Один шаг, чтобы проиграть (СИ)
— Поговорим?
Только сейчас обращаю внимание, что Тернер тоже переоделся. На нем спортивные штаны и темная футболка, подчёркивающая его безупречное тело.
— Давай поговорим.
— Я хотел бы объяснить все то, что случилось несколькими часами ранее, — мужчина опустился передо мной на корточки, взяв мои ладони в свои. Он принялся водить большим пальцем по моим костяшкам, что, наверное, успокаивало его.
— Прежде чем ты скажешь то, что планируешь, я хочу задать вопрос.
— Хорошо.
— Почему ты оказался рядом со мной в момент аварии? — смотрю на него, пытаясь прочитать по эмоциям на лице, правда ли мне сейчас будет озвучена.
— Я бежал за тобой все это время. — опускает глаза, затем снова возвращая мне взгляд, полный сожаления, грусти и боли, от чего у меня в очередной раз сжалось сердце. — Все произошло у меня на глазах, Диана. Я видел, как ты садилась в такси, в которое потом врезался другой автомобиль. Если бы с тобой что-то случилось, я не знаю, что стало бы со мной. Пока бежал к месту аварии, молился всем богам, чтобы ты была цела. Ты очень много значишь для меня.
Вглядываюсь в черные зрачки, разжигающие внутри меня пожар из бушующих эмоций. Дотрагиваюсь до ещё влажных темных волос, зарываюсь в них пальцами. Молчу. Просто смотрю на него и молчу, не зная, что сказать. Нельзя так сыграть эмоции. Невозможно.
— Знаешь, я не плакал очень давно, — тихий голос Джеймса вырывает меня из собственных мыслей. — Последний раз рыдал, когда умер дед. После этого будто закрылся. Но сегодня… Сегодня мое сердце разлетелось. Буквально.
Опускаю голову. На глаза снова наворачиваются слезы. Сейчас я верю каждому его слову. Потому что вижу, как тяжело они ему даются.
— Диана, посмотри на меня. — Джеймс аккуратно берет мой подбородок своими красивыми пальцами и вынуждает перевести взгляд на него. — Это недоразумение. Случайность. Знаю, как это все выглядело со стороны, но это действительно так. Поверь мне. Пожалуйста.
Снова это "пожалуйста", которое каждый раз вызывает у меня мурашки. Смотрю в его черные глаза и пытаюсь найти хоть каплю неискренности, но ее там нет.
— Ты не обязан отчитываться передо мной. Мы ничего друг другу не обещали. Я не склонна устраивать сцены и все прекрасно понимаю. — убираю мужские руки со своего лица, но Тернер вновь возвращает ладонь, только уже на мою щеку, начиная аккуратно поглаживать ушибленную кожу.
— Нет, обязан, Диана. Я покажу тебе записи с камер видеонаблюдения, которые установлены в кабинете. Лия застала меня врасплох. Я все время думаю только об одной девушке, и ее глаза далеко не зелёного цвета, — нежная улыбка тронула его губы, делая лицо по-мальчишески юным. Не могу удержаться и улыбаюсь в ответ.
— К тебе заскакивает ещё какая-то девушка не с зелёными глазами? Это очередь на твои коленки?
Джеймс тихо смеётся и подаётся вперёд, целуя каждое ушибленное место на моем лице. Блаженно закрываю глаза, тая от ощущений. Мужчина гладит меня по волосам, зарываясь в них носом, затем проводит им по щеке и утыкается своим лбом в мой, протяжно вздыхая.
— Маленькая, если бы с тобой что-то случилось…
— Но я же здесь, рядом, — беру родное лицо в собственные ладони, пристально глядя в глаза, — практически ни царапины.
Взгляд Тернера становится тяжёлым, а дыхание учащается. Он отодвигается от меня и отстраняется.
— В чем дело?
— Если бы не я, то ничего бы не случилось.
— Джеймс, ты не мог этого предвидеть. В конце концов, машиной управлял не ты.
— Да, но это из-за меня ты села в нее.
— Абсолютная случайность. Прекрати накручивать себя. К тому же я уже сказала, что ты не обязан отчитываться…
— Но я хочу! — мужчина резко встаёт и отворачивается. — Я хочу быть обязаным.
— Почему?
Джеймс снова подходит ко мне и присаживается на корточки напротив. За все время нашего знакомства он никогда ещё не выглядел таким растерянным и беспомощным.
— А сама то как думаешь? — улыбка: искренняя, широкая, завораживающая и заставляющая сердце делать самые опасные трюки. — Я с ума по тебе схожу, Диана Уильямс. Откуда ты взялась такая на мою голову? Когда ты не рядом, я постоянно думаю только о тебе: как ты, где ты, что ты, все ли хорошо с тобой? Когда рядом, то не могу на тебя насмотреться — мне всегда мало. Я не хочу делить твое внимание ни с кем. Тебя не хочу ни с кем делить. Как представлю, что тебя могут обнимать другие руки, целовать другие губы, ты будешь дарить свою улыбку не мне, а кому-то другому, так мне сразу хочется что-то разбить. Сильно. — мой смешок вместе с всхлипом подступающих слез провоцирует Джеймса положить руки на мои колени и начать гладить их. — Сегодня в момент мой мир разлетелся на миллион осколков, а потом ты своей улыбкой снова его склеила. Ты, такая очаровательно юная, безумно красивая, фантастически умная, невероятно обаятельная "лучшая студентка на курсе", забрала в плен мое сердце и крепко держишь его своими аккуратными тонкими пальчиками. — Джеймс вытирает слезы с моих щек, целуя каждую. — Все очевидно, маленькая. Я просто тебя люблю.
Плачу, не пытаясь скрыть истинных эмоций, бушующих внутри. Дыхание сбивается, и я тянусь к шее мужчины, который полностью меня покорил. Джеймс подхватывает меня на руки, как будто я невесомая. Пристально смотрит в глаза и ласково улыбается:
— Красноречив? — подмигивает. — Ничего не скажешь в ответ?
— Лучше я сделаю… — прижимаюсь своими губами к его, заставляя раскрыться, и мой язык скользит внутрь. Целую его, вкладывая всю свою нежность, ласку и любовь. Тернер отвечает с не меньшим напором, продолжая ласкать губами мою шею, пока неспеша несёт меня в спальню.
В считаные минуты мы оказываемся на кровати, не прекращая целоваться и ласкать друг друга. Руки Джеймса везде. Его ладони опаляют жаром мою кожу, поглаживая живот и ягодицы. Мягкие губы скользят по шее, заставляя стонать от удовольствия. Внезапно мужские пальцы отстраняются, их обладатель встаёт с кровати, и волна разочарования накрывает меня.
— Почему ты остановился?
— Два момента.
Вопросительно смотрю на Тернера.
— Первый: у тебя точно ничего не болит? — отрицательно качаю головой. — Хорошо. И второй… Хочу быть уверен, что ты не пожалеешь.
Я поднимаюсь с кровати и подхожу к любимому мужчине. Очерчиваю ладонью контуры его красивого лица, смотрю в потрясающие глаза, в которых плещется возбуждение. Готова ли я?
Да.
Однозначно.
Глава 19
Who knew — P!nk
Диана
Перемещаю свои руки на грудь Джеймса, спускаюсь к краю штанов, находя доказательство его желания. Он все понимает без слов. Секунда — я абсолютно обнажена перед ним. Лёгкая волна смущения вызывает мурашки по телу, но стоит только заметить то, как смотрит на меня этот искушённый любовник, лицо тут же заливает краской.
— Ты красавица, маленькая. Везде потрясающая. Доверься мне.
Слегка наклоняю голову в кивке, но глаза не увожу. Рассматриваю мужчину, сумевшего отодвинуть назад все мои страхи, заставившего поддаться эмоциям, полюбившего меня. И такой волной неумолимой нежности затапливает, что впору задохнуться. Грудь пробивает взволнованное сердце, которое тянется к Тернеру как оголтелое.
Возвращаю ладони на скульптурные скулы, притягивая мужчину к себе, впиваясь в губы со всей той эмоциональной чувственностью, на которую только способна. И Джеймс сразу же ловит мою частоту. Настраивается на нее лучше любой антенны. Кусает мои губы, затем зализывая языком места соприкосновения зубов с плотью, хозяйничает языком, будто так было всегда. А его руки блуждают по всему, до чего могут дотянуться, вызывая у меня сдавленные вздохи.
Джеймс поднимает меня на руки, не прекращая целовать, и снова укладывает на кровать. Его губы плавно спускаются ниже, облюбовав шею, на которой, с удивлением для себя, обнаруживают очень чувственную точку. Выгибаюсь под напором диких поцелуев, опуская ладони на шею мужчины. Пытаюсь снова притянуть Тернера к губам, но он только сексуально улыбается, подняв на меня глаза. А в них возбуждение, перемешанное с какой-то нереальной жаждой, плещется, заставляя меня тяжело сглотнуть. Когда он вдоволь насладился кожей в зоне декольте, цепкие руки находят горошину соска, в ответ на что я буквально скулю и дрожу. Длинные пальцы, до этого блуждающие в районе моего живота, теперь опустились к клитору, массируя, нажимая и отпуская, заставляя меня стонать в унисон движениям и бесстыдно разводить ноги ещё шире.