Она притворяется парнем (СИ)

  
Анна Шварц, Екатерина Юдина
 
Она притворяется парнем
   
Пролог
 
— Нет, только не это, — прошептала одними лишь губами, начиная уже резкими, лихорадочными движениями перевязывать грудь эластичными бинтами.
Сразу я подумала, что мне лишь послышался звук шагов, доносящихся из коридора, но, нет, там действительно кто-то шел. А это плохо. Черт возьми, ужасно. И этот человек точно направлялся сюда — в душевую.
— Проклятье, — выругалась, представляя, что будет, если кто-то заметит меня — полуголую девушку в душевой закрытого мужского колледжа. Вот и приняла душ. Специально же пришла сюда ночью, но, видно, в моей жизни без проблем никуда.
Одно мгновение и уже теперь послышался звук открывающейся двери. Сердце пропустило удар, и я, толком не закончив с бинтами, сразу же накинула на себя толстовку, которая окончательно скрывала мою фигуру.
Тот, кто зашел в душевую, включил свет, а я, привыкшая к темноте, тут же прищурилась.
— Выключи свет. Иначе нас могут заметить. По колледжу нельзя ходить ночью, — сказала, сквозь плотно сжатые зубы, при этом стараясь делать голос более грубым, чтобы больше походить на парня.
— И что ты тут делаешь?
Я тут же вздрогнула. По голосу, полному пренебрежения, узнала того, кто говорил.
— Не твое дело, — огрызнулась. Глаза привыкли к свету и я наконец-то открыла их, после чего посмотрела на Него — короля здешней элиты и самого ненавистного для меня человека. В принципе, я, пусть и не специально, но тоже действовала ему на нервы, из-за чего у нас возникла взаимная «любовь». Вернее, ненависть, от которой кровь стыла в жилах.
Вот только, в этом колледже он был всем, а я никем. Более того, благодаря Нему, я тут являлась изгоем.
Зато теперь было ясно, почему Он включил свет. Это мне влетит, если меня поймают ночью вне моей комнаты. А Ему позволялось все.
— Ты место свое забыл?
— За собой смотри, — я фыркнула и наклонилась за полотенцем, но в этот момент произошло то, чего я меньше всего ожидала — в спешке я плохо перемотала бинт и сейчас он, ослабнув, скользнул на талию. Я вообще с трудом успела прижать к себе руку так, чтобы бинт не упал на пол.
Сознание полыхнуло и я мысленно выругалась. Проклятье, почему это произошло так невовремя?
Я быстро схватила полотенце и, забыв даже про мыло, оставленное на скамейке, быстрым шагом пошла в сторону двери. Вот только, Он сжал ладонь на моем предплечье и толкнул к шкафчикам, из — за чего я врезалась в них спиной.
— Какого черта ты творишь? — я подняла на Него взгляд полный ненависти. — Чего ты от меня хочешь?
— Уничтожить хочу, — Он положил ладони в карманы штанов и посмотрел на меня подавляюще. Как на мусор. — Как же ты раздражаешь.
— Взаимно, — сказала, сквозь плотно стиснутые зубы.
Он еле заметно наклонил голову набок и прищурил глаза. Взгляд стал более жутким. Вообще рядом с Ним было тяжело находиться. Когда я попала в этот колледж, поняла, что без девушек тут сложились совершенно жесткие порядки. Парни тут как звери и все вокруг пропахло их агрессией и тестостероном. Он же тут являлся главным хищником, буквально выбившим себе место на вершине.
Его взгляд опустился ниже и скользнул по моей шее. Почему-то обжег. Я тут же прикрыла ее воротником толстовки, а Он, подняв взгляд и, посмотрев мне в глаза, сказал:
— Шея, как у бабы.
— А у тебя мозги, как у придурка, — не выдержала. Понимала, что за такое может конкретно влететь, но я вообще ни о чем не сожалела. Пусть Он вообще горит в аду.
Вот только, Он ничего не ответил. Молча смотрел куда-то и я, проследив за Его взглядом, посмотрела туда же, понимая, что парень смотрел на кончик эластичного бинта, выглядывающего из-под моей толстовки. Не отрывая от него взгляда, он спросил:
— Что это за хрень?
Дыхание застряло в горле и по венам пробежали электрические разряды. Черт возьми, ну почему настолько невовремя?
  
Притворись парнем. Начало
  
— Такси! Нет! Стойте, срочно! — высунувшись из окна, я помахала рукой мужчине, который садился за руль желтой машины. Он даже не посмотрел наверх. Захлопнул дверь и машина, выпустив облачко газа, уехала.
Проклятье. Мне точно не везло.
Закрыв окно, из которого тянуло холодом, я быстро бросилась обратно к чемодану. У меня было не так много вещей, но, даже несмотря на это, взять с собой все я не могла: нужно было срочно уходить. Сейчас же. Я не знала, сколько у меня было времени на сборы, поэтому покидала в чемодан первое, что попалось под руку. Старый ноутбук, немного одежды с нижним бельем, расческу, зубную щетку и пасту.
Потянувшись к нижнему ящику, где лежали вещи брата, я замерла.
Где-то внизу хлопнула дверь.
“Только бы это были соседи” — мелькнула паническая мысль. Иначе мне придется прыгать в окно. Даже представлять страшно, что будет, если это окажутся те головорезы. Замок на двери квартиры хлипкий и выбить его — дело пары минут.
Медлить было нельзя. Выдвинув нижний ящик, я забрала вещи брата, которые могли представлять хоть какую-то ценность — его цепочку и одежду. Закрыв чемодан, я тихонько подошла к двери и прислушалась. В подъезде было тихо. Посмотрев в глазок, я убедилась, что площадка пустая и открыла дверь. После нажала на звонок возле соседней квартиры.
Дверь тут же открылась, будто сосед меня ждал.
— Грейс? — он окинул меня взглядом и заметил возле меня чемодан, — Привет. Ты уезжаешь?
— Да, уезжаю. Пожалуйста, передайте ключи Луизе.
— Хорошо, передам. — Он кивнул, забрав у меня ключи, и внимательно посмотрел на мое лицо. — Прости еще раз. Это все из-за моего дяди. Ты в порядке? Нужна помощь?
— Вы тут не при чем, не надо извиняться, — я мотнула головой, — Простите, мне нужно уже бежать. Всего доброго.
Я быстро спустилась вниз по лестнице, чтобы сосед не успел задать еще больше вопросов, на которые мне пришлось бы вежливо лгать. Они действительно косвенно были виноваты в том, что мне приходится уезжать, но мне все равно было сложно обижать этих людей.
Год назад мой брат упросил меня занять деньги для того, чтобы оплатить ему учебу в элитном мужском колледже. Я обратилась к соседу-ростовщику, с которым мы были в хороших отношениях. Проценты были посильными, я выплачивала долг, и все было хорошо до тех пор, пока у соседа не возникли неприятности. И он продал мой долг другим людям, которые потребовали выплатить его немедленно и с огромными процентами. Иначе мне грозила расправа.
Открыв подъездную дверь, я вздрогнула от неожиданности и не нашла ничего лучше, чем пригнуться, спрятавшись за ней.
— Черт, — шикнула я. Впереди, на парковке, стояли люди, которые вчера вечером уже пытались из меня выбить долг, едва не сломав мне руку. Мне удалось вырваться и сбежать, переждать ночь на железнодорожном вокзале. Теперь же мне негде было скрыться. Пока эти трое здоровых мужчин стояли ко мне спиной, но еще пара минут — и они обернутся, зайдут в подъезд и увидят меня.
Поняв, что у меня нет другого выхода, я сжала ручку чемодана покрепче, и накинув капюшон кофты, бросилась в сторону, надеясь пробежать незаметно под окнами дома.
— Эй! — прилетело в спину. — Стоять!
Дьявол!
Я изо всех сил прибавила скорости, чувствуя, как подпрыгивает за моей спиной чемодан. Я знала, что если они меня догонят, то в этот раз я так легко не отделаюсь, поэтому бежала, петляя между домами, к перекрестку, возле которого была автобусная остановка. Я надеялась, что удача мне улыбнется, я запрыгну в автобус и уйду от погони.
Но шаги стихли еще раньше.
Обернувшись, я выдохнула, поняв, что меня больше не преследуют, но и стоять на месте было глупо: вполне вероятно, что эти люди вернулись к своей машине и решили догнать меня на ней.
Поэтому я быстро свернула в сторону и через полчаса уже была на окраине города.
Сев на лавочку и поставив рядом чемодан, я отдышалась, чувствуя, как холод забирается под кофту, неприятно кусая разгоряченное после бега тело. Куртку я вчера потеряла, вырываясь из рук тех громил, другой у меня не было. Открыв чемодан, я достала толстовку брата, и накинула на себя, но я понимала, что долго на холоде не протяну даже так.