Апокалипсис (СИ)

— Я хорошо тебя знаю, — протянула я. — Думаю, ты станешь отличной «правой рукой».
— Что…? — удивилась она. — О, я не могу, принцесса…
— И явился ангел божий человеку, и увидел человек, что он прекрасен, — прокомментировал Вайенти. 
— Я принесла ему еду… — сказала Айель. — И увидела, что чернильница не закрыта. Чернила же высохнут, а дневник был открыт и… Я не смогла сдержать любопытство.
— Не оправдывайся. 
— Простите, госпожа.
— И не извиняйся. 
— Уже поздно. Наверное, нам всем стоит отдохнуть…
— Нет отдыха для заболевших хворью мудрых и живых, лишь постигающей открытых сердцем, и…. — Лицо Вайенти перекосилось от боли, по щекам потекли слёзы. — Пусть оно прекратит, — прошептал он. 
— Мне так жаль его, — сказала девушка, снова взяв мой дневник в руки. 
— Тебе больно? — спросила я, обращаясь к заражённому.
— Нет, мой ангел. Я рад увидеть вас. Возможно, завтра… уже завтра…
— Возможно, — подтвердила я. 
— Доброй вам ночи, принцесса. 
— И тебе, Вайенти. 
  
IX
 
Айель подала мне дневники и вышла со мной во двор. Спальня девушки располагалась в моём крыле, в комнате моих личных горничных, поэтому она шла вместе со мной. 
— Он умрёт, да? 
Я кивнула.
— И мы не можем ничего сделать?
— Я дала ему лекарство от головной боли. Днём ему больно от света, но больше ничего не поможет. Вайенти всё равно превратится в дедра. 
— А вы пробовали? 
— Да, мы с учителем много чего испробовали на заражённых животных. Всё это бесполезно.
— Боги обозлились на нас, — проронила Айель. 
Вздохнув, я стала подниматься по лестнице.
— Как умер Сэр Дардион?
— Он обратился в дедра, и кто-то из солдат пустил ему стрелу в лоб. 
— Вы так спокойно об этом говорите…
— Это скорбь, а не спокойствие, Айель. У меня нет сил на красивые сцены и бурные рыдания. Оставь их моей матери. 
— Простите. 
Служанка помолчала, остановившись вместе со мной возле лестницы, ведущей в мои покои. Я видела, что она хочет сказать что-то ещё, поэтому терпеливо ждала. 
— Я не понимаю, — проронила девушка.
— Чего? — мягко спросила я. 
— Этот заражённый… Вайенти… всё ещё не превратился в дедра за весь день, и сколько ещё дней прошло перед тем, как он сдался тюремщикам? А Сэра Дардиона я видела утром… а ночью вы уже приехали без него…
— Ты ещё, наверное, не дошла до этого в дневнике, — задумчиво пробормотала я, тупо смотря на переплёты в своих руках. 
— О, я очень медленно читаю, ещё не очень уверенно. 
— Вайенти ел кристаллы, а Сэру Дардиону жидкая скверна попала в открытую рану. Он продержался всего несколько часов. 
— О, — проронила Айель.
Я протянула ей книги. 
— Прочитай их. Если ты хочешь стать моей ученицей, тебе нужно всё это узнать. 
— Хорошо, — бережно принимая записи, сказала девушка. 
— И… наверное, с тебя стоит снять обязанности моей прислужницы.
— О, мне это в радость, принцесса! Я буду справляться и с тем, и с тем, если вы того пожелаете! 
— Хм. Ладно. Тогда попроси Эйрин не будить меня завтра. 
— Хорошо, госпожа!
Поклонившись, Айель побежала вниз по лестнице, к комнате слуг. Проводив её хрупкую девчачью фигуру взглядом, я впервые со смерти Сэра Дардиона почувствовала лёгкость. Не кратковременное облегчение, а настоящую лёгкость. У меня есть ученица. Возможно, она поможет мне разобраться. Мне больше не нужно делать всё самой. 
Я вошла в свою комнату. 
— Так, значит, ты идёшь спать? — Голос Карин, раздавшийся в темноте, напугал меня. Я поставила лампу на стол и вгляделась в силуэт девушки. 
Она сидела в моём кресле, одетая в тёмную мужскую пижаму. И закинув щиколотку одной ноги на колено другой, вертела в руках перо, взятое с моего стола. 
— Это не то, что ты…
— Хватит, — прервала меня Карин. — Ты выглядишь как бледный призрак! Твой отец попросил меня проверить, заражена ли ты! А ты продолжаешь работать по ночам!? 
— Днём он спросил у меня то же самое, — устало пробормотала я, садясь на постель. 
— Значит, тебе он больше не верит. И как могу верить я?
 
— Перестань, Карин. 
— Ты ходила к Вайенти? — спросила девушка, чуть смягчившись.
Я кивнула, избегая взгляда на неё.
— И как он?
— К еде не притронулся. Декламирует стихи. Хуже, вроде бы, не стало. 
Карин встала, отложив перо, и подошла ко мне. 
— Скажи мне, как понять, что человек заражён? Ну, до того, как он начнёт пускать слюни и выкрикивать бессмыслицу?
— Зрачки перестают сужаться от света, глаза краснеют, — не подозревая подвоха, ответила я. 
Девушка взяла лампу со стола и резко поднесла её к моему лицу. Щекой я почувствовала жар раскалённого стекла, и моим глазам стало больно от света.
— Что ты делаешь? — поморщившись, я отвела её руку.
— Смотри на меня! — приказала Карин и снова чуть не обожгла меня лампой. Она что, действительно подозревает меня в том, что я заразилась? 
— Даже если у меня красные веки, это от того, что я плохо спала, — сказала я, смотря в её глаза.
— Зрачки сузились, — убирая лампу, пробормотала Карин. 
— Отлично, — отозвалась я, стягивая с ног туфли. — Ты довольна?
— Я останусь здесь, — твёрдо ответила девушка. 
— Как хочешь.
Мне было всё равно. Я забралась под одеяло и, перед тем как уснуть, почувствовала, что Карин ложится недалеко от меня. Не забирается под одеяло и никак не касается, просто ложится. Решила предотвратить мои ночные прогулки? 
***
Карин ушла ещё до того, как я проснулась, может быть даже ночью, и всё утро я была предоставлена сама себе. Эйрин принесла мне обед (завтрак я проспала), после чего Меридит предложила мне принять ванну. Я не стала отказываться. Спросила только, где Айель. Эйрин ответила мне, что девушка всю ночь сидела с какими-то книгами, и теперь спит.
— Мне разбудить её? Или, может быть, я могу помочь вам?
— Нет, благодарю. 
— Не ругайте её, этого больше не повторится! — сказала Эйрин, пока Меридит расчёсывала мои мокрые волосы.
— Я сама дала ей эти книги. Айель будет помогать мне. 
— О-о, — протянула девушка. — Она такая смелая! 
Меридит только улыбнулась. Я тоже не считала нужным отвечать на этот возглас. Служанки заплели мои волосы, помогли завязать тесёмки на сером льняном платье, какое я обычно надевала в лабораторию, и оставили одну. 
Я решила проверить, как там Вайенти, и свободно прошла по двору в лабораторию. Ни Карин, ни кого-либо ещё, кроме стражников и слуг, я так и не встретила. Внутри здания лаборатории ужасно пахло гарью, и весь пол был омерзительно грязным от копоти и комков земли, которые натаскали на своих башмаках помощники. Вчера я этого совсем не замечала. Странно. 
Вайенти сидел, обхватив кружку руками, и дышал в неё, но не пил. Увидев меня, он оставил свою попытку попить и лучезарно улыбнулся:
— О счастье видеть лик принцессы в последний день… — Тут он замялся, словно забыл слова, а затем сказал: — Сегодня не такой яркий день. 
— Здравствуй, — проронила я. 
Заражённый молча и удивительно спокойно наблюдал за тем, как я ищу что-нибудь, на что можно присесть на одном с ним уровне. Единственным подходящим предметом для этой цели в моём кабинете оказался мешок с хвоей для моющего отвара. Я бросила его на пол возле клетки Вайенти и села. Мужчина пододвинулся ближе и мог достать до меня рукой, но я мало об этом беспокоилась.
— Спасибо, что остаётесь со мной, миледи, — пробормотал Вайенти и медленно протянул руку сквозь прутья клетки, чтобы коснуться кончиками пальцев моих волос.
— Я не знаю, что мне делать, — проговорила я. Меня охватывало отчаяние, и я не способна была с ним справиться.
— Может быть, достаточно просто оставить всё как есть?
Я посмотрела мужчине в глаза. Маленькое белёсое пятнышко уже появилось в середине огромного чёрного зрачка.