Каникулы бога Рандома (СИ)

— У меня же есть ещё три дня! — запричитал главврач, решив, что это пожаловали его кураторы по Туманову. — Я уже почти продал виллу. Я обязательно отдам все деньги! Не убивайте меня!
— А вот с этого места подробнее, пожалуйста! — проговорил очевидно начальник группы, лицо которого было скрыто специальной маской, какие используют военные. — Какие три дня? Кому ты должен денег?
Но именно в этот момент хозяин клиники смекнул, что пожаловали к нему отнюдь не заказчики. А кто-то совсем из другой оперы.
Хотя с теми же методами. И с таким же русским акцентом.
— А вы кто? — спросил он, жалея, что оказался довольно далеко от стола, где у него была тревожная кнопка. Неосознанно он посмотрел в ту сторону.
— Мы — люди с вопросами, — ответил ему тот, что командовал военизированной группой. — А вы — тот, кто на них отвечает. На кнопку не надейтесь, мы её тоже отключили.
— Я вам ни слова не скажу, — ответил главврач и бочком-бочком двинулся к своему столу.
По кивку старшего двое из подчинённых достали кресло из-за стола хозяина клиники и поставили его на середину кабинета. Другие двое взяли главврача под руки и посадили в кресло, тут же примотав руки к подлокотникам.
— Вы что, с ума сошли? — с холодной яростью проговорил он, глядя в глаза начальнику группы. — Тут вам не варварская Россия, а цивилизованная Европа! Тут нельзя так поступать! Вы ответите перед законом!
— Ответим, — кивнул ему русский. — Но только после вас.
Хозяин клиники отчаянно пытался рассмотреть хоть какие-то подробности внешности нападавших, чтобы потом иметь возможность опознать их. И тут ему показалось, что на переносице между глаз он видит шрам. Присмотревшись, он понял, что так и есть. Шрам от осколка гранаты, скорее всего. Значит, он там не один.
— Вы не имеете права, — холодно проговорил главврач.
Командир группы кивнул одному из подчинённых, и тот, закатав рукав привязанному к креслу человеку, ввёл ему какую-то жидкость из шприца.
— Что это за гадость⁈ — взвился он. — Что вы мне ввели⁈
— Ничего смертельного, — последовал ответ. — Сыворотка правды. Слегка магическая, потому что обычная не работает.
— Я не буду!..
— Итак, приступим, — спокойно, не обращая внимания на вопли главврача, проговорил главный среди вояк. — Какими такими чудесными технологиями вы подняли на ноги Туманова?
Вопрос был настолько неожиданным и настолько выбивался из колеи, что главврач опешил. Он открыл рот и несколько раз сделал движения подобные тем, что совершает рыба, оказавшись на земле вместо привычной среды обитания.
— Я не… — к своему удивлению, он буквально хотел поделиться с этим человеком правдой. Он уже не мог её утаивать. — Мы ничего не делали. Мы имитировали операцию и должны были тихонечко убрать Туманова под видом осложнений. Но он выжил. Более того, встал и пошёл. Это настоящее чудо. Это не мы.
— Вот как, — военный явно удивился тому, что услышал. — Тогда давайте пойдём по порядку. — Кто заказал вам смерть Туманова и как тот сюда попал?
Главврач попытался развести руками, но они были намертво примотаны к креслу.
В дверь постучали, но начальник группы приложил палец ко рту, и хозяин клиники кивнул.
— Эй, сэр, с вами всё в порядке? — крикнул из-за двери охранник. Но его было еле слышно, звукоизоляция тут была прекрасная. — Или вы уже ушли? — он подождал некоторое время ответа, а когда того не последовало, проворчал себе под нос уже на грани слышимости: — Ушёл, видимо. Вот ничего его не интересует, кроме прибыли!
— Итак, я слушаю, — проговорил командир военизированной группы.
— Туманов поступил к нам полгода назад, — проведя языком по пересохшим губам, проговорил хозяин клиники. — После аварии. Случай казался заурядным, но через несколько дней с нами связался некто Серпухов и навёл справки о состоянии здоровья молодого человека. Когда он понял, что тот, хоть и плох, но находится в стабильном состоянии, предложил под видом операции, а точнее, осложнений на её фоне, убить его. Сумму он предложил очень хорошую, а у меня же потребности… Я согласился. Но мы ничего сделать не успели, потому что Туманов… выздоровел. Этого не могло случиться, так что я не знаю, как это объяснить.
 
— Так, — проговорил начальник захвативших клинику людей. — Становится понятнее. А почему Серпухов хотел убить Туманова, вы не знаете?
— Нет, не знаю, — главврачу вдруг стало горячо-горячо в области грудной клетки. Медицинское образование, полученное в Сорбонне, подсказывало ему, что перипетии последних дней не прошли даром. — Мне плохо.
— А кто навещал Туманова? — проигнорировав последние слова маленького плешивого человечка, спросил человек в военной форме без опознавательных знаков. — Сейчас ответишь, и дадим тебе лекарства, какие нужно.
— Никто его не навещал, — хозяин клиники уже хрипел. Он говорил только потому, что не мог не говорить из-за сыворотки. — Ходил к нему только дон Гамбино из этой же клиники. Они вместе выписались в один день и улетели на вертолёте Гамбино, — мужичок говорил отрывисто, пытаясь вдохнуть больше воздуха, но у него это уже не получалось.
— Чего болит-то? — понимая, что коротышке действительно плохо, спросил военный. — Каких лекарств дать?
— Инфаркт, — ответил привязанный к креслу и уронил голову на грудь.
Он был мёртв.
— Фил, ты что ему вколол? — обеспокоенно поинтересовался начальник группы.
Боец взял его за подбородок и поднял голову, но та безвольно упала обратно на грудь. Проверил пульс на шее, но всё было тщетно. Человек, желавший когда-то убить Туманова, был мёртв.
— Да ничего такого, сыворотка обычная, — ответил тот, кого назвали Филом. — Мы её сто раз пробовали на людях. И никто не умирал.
— Походу, сердце не выдержало, — со вздохом сожаления проговорил начальник группы. — Запускай артефакт и уходим, пока нас не накрыли.
* * * 
— А кем ты работаешь, Даша? — спросил я, когда мы уже пили кофе и болтали легко и просто, перейдя на «ты». — Если не секрет, конечно.
— Да нет, конечно, — она задорно отмахнулась рукой. Вообще, забыв о своих проблемах, она стала ещё чудесней. — Я — стажёр-риелтор.
Я буквально поперхнулся кофе, который как раз пил в этот момент, и прикрыл ладонью лицо, чтобы она не увидела, как кофе течёт у меня даже из носа.
— А с виду приличная девушка, — не сдержался я и сразу же пожалел о своих словах.
— Что-то не так? — спросила она, хлопая длиннющими ресницами. — Просто, это же обычная работа… — она явно смутилась, а я этого не хотел. — Или ты имеешь что-то против риелторов?
Быстро привёл себя в порядок, вытерев все последствия салфеткой, и улыбнулся.
Игорь в моём сознании ржал, как конь.
«Это судьба! — издевался он надо мной. — Ты обречён».
«Это точно не Судьба, — ответил я, слегка надменным тоном. — Её я знаю!»
— Нет-нет, всё в порядке, — ответил я Дарье, пытаясь свести всё на шутку. — Просто я сегодня уже имел удовольствие общаться с риелтором, и вот там всё закончилось о-очень грустно.
— А, если не секрет, поделись, что произошло? — спросила она с интересом, глядя на меня. — Чтобы мне подобных ошибок не делать.
— Ну, видишь ли, — в мои планы, если честно, не входило болтать с ней на подобные темы, а, с другой стороны, с ней было настолько легко, что слова лились сами. Почти как из того самого риелтора. — Я ищу усадьбу, чтобы основать там своё родовое поместье. Ну вот и позвонил вчера в эти самые, как их… твоим коллегам. Ну и сегодня один из представителей вашей профессии, хотелось бы назвать древнейшей, пытался мне продать, так сказать, без вазелина, имение под это дело. Сказать, что я, мягко говоря, охренел от методов работы, ничего не сказать.
— Так, а вы скажите, скажите, — улыбнулась девушка, и я понял, что просто не могу отказать ей в просьбе. — Мне и правда интересно, кто и что тебе предлагал.
— Хорошо, — ответил я, легонько хлопнув ладонью по столу. — Но обещаю немного приукрасить. Так рассказывать — слишком грустно.