До тошноты (ЛП)

Уильям почувствовал неожиданную привязанность к разгневанному нарушителю границы, восхищение его храбростью и упрямством при столкновении с более крупным противником. Тем не менее, он не собирался все лето слушать, как Кристи жалуется на белку. Дэвон замычал в знак согласия.
Схватив промышленный совок для уборки какашек, который он купил прошлой осенью в магазине "Ферма и автопарк", Уильям приступил к неприятной задаче по уборке какашек Дэвонa. Обычно пес сидел у забора и наблюдал за происходящим с соответствующим извиняющимся выражением на своей старой морде, но сегодня он не стал утруждать себя. Оставаясь на месте, пес продолжал низко гортанно рычать, не сводя глаз с крыши, где белка балансировала на водосточном желобе, все еще потрясая своими крошечными кулачками и пронзительно повизгивая.
Вздохнув, Уильям покачал головой по пути в гараж.
- Ладно, малышка. Не говори, что я тебя не предупреждал.
Уильям снял лестницу с того места, где она аккуратно висела на настенных колышках. Он знал, что где-то есть яд для грызунов. После нескольких минут поисков и проклятий он нашел наполовину полную коробку таблеток и высыпал несколько штук себе на ладонь. Опустив яд в карман, он поднял стремянку и отнес ее на крыльцо. Белка перестала отчитывать Дэвона и теперь прыгала с крыши на ближайшую ветку дерева и обратно, высоко над головой собаки. Не обратив внимания на явную насмешку, Дэвон зарычал на тварь.
- Хватит, белка. Хватит придираться к моей собаке.
Он прислонил лестницу к дому, проверяя ее устойчивость, прежде чем медленно подняться по перекладинам.
Наверху Уильям полез в карман и достал яд, разложив россыпь гранул в канаве. Белка перепрыгнула на ветку дерева и один раз взвизгнула, наблюдая, как Уильям срывает листья с крыши и складывает яд в кучу.
Бедная малышка. Уильяму было плохо из-за того, что он убьет белку. Он всегда находил грызунов милыми, и за ними было забавно наблюдать, когда они прыгали по лужайке, их хвосты подергивались и развевались, как гимнастическая лента. Но Кристи хотела еe смерти, и он старался, чтобы его жена всегда получала то, что хотела.
- Либо ты, либо я, малышка. Приди и получи это.
Посетитель ржавого цвета наблюдал со своей ветки дерева, как Уильям снял лестницу и убрал ее.
Когда Уильям вышел, он увидел, что пустая ветка все еще раскачивается, громкоголосый грызун вернулся на крышу и подозрительно приближается к куче гранул. Все еще чувствуя себя немного виноватым, он погладил собаку по голове и открыл заднюю дверь.
- Давай, Дэвон. Мы все еще можем вздремнуть на диване, прежде чем Кристи вернется домой.
* * *
- Уильям? Пожалуйста, скажи мне, что в доме не было этой грязной собаки.
Кристи стояла в дверях, указывая пальцем на диван в гостиной.
- Хммм?
Уильям откинулся в своем кресле, пульт от телевизора лежал на его вытянутом бедре.
- Весь диван в собачьей шерсти. У тебя на диване был Дэвон? Ты знаешь, как я отношусь к животным в доме.
- Нет, дорогая. Конечно, нет.
- Тогда откуда там взялись все эти мерзкие волосы?
- Я не знаю. Может быть, упали с моей одежды.
Кристи скрестила руки на груди и сердито посмотрела на Уильяма.
- Ты избавился от белки?
- Ага. Отравил ее. Вероятно, к завтрашнему дню онa должнa быть дохлой.
Уильяму не нравилось, когда Кристи придиралась к нему во время одного из его шоу. Он также ненавидел то, что она никогда не позволяла Дэвону входить в дом.
В любом случае, эта собака - лучшая компания, чем ты в большинстве дней, - подумал он, отключаясь от нее. В первые годы их брак был страстным, и Уильям решил, что так оно и бывает в отношениях. Комфортное презрение просто заполняет пустоту, которая остается, когда любовь угасает.
- Ты меня вообще слушаешь?
Кристи уперла руки в бока - поза, которая никогда не переставала раздражать Уильяма.
- Что? - oн неохотно нажал кнопку включения, остановив Питера Гриффина на полуслове.
- Я сказала, что обязательно найди труп, чтобы он не вонял на весь двор. Последнее, что нам нужно, это чтобы Дэвон съел это больное маленькое существо и его вырвало на диван, когда его нет в доме.
 
- Хорошо. Я поищу ее завтра утром.
- И прими одну из своих таблеток, - добавила она, присаживаясь на подлокотник кресла, чтобы слегка обнять и поцеловать его перед тем, как лечь спать.
- У меня нет депрессии.
* * *
- Давай, мальчик! Возьми фрисби.
Уильям поднял пластиковый диск над головой Дэвона, но собака просто смотрела, как он летит. Зевнув, пес растянулся на траве и выжидающе уставился на Уильяма, как бы говоря: Классный трюк, теперь иди и сделай это.
- Ленивый пес.
Уильям рассмеялся и подобрал летающую тарелку. Он поднялся по ступенькам на заднее крыльцо, чтобы взять пива, когда что-то маленькое отскочило от его головы и покатилось по дереву.
- Что за черт?
Наклонившись, чтобы поднять это, он понял, что это гранула крысиного яда. В него попали еще две гранулы, и он поднял голову как раз вовремя, чтобы третья попала ему в нос. Белка снова уселась на край желоба, забросав его ядом. Затем маленький зверек выбросил остатки за край и возмущенно завизжал на него.
- Будь я проклят. Ты, мелкая пизда.
Уильям собрал оставшиеся гранулы и выбросил их в мусорное ведро, помня о том, что Дэвон может их съесть. Он был наполовину удивлен, но также немного зол.
- Вот и все. Ты это заслужилa.
Потребовалось некоторое время, чтобы найти его, но он обнаружил старое дробовое ружье своего сына, спрятанное в пыльном ящике в гараже. Уильям снова схватил лестницу, когда выходил. На этот раз белка удержалась на крыше, пронзительно крича при вторжении, пока Уильям взбирался по перекладинам и упирался локтями в черепицу. Он много лет не стрелял ни из какого оружия, и первая пуля прошла высоко и далеко.
Грызун убежал при звуке выстрела, когда следующая пуля попала ему прямо в плечо. Он высоко подпрыгнул в воздух, визжа и чирикая. Ожидая, что существо убежит, Уильям был удивлен, когда оно повернулось к нему и атаковало, оскалив большие зубы.
Спеша отступить, Уильям поскользнулся на лестнице, и его подбородок больно ударился о верхнюю перекладину, заставив его прикусить язык в процессе. Он спустился по лестнице и выбрался на середину двора, где его ждал, тявкая, Дэвон.
- Правильно, Дэвон. Скажи ей ты, мальчик.
Уильям вытер подбородок, и его рука стала мокрой от крови. Взглянув на крышу, он больше не смог увидеть белку.
Хорошо. Может быть, теперь мелкая пизда исчезнет.
* * *
- Что случилось с твоим лицом? - Кристи убрала его руки, когда он попытался помешать ей провести пальцем по повязке на его подбородке.
- Я поскользнулся на лестнице и ударился подбородком. Ничего страшного.
- Во имя всего cвятого, почему ты оказался на лестнице?
- Я стрелял в ту белку. Мелкая засранка не захотелa есть яд, поэтому я застрелил еe из дробовика Макса.
Уильям попытался ухмыльнуться, но у него защипало в подбородке.
- Может быть, нам стоит отвести тебя к врачу, - Кристи бросила на него обеспокоенный взгляд.
- Я же говорил тебе, что со мной все в порядке.
Он ненавидел этот обеспокоенный взгляд больше всего на свете. Даже когда она твердила ему что-то, к чему он привык за десятилетия брака, у нее всегда было это наполовину обеспокоенное выражение лица. Иногда она вела себя так, словно он сумасшедший или ребенок, которому нужно напоминать о самых элементарных вещах. Уильям похоронил свою собственную мать пять лет назад и не нуждался в замене.
- Ты принял таблетку?
- Черт возьми, Кристи! Я не в депрессии. Со мной все в порядке. Я поранился, пытаясь избавиться от белки. Вот и все. Та самая чертова белка, ради которой ты заставляла меня "ехать верхом", чтобы убить.