Тайна острова Незабудка. Возвращение домой (СИ)

Их окутала фиолетовая дымка.
Глава 10
Лето заканчивалось. Оставались только две недели счастья. Принцессы жили беззаботно: играли-тренировались в грязи, рисовали (Эдик первая часть художественного инвентаря к себе перетащила в основном ватманы и карандаши с красками, она делала карты по найденным в библиотеке книгам, Полина тоже не удержалась и рисовала драконов всем чем могла и на чем хотела), ходили на пляж, наводили страх на прислугу (девочки продвинулись в мастерстве ловушек, а Сэнте было не до шуганной прислуги, каждый конец и начало месяца она проводила в Совете с отчетами). Полина пару раз выбиралась в город на танцы, за что получила по шапке от Виктора, Сэнты и Мальтуса Сигизмундовича.
Вот таким прекрасным деньком, когда сестры сидели на полу, обложившись чертежами и набросками очередного ночного шедевра, к ним без стука зашла Сэнта.
— Полина, Эдуарда, у меня для вас хорошая новость.
— Ура, каникулы продолжат, — обрадовалась Полина, активно пряча улики под кровать, Эдик от нее не отставала.
— Увы, не настолько хорошая, — улыбнулась волшебница. — Мы установили портал в гостиной, теперь ваши близкие и друзья смогут с вами общаться не только через сеть. Согласование открытие портала или через меня, или Мальтуса.
Эдик была рада безмерно, она сильно соскучилась по родным и подружкам, звонки, видео-вызов и проектор — это хорошо, но живое общение намного лучше. Полина не спешила встречаться с родными, а общалась исключительно с подружками.
С появлением друзей сестры снова между собой перегрызлись, гуляя и играя каждая со своей компанией. Юные археологи перерыли полсада в поисках неизвестно чего. «Взрослые» подростки обсуждали моду, парней, музыку, гуляли в саду, играли на гитаре, пели песни у костра. Полина тосковала по группе и их выступлениям, что не могла не заметить волшебница. Оставалось дело за малым.
В очередное время общения, ожидая увидеть Полину и ее подружек, Сэнта толкнула дверь ее комнаты и сообщила с порога:
— Я достала инструменты и подготовила бальный зал для репетиций.
На ее голос обернулась дородная женщина, наставница ее знала по личному делу принцессы, — мама подопечной, Аманда Рахманбековна. Та отчитывала дочь, Поля сидела с самым скучающим видом на кровати, а ее матушка нависала над ней и пыталась вразумить ребенка. Осознав сказанное наставницей, Поля взвизгнула, подскочила, чуть не сбив родительницу с ног, и повисла на шее у Сэнты.
— Поллинария, что за манеры? — грозно сверлила ребенка глазами мама.
Дочь спряталась за спину волшебницы и шепнула ей на ушко:
— Сэнта спаси, она меня час мурыжит нотациями, и заканчивать не собирается.
— Здравствуйте, уважаемая э…., — сделала вид, что не знает имя волшебница.
— Аманда Рахманбековна, — презрительно глядя на вошедшую, гордо проинформировала ее директор школы.
— Очень приятно. Ансэнтана Святославовна.
У Аманды глаза округлились, когда незнакомка вошла у нее были сомнения в ее личности, а теперь нет, если дети и не помнили с кем их король крутил роман, то эта женщина все помнила и возненавидела ту стерву, которая посмела опозорить их монарха, а может это была просто женская неприязнь.
— Какие люди, собственной персоной! — всплеснула руками мама Полины. — И долго вам икалось? — не собираясь скрывать свою неприязнь, съязвила она.
Сэнту окутала легкая огненная дымка, стало жарко.
— Полиночка, сходи прогуляйся, — тихо приказала волшебница.
— Аааа, — замерла девочка, переводя взгляд с мамы на наставницу.
— Не переживай я ее не покалечу, хотя сжечь килограмм шестьдесят не помешало бы, — дождавшись, когда принцесса удалиться Сэнта продолжила: — Вы забываетесь уважаемая Аманда Рахманбековна.
— Я, я?! — аж, взвизгнула она. — Я не настраиваю вашего ребенка против вас! Я не позволяю своей девочке выглядеть, как шлюха! Я не содействую в увлечение непотребными хобби! Я не забираю детей из-под родительского крыла! Я не учу ребенка игнорировать собственную мать! Я не запрещаю общаться с родителями!
 
Сэнта махнула рукой, и они оказались в кабинете.
— Я не собираюсь оправдываться во всей той лжи, — устало сказала волшебница, удобно устраиваясь в своем кресле, доказать что-то истеричке гиблое дело.
— Я, я буду жаловаться королю Мальтусу Сигизмундовичу, чтобы Вас отстранили от детей!
— Ваше право, — спокойно развела руками она. — Пожалуй, я подам петицию о лишение вас материнских прав.
— Не имеете права! Да, как вы посмели?! — уверенно заявила Аманда Рахманбековна.
— Она не ваша дочь.
Женщина застыла, мотнула головой.
— Моя!!!
— Не вы ее рожали. И думаю, это подтвердит анализ ДНК. Она приемная.
— Откуда? — мама Полины упала в кресло.
— Элементарно. Итак, ребенка мне не волновать, быть белой и пушистой, а не использовать, как средство для снятия агрессии, если и дальше хотите формально числиться в ее родственниках. Иначе сам Мальтус, — Сэнта умышленно не употребила отчество, подчеркнув неформальные их отношения, — лишит вас родительских прав, опека принцесс уже на нем. До свидание, — и Аманда Рахманбековна сгорела в огне, еще никто так не смел поступать с грозной директрисой школы.
Девочки были в восторге от бального зала: огромнейшее помещение (и не удивительно, раньше оно вмещало площадь и центральную башню), стеклянный потолок (днем использовалось магическое затемнение, ночью сверкали звезды), множество колонн, отдельно столы, площадка для танцев, место для оркестра, всевозможные ниши и места для уединения. Группа Лайя-Кавайя вернулась в строй.
— Вот это акустика! — восхищалась Полина.
Как выяснилось, Ансэнтана Святославовна смыслила в музыке и давала ценные советы, что лишний раз убедило Полину в наличие у наставницы звездного прошлого. Эдуарда и Ники подначивали солисток, Вика не участвовала в перепалке, хвалила сестру.
***
В этот день Ансэнтана сильно устала. Нет, она не была в Совете, не подгоняла отчеты, не муштровала службу охраны, а просто пару раз попала в поле зрения профессора Подорожника, просидела на репетиции, объясняя азы шоу-бизнеса, отчитала прислугу за небрежность, ничего особенного, но факт оставался фактом, она устала. И положив свое бренное тело на кровать, мгновенно провалилась в мир снов. Женщина была очень сильно удивлена, когда ее стали домогаться в ее собственной постели, пару раз зарядила наглецу походу по лицу и по обиженному оханью поняла, что попала. Сначала спросонку она не догадалась, кто, где, зачем и почему.
— Мальтус!!!! — возмущению не было предела.
— Да, моя королева, — полез целоваться мужчина, дыша хорошим перегаром.
— Ты знаешь, который час?!
Он отвлекся от своего важного дела, безуспешному поиску пуговиц на ночной сорочке, посмотрел в окно.
— Ночь, точно ночь, — заверил король, поцеловав подушку вместо дамы.
— Давай спать и повернись на другой бок, от тебя несет, как от кабака, — потребовала она.
— Нет, я не хочу спать, — капризно заявил он, нависая над ней, и, не удержавшись на руках, рухнул, хорошо, что Сэнта успела отползти, сбив одну из рук, что и стало причиной его потери равновесие.
— Где ж ты так набрался мечта алкомаркета и с кем?
— В Совете с Тео, — гордо похвастался пьяный, поворачиваясь на бок.
— С кем?
— Первым Секретарем Совета. Ты была права, сразу надо было с ним все дела решать. Классный мужик оказался!
— Ага, а собутыльник какой знатный.
Не обратив на ее колкость внимания, продолжал свою исповедь волшебник:
— Чумовой мужик. Классная у него коллекция: коньяк, ром и что-то еще. Себе такую хочу. Кстати, он сделала тебе комплимент…
— Ансэнтана Святославовна, — даже сейчас, когда ее не было рядом, Тео боялся, как-либо менять ее имя, — стерва! Сама настоящая большая стерва! Ни разу не дала, — пожаловался Первый Секретарь. — Еще обозвала толстым зажравшимся первым дебилом, — ябедничал, заплетающимся языком, он. — И шантажировала. Меня! Шантажировала Первого Секретаря Совета! Да, как она посмела, стерва! — о теме шантажа умолчал, и по буре эмоций, которая его одолевала, было понятно, что шантаж удался, и обидчик великого деятеля Совета не понес никакого наказания.