Андис, который до сих пор не мог прийти в себя, побоялся отстать от надежных спутников и заторопился за ними.
На первый взгляд лаборатория казалась примитивной и убогой, но Лаура, быстро осмотрев ее, пришла к выводу, что здесь орудовал весьма умелый алхимик.
 
— Даже в подобных условиях он умудрялся варить зелья очень высокого качества, — заметила она, осмотрев глиняные горшки и изучив их содержимое. — Этому не научишься у деревенского знахаря.
Лаура окинула взглядом лабораторию.
— Никаких записей, — сказала она. — Значит, все формулы он держал в памяти. Да, это специалист.
— И что, во имя добра, толковый алхимик позабыл на нейтральной полосе? — удивился Андис.
— Нечего, если только он не беглый преступник, — ответил ему Ильнур. — В этом месте обитают самые мерзкие и гнусные люди на свете. Те, кого отвергла даже темная империя.
Он повернулся к Кольке и сказал ему:
— Прикажи людям устраиваться на ночлег. Назначь караульных. Завтра начнем поиски. Бандиты не могли навсегда бросить свое логово. Наверняка они затаились где-то поблизости, и ждут нашего ухода.
— Стойте! Стойте! — простонал Андис. — Мы что же, будем ночевать прямо здесь? То есть, прямо вот здесь, в крепости?
— Если ты желаешь, мы можем поставить для тебя отдельную палатку снаружи, — великодушно предложил ему Ильнур. — Но прежде, будь так добр, черкани небольшую записку, и подробно изложи в ней, что в твоей страшной смерти в клыках чудовищ следует винить лишь тебя одного.
Андис побледнел еще сильнее. Кажется, до него начало медленно доходить, что он больше не в столице, и здесь ему ничем не помогут ни деньги, ни связи.
— Пожалуй, я буду ночевать со всеми, — сообщил он.
— Вот это мудрое решение, — довольно улыбнулся Ильнур. — И еще — постарайся не бродить здесь в одиночестве. Особенно ночью. Это, кстати, касается всех. Глядите в оба. Помните, где мы находимся. Нейтральная полоса никому не дает второго шанса.
  
Глава 48
 
— Никогда не чувствовала себя такой отвратительно грязной! — полным возмущения голосом посетовала Риана.
Трокус покосился на ведьму, которая резкими нервными движениями руки пыталась счистить пыль со своих новеньких черных штанишек, и широко улыбнулся.
— А вот нечего было наряжаться, как на императорский бал, — заметил он, и сделал глоток из походной фляги. В той оказался травяной настой, придающий сил и снимающий сонливость, но имеющий довольно специфический вкус. Трокус с куда большим удовольствием влил бы в себя более благородный напиток, но ветеран отлично знал, к чему приводит пьянство в самый разгар боевой операции.
— Никто не предупреждал меня о том, что придется валяться в грязи, — прошипела в ответ Риана.
— Сама бы могла догадаться. Война — грязное дело.
— Я думала, это выражение нужно понимать аллегорически.
— Никаких аллегорий. Исключительно буквальная трактовка. Еще скажи спасибо, что не было дождя.
— Спасибо! — в сердцах выплюнула Риана, и с опаской поглядела на небо, еще недавно чистое, а теперь затянутое плотной пеленой облаков.
— Что думаешь о крепости? — спросил Трокус. — Мортус отправил вперед разведчиков, но ты ведь и отсюда можешь почувствовать присутствие там магии.
Риана прекратила тщетную борьбу за чистоту своего наряда и ответила:
— Ничего определенного я сказать не могу. Применять направленное сканирование слишком рискованно — его могут засечь, если в крепости присутствуют маги. Но одно неоспоримо — там точно что-то есть.
— Что-то? — удивленно приподнял брови Трокус.
— Да. Что-то. Я не могу понять — что именно. Постоянное излучение какой-то энергии неизвестного мне типа.
— Возможно, там находится маг.
— Для мага это очень нехарактерное поведение, — пояснила Риана. — Если маг начнет расходовать свою энергию подобным расточительным образом, он вскоре опустошит себя.
Трокус поморщился.
— Час от часу не легче, — проворчал он. — Неспроста, совсем неспроста, папенька нынешнего лорда запрещал приближаться к этим развалинам. Что-то он знал, покойничек, да вот только рассказать не успел.
— Скоро сами все выясним, — заметила Риана. — Что бы там ни было, а поперек императорского приказа лучше не идти.