Каникулы бога Рандома (СИ)

Так проходили дни, иногда недели, пока разум вновь не прояснялся, и старик снова не пытался растянуть это время на более долгий срок. Эта борьба слишком вымотала его, и он уже некоторое время хотел, чтобы всё прекратилось.
Придя в себя в очередной раз, он понял, что нужно действовать. Но перед тем…
Он позвал младшую дочь. Когда она пришла, он сказал ей тем тоном, что разговаривал с ней когда-то давно, когда был полностью здоров.
— Ксюша, дорогая моя, пошли, пожалуйста, за семейным поверенным.
— Да вы что, батюшка, — она бросилась ему на грудь, полагая, что он собирается умирать. — Какой поверенный? Зачем.
— Ксюш, мы оба знаем, что я не молодею. Да и болею. И страдаю. Ты же не желаешь мне мук вечных? — он говорил спокойно и тепло, как любил говорить с нею ещё тогда, когда по воскресеньям готовились блины, а маленькая Ксюша учила буковки в книжках.
— Конечно нет, — ответила она, чувствуя, что слёзы подступают к глазам, но пыталась не разреветься. — Я желаю выздоровления вам.
— Мы оба в курсе, что это такое, правда? — проговорил Альберт Эдгарович и взял руку дочери. — Так что вызывай поверенного, будем писать. Пока я в сознании, будь оно неладно.
— Но…
— Выполняй! — мягко, но властно проговорил отец.
— Игорь вернулся, представляешь? — уже в дверях проговорила Ксения Альбертовна. — Он уже приезжал нас с тобою навестить. Хочешь, я и его позову, а?
— Дочь, я сейчас пока в силе, но может пройти два-три часа, меня сморит, и мы уже не увидимся, — он старался говорить это так, чтобы не было похоже на жалость к себе. — Я очень рад за Игоря, мы правильно сделали, что помогли ему деньгами. И я с удовольствием увижусь с ним. Но в следующий раз. А сейчас, пожалуйста, вызови поверенного.
— Хорошо, батюшка, — Ксения Альбертовна склонила голову, чтобы скрыть набежавшие слёзы.
* * * 
— Смотри, — Дарья Строгова достала свой смартфон и, пододвинувшись ко мне, показывала возможные варианты. — Вариантов с землёй и домом на ней просто нет. Даже не ищи. Последняя сделка подобного вида была лет пятнадцать назад. А так все свои имения в карты проигрывают-выигрывают. Только так обмены происходят.
— Хорошо, — ответил я, вдыхая чудный аромат девичьих волос. — Тогда на что мне надо обратить внимание?
— Есть отдельно земля, тут выбор плюс-минус присутствует. И отдельно дома. Что могу сказать, при всём том, что Смоленск — город немаленький, вариантов не много. А точнее — три.
— Так, что по земле? — поинтересовался я, пододвигаясь к ней и надеясь, что это будет смотреться естественно.
— Ой, ну то, что тебе предложат в первую очередь — вот, неплохой кусок земли, в черте города, с коммуникациями, — весь её тон и вид предполагали подвох, и соответственно я не удержался.
— И что не так с этой землёй? — спросил я, поворачиваясь к ней и понимая, что, несмотря на то, что мы достаточно близко, она не отодвигается от меня.
— Дело в том, что тут недавно снесли древнее кладбище, а землю муниципалитет выставил на торги, — ответила она, разводя руками в своей милой манере. — Зато соседи тихие и не буйные, — усмехнулась она.
— Ну, это до первого некроманта, — ответил я ей в тон, и она снова засмеялась.
— Что же по домам, вот эти три варианта, — она пролистала передо мной фотки со всех возможных ракурсов. — Первые два — чистая провинциальная пастораль — резные наличники, ставенки, петушки на коньке. Двухэтажные домики с палисадами и шторки на окнах. Своей земли немного, до пяти соток, но есть неоспоримый плюс: заезжай и живи.
— А третий? — заинтересовался я. Очень уж фактурно выглядели фотографии.
— А последний вариант — самый центр, трёхэтажный особняк, — тут она осеклась, улыбнулась и продолжила. — Но с историей.
— Почему до сих пор продаётся? — спросил я, чувствуя подвох.
— Цена за здание — высока, потому что центр, но продать сложно именно из-за шлейфа негатива, — она снова хихикнула, но прикрыла рот, вдохнула и продолжила: — Бывший лучший бордель в городе!
 
«Папу удар хватит, — тут же вмешался Игорь. — Если мы его купим».
«Отлично, — ответил я, — значит, тем более надо брать».
Глава 12 
— А мы можем его посмотреть? — поинтересовался я у Дарьи Строговой, разглядывая в её смартфоне фотографии величественного особняка, стоящего на фоне кремлёвской стены. — Словно манит.
Девушка посмотрела на меня со странной смесью надежды и неверия в собственную удачу.
— Вы действительно купите что-то? — удивилась она, откидываясь на спинку стула. — И мне не придётся искать новую работу?
— Если мне понравится, дорогая моя, обязательно куплю, — ответил я, одновременно с этим заказывая счёт.
Мне нравилось, как эта девушка реагирует на мои поползновения успокоить её. Она действительно расслабилась и раскрепостилась, как я и хотел. В отличие от той же Эльвиры Оболенской она не вызывала желания отгородиться и сбежать.
Скорее, наоборот, была в ней та незримая женская магия, которая с каждой минутой притягивала всё больше. И хотелось находиться рядом с этим человеком как можно дольше.
Окончание нынешнего дня по праву можно было смело признать самым душевным на Земле.
Мы расплатились в ресторане и вышли в тёплый майский вечер провинциального российского города. Идти оказалось совсем недалеко, что тоже было очевидным плюсом. Еда в ресторане мне понравилась, так что жить в особняке и питаться в «Гурмане» было отличным планом.
В живую здание выглядело ещё лучше, чем на фотографиях. Особенно в лучах заходящего солнца. Было в нём что-то основательное и непоколебимое, как и в кремлёвской стене, что расположилась в сотне метров за ним.
— Здорово, — проговорил я, оглядев дом со всех сторон, примеряясь, что я уже в нём живу. — Очень интересная архитектура.
— По преданию, — сказала Дарья, которая в этот момент разглядывала верхний этаж, — это одно из древнейших зданий в городе. Его архитектурой занимались те же люди, что и отстраивали центр Москвы. Тут же хотели сделать выездной дворец для принца, но что-то пошло не так. Однако здание стоит. Сделано действительно добротно и красиво. Знаешь, если бы не ты, я бы и не знала, какое оно на самом деле.
Я ничего не ответил. Немного даже завис. Потому что явно почувствовал, что внутри находится нечто… притягивающее меня? Не знаю. Но совершенно определённо в недрах здания скрывалось что-то невероятно интересное.
— Три полноценных этажа, — продолжала тем временем Дарья. — Плюс подвальный этаж, способный выполнять различные функции. Все необходимые коммуникации подведены и функционируют. Свежий ремонт.
— То есть тоже заезжай и живи? — уточнил я, припоминая, что про этот дом она такого не говорила, в отличие от предыдущих.
— К сожалению, нет, — улыбнулась она и перевела взгляд на меня. — Сразу сделать это своим родовым домом не выйдет, так как ремонт там очень специфический. Полностью соответствующий тому роду деятельности, для которого он и использовался. Короче говоря, внутри это самый натуральный бордель.
— Хочу посмотреть! — внезапно загорелся я. — Мы можем сейчас зайти внутрь?
— Нет, — покачала головой Дарья, и тугая русая коса последовало за её движениями. — Мне нужно взять ключи, а сделать это я смогу только завтра. Так что, прости, но до завтра никак не получится.
— Жаль, — ответил я, чувствуя, как что-то живое и сильное трепещет в недрах строения. — Ну что ж, значит, придётся ночевать где-то в другом месте. Не подскажешь приличный отель, где можно остановиться?
— Ты же вроде местный, — прищурилась она и наставила на меня указательный палец, словно пыталась застрелить из него. — И не знаешь отели?
— Местный, — согласился я, кивнув головой и развернувшись спиной к зданию. — Но полгода меня тут не было, многое могло измениться. Да и до этого я больше дома сидел. Местные, знаешь ли обычно мало знают о гостиницах в своём городе. Незачем.