Паладин (СИ)
А вообще, в окрестных землях на «Стального», по словам Нэроко, тянули человек пять, причём трое из них были местными лордами. И такая картина почти везде, за исключением крупнейших городов империи и восточной границы, да и там «Серебряных» единицы, а уж про кого повыше и говорить нечего. Нет, они существуют, и о них периодически курсируют слухи, но это ребята не осёдлые и по работе носятся по всей стране и за её пределы, поэтому сказать, что они принадлежат какому-то конкретному городу, довольно сложно.
Находились же мы, кстати, в северо-западных пограничных землях некой человеческой империи, в которую, правда, входят не только люди и которую даже империей особо не назвать… разве что Священной Римской Империей Германской Нации, на местный манер, сиречь аморфнейшим образованием, где каждый крупный феодал может послать императора на три буквы в любой момент, а каждый крупный город, сидящий на каком-то важном торговом узле, и того чаще. Прямым текстом мне такого не говорили, но описания местных порядков для человека, знающего, что такое абсолютная монархия и тоталитарное общество, было более чем достаточно для выводов. Собственно, о чём тут говорить, если повоевать друг с другом у местных вельмож было делом вполне тривиальным и никем не запрещаемым? В частности, прямо сейчас ближе к южным рубежам империи два неких элдлорда, то ребят покрупнее тех, у кого приставки «мид» и «лоу», как раз вовсю резались друг с другом за владение каким-то городом и на это дело созывали наёмников со всей страны, а император на это только и мог, что выражать своё неодобрение.
Так, за разговорами и выслушиванием низкого, приятного голоса нэки, прошло несколько часов, за время которых мы успешно свернули с главной дороги и хорошенько углубились в незнакомую мне местность. Крестьянские поля остались далеко за спиной, тут же дорога шла в этакой пересечённо-лесистой местности, в том плане, что тут везде были холмы и колея грунтовой дороги петляла аккурат между их подножиями. Собственно, на одном из таких поворотов моя спутница и остановилась.
— Тут хорошее место для привала. Перекусим?
— Хорошо, — честно сказать, за разговорами об устройстве мира сам я о еде совершенно забыл, хотя, если судить по солнцу, время уже порядочно перевалило за полдень, а ведь завтракал я довольно рано.
Получив моё согласие, Нэроко сошла с тропы и нырнула в подлесок, где между деревьями обнаружился свободный пятачок земли, вполне пригодный для того, чтобы на нём разместиться, не страдая от жаркого солнца, но при этом имея возможность видеть сквозь кусты дорогу в обе стороны от поворота. После чего, прислонив посох к дереву и сняв сумку, начала собирать хворост, явно планируя развести костёр.
Не став отрываться от коллектива, я тоже скинул рюкзак и, оглядевшись, обнаружил метрах в двадцати высохший, но ещё не упавший древесный ствол, к которому и направился. Дерево было сантиметров тридцать в ширину, но особо прочным не выглядело. На пробу резанув его своим кинжалом, которым спокойно срезал рога демонов-гоблинов, я убедился, что и сухую древесину тот пронзает без особых усилий. Пытаться пилить ствол я, правда, не стал, вместо этого сняв со спины меч. Далее последовали резкий удар, хруст, и деревце сказало, что оно — не броня, то есть вообще не оказало сопротивления, срезавшись одним ударом, как миленькое. Таким образом, уронив ствол и очистив его парой ударов от лишних сучков и веток, я укоротил итоговое бревно метров до пяти, после чего без труда поднял на плечо и отнёс к месту стоянку. По ощущениям я реально нёс что-то не слишком тяжёлое, не пустую картонную коробку, но где-то близко.
Нэроко встретила меня внимательным взглядом и нечитаемым выражением лица. После того, как я организовал нам место для сидения и пошёл уже добывать дрова, комментариев тоже не последовало, но хворост собирать прекратили. Так мы и размещались в полной тишине, странным образом не мешая друг другу. Кошкодевочка молча принялась сооружать шалашик для розжига костра, я так же молча отрезал и подавал ей щепки от брёвнышек, вопросов никто не задавал. Ровно до того момента, как девушка взяла свой посох, нагнулась к получившейся конструкции и стала декламировать странную фразу:
— Аккорд разрушения. Тёплые лучи солнца. Пепел остывающих углей. Распустись, цветок алый! — говорила она на каком-то другом языке, относительно того, на котором тут все общались, но и не на языке демонов. Звучал он резче, с заметным преобладанием рыкающих, каркающих и шипящих звуков, при этом у меня откуда-то возникло впечатление, что говорит Нэроко с жутким акцентом, однако я всё равно понимал её слова и их значение, хотя, надо признать, значение получалось довольно странным.
Тем не менее эффект оно вызвало. Я не разобрал всего, но ощутил, как от девушки полыхнуло маной, а потом в подготовленном костерке весело разгорелся огонёк, как если бы туда капнули немного жидкости для розжига мангалов и подожгли.
— Это было магическое заклинание? — раз уж о моём иномировом происхождении она уже узнала, то и спросить я мог «прописные истины», не опасаясь выглядеть идиотом.
— Да, — котодевочка подложила в огонь несколько щепок и только потом выпрямилась, поворачиваясь ко мне. — Это «Создание огня» — заклинание базового уровня. Этот уровень ещё называют «Нулевым Кругом» или «Трюками». А магия твоего мира выглядит не так? — её левое ушко наклонилось вбок. Выглядело очень прикольно. И мило.
— Да, когда я создаю заклинание, я формирую из своей маны своего рода трёхмерный узор из рунических символов, и если тот создан без ошибок и достаточно запитан магической энергией, то производит эффект, например, так, — подняв руку, я сформировал над ладонью схему светлячка, и спустя миг Нэроко могла наблюдать появившийся шарик света.
— Хм-м-м… — пушистые ушки нэки встали торчком, а хвостик завилял. — Похоже на моё заклинание света, но цвет не такой. И… ты можешь осознанно управлять своей маной и чувствуешь её за пределами тела? — с куда большим и живейшим интересом перевела она сиреневые очи с огонька на моё лицо.
— Могу, — присаживаюсь на ранее принесённое бревно. — Это необычно?
— Я слышала, что так могут некоторые маги, у которых от рождения очень много магической энергии, их ещё называют колдунами, но они — большая редкость. Считается, что все колдуны — это или потомки призванных Героев, или происходят от кого-то из могущественных магических существ, чаще всего драконов.
— Хм-м… — скорее всего, это совпадение, но как-то и заклинания её, и упоминания специальных навыков, и вот это описание колдунов были очень похожи на механику «Dungeons Dragons» — настольной ролевой игры в жанре фэнтези, вышедшей ещё где-то в семидесятых, из которой позже родились большие серии «Забытых Королевств» и прочих «Врат Балдура», вот только там мир точно был не анимешный и никаких боевых колобков не существовало, да и кошкодевочек вроде бы тоже… Плюс магическая система там вообще не оперировала термином «мана», а работала как-то хитрее. Опять же, за всё время рассказа о местном мире я не услышал ни одного географического названия или имени выдающейся фигуры, хотя бы как-то похожих на то, что мне было знакомо по той выдуманной вселенной. Местная ранговая система авантюристов тоже выбивалась… Короче, опять ничего не понятно, и только куча вопросов в голове.
Пока я ушёл в себя, Нэроко прекратила изучать взглядом меня и шарик света, отложила посох и, открыв свою сумку, извлекла котелок и какие-то травы в мешочках. А дальше последовало ещё одно негромкое заклинание:
— Аккорд зова. Роса утренних трав. Влажный туман после грозы. Мягкое журчание ручья. Явитесь в упавшей капле! — и с навершия посоха, который она опустила к котелку, реально потекла вода.
А ведь, если подумать, ручья рядом не было, а пить хотелось. Запасов же мы взяли явно не на неделю. Лично мне бы, наверное, хватило, всё-таки в Инвентаре ещё с деревни остались провизия и вода, но вот на двоих, да на пять дней — точно нет. Полезность этой кошкодевушки растёт с каждым часом…