Царетворец. Волчий пастырь 5 (СИ)
— Вы предлагаете нам привезти врага Империи в самое ее сердце? — с невеселой усмешкой поинтересовался один из офицеров.
— Врага Империи, которому благоволит владыка Юпитер? — задал я вопрос, сам не сдержав улыбку. — Или врага Империи, который объявлен врагом Империи только потому, что его отец — император Максимилиан? — во время этих слов я поднял руку, заставив перстень сверкнуть силой.
Демонстрация и смысл моих слов, когда он дошел до умов и сердец, произвели на собравшихся офицеров неизгладимое впечатление.
— Или Максимилиан теперь тоже враг Империи? — после паузы насмешливо поинтересовался я. Но почти сразу сменил тон на деловой: — Единственная моя цель в Риме — инициация собрания Ассамблеи первого сословия, на котором я собираюсь выдвинуть обвинения тирану Фридриху как недостойному быть первому среди равных. И как сын императора Максимилиана я имею на это полное право. Но давайте вернемся к делу. При принятии решения, сотрудничать со мной или нет, прошу вас учесть, что я не хочу лишней крови, ее и так пролилось достаточно на нашей земле. Именно из-за этого, из-за желания избежать прямого столкновения, я запустил дезинформацию о том, что направляюсь в Гаэту, а сам же отправился сюда для заправки своего корабля. И присутствие здесь столь мощного представительства флота стало для меня сюрпризом. Вы что вообще здесь забыли? — посмотрел я на заговорившего первым офицера.
Мой вопрос, судя по лицам собеседников, оказался им не очень приятен.
— Лорд-сенатор Финнеган вчера вечером дал указание следовать в Юргорден для восполнения запасов, после чего он собирался совершить переход в Атлантиду.
— Зачем?
— В известность не ставил.
— Я мог бы предположить, что лорд-сенатор Финнеган просто испугался, когда получил весть о моем приближении. Именно поэтому сбежал именно сюда под надуманным предлогом. Но лорд-сенатор Финнеган только что весьма неожиданно умер, поэтому предполагать такое я конечно же не буду. Итак, господа, подытожим. У меня для вас есть предложение, которое я вам всем озвучил только что. Мне нужна ваша помощь для путешествия в Рим, где после сбора Ассамблеи первого сословия вы и ваши корабли вернутся в состав Императорского флота.
— Если мы столкнемся с другими кораблями флота?
— Высотный потолок Чародея и Чаровницы превышает возможности всех других кораблей Империи. Поэтому при встрече с другими кораблями мы просто поднимемся как можно выше, избегая и уходя от возможной схватки.
— Если мы не согласимся? — последовал следующий, вполне логичный вопрос.
— Это будет зависеть от количества не согласившихся. Если оба экипажа сочтут мое предложение неприемлемым, у меня для вас плохие новости. Мне предстоит сложный последствиями переход в Рим, и у меня просто нет возможности оставить здесь достаточное количество бойцов для вашей охраны, у меня и так людей не хватает. Оставлять же за спиной сразу два боеспособных крейсера, пусть один из них и поврежден, будет крайне глупым решением. Поэтому я предоставлю вам выбор: или мы выводим из строя оба аэростата, чтобы вы гарантированно не смогли взлететь и последовать за мной. Гарантировано, прошу заметить, выводим из строя — а это значит, что Империя корабли потеряет. Либо же вы можете выбрать вариант, когда мы уведем корабли в тайное место, и там я дам приказ казнить всех, кто способен поднять их в воздух. Корабли в таком случае Империя не потеряет, а я не получу за спиной опасности преследования.
Последнее мое предложение, судя по лицам, офицерам не очень понравилось.
— Если же согласится с моим предложением только часть экипажей, достаточная для пилотирования кораблей и воздухоплавания в Рим, не согласившиеся будут оставлены здесь под присмотром немногочисленной группы моих людей, которых я выделю для этого. Только прошу учесть, что если собрание Ассамблеи будет для меня успешным и я войду в право, положенное мне по рождению, к таким людям я буду относится как к предателям интересов Империи, и к предателям интересов человеческой цивилизации. Прошу вас не забывать, что сейчас на переднем крае, от которого вы последнее время находились невероятно далеко, до сих пор идет война с вторжением демонов. И чем быстрее решатся внутренние проблемы Империи, которые инициировал совсем не я, тем быстрее мы разберемся и с проблемами внешними.
Дав несколько минут офицерам чтобы обдумать услышанное, я (опять влияние Доминики) пощелкал пальцами, вновь привлекая внимание.
— Господа и дамы. У меня мало времени, так что прежде чем принять решение прошу вас довести сведения о полученных вами предложениях всей команде. Мои люди проследят, чтобы вы не исказили мои слова, а после прошу сообщить мне ваше коллективное решение. Двух часов на раздумья, полагаю, вам хватит вполне.
Два часа времени я озвучил с учетом того, что нам еще Майю нужно заправлять. Впрочем, с заправкой и восстановлением заряд-лириума получилось быстрее — уложились в час сорок пять. На решение у старших офицеров времени ушло еще меньше: в полном составе офицеры, маги и индигеты решили принять мое предложение. Так что, когда ресурс Майи был восстановлен, три аэростата поднялись в небо (едва не убитая Гонстадом Чаровница при этом держалась в воздухе достаточно криво) и направились к Камаргарскому хребту, в Глотку Дьявола — каньон, где нога человека ступала очень и очень редко.
Там нам предстояло долгое ожидание сообщения от брата Марии. Впрочем, скучать оказалось особо некогда — гвардейцы Альба, немногочисленные наемники д’Энтенса, жрицы Живы и мои варгрийцы занимались боевым слаживанием, а офицеры и матросы работали над устранением повреждений Элькидийской чаровницы. Ну и между делом помогли с ремонтом посадочных лап Майи.
Я же… днем я участвовал во всей многочисленной деятельности, ночами или лежал, пялясь в потолок, или выходил на мостик Майи, глядя на звездное небо и зеленую корону Юпитера. И думал. Обо всем том что было, и о том, что будет.
Спал я совсем мало, урывками. Но сон мне не сильно и нужен был — голова просто гудела от одолевающих мыслей и появляющихся догадок. Потому что сейчас, когда я получил спокойную временную передышку, на многие вещи посмотрел с иного угла. И уже по-иному начал видеть многое из происходящего. Совершенно по-иному.
В общем ни днем ни ночью скучать было особо некогда. Но, когда на восьмые сутки ожидания из Тавроса прилетело сразу двое воронов с сообщением о месте, где ждут Марию вместе с подтверждением выполнения контрактов на меня и на Алисию, я испытал облегчение.
Передышка заканчивалась, можно было снова начинать разбег, который должен наконец привести меня в Рим.
Глава 19
Рибамонтан-на-Море, летняя резиденция Альба в Таррагоне, на восточном берегу Срединного моря, выглядела словно иллюстрация к самой настоящей сказке. Замок, расположенный на крутом склоне белой скалы, нависающий над зеркальной лазурной гладью моря и тонкими узкими шпилями цепляющий вершины облаков, казался просто нереальным. И три зависшие над замком корабля вполне дополняли фантастическую картину. Лишь Чаровница — которая по-прежнему держалась в воздухе заметно криво, несколько нарушала идеальный вид.
Оба крейсера остались над облаками, а Майя начала спускаться на широкий плац замка, расположенный на ровном скальном плато. Посадка при этом происходила вполне буднично и неторопливо. Если, конечно, не считать белого свечения, исходящего от Алисии, стоящей на носу Майи. Покровительствующая Дому Альба богиня Диана ответила девушке, и опускающийся на закрытый парадный плац внутреннего двора аэростат преодолел защитный купол резиденции безо всяких помех.
Я в этот момент находился рядом с Алисией и предусмотрительно взял ее за руку, когда почувствовал, как задние посадочные лапы мягко коснулись земли. Гонстад совсем не удивил — Майя вновь оказалась у самой земли с задранным носом, так что передние посадочные лапы буквально маятником вбило в брусчатку двора. Алисия с трудом удержалась на ногах, и, если бы не мое присутствие рядом, мог бы случиться неприятный казус.