Царетворец. Волчий пастырь 5 (СИ)
— А кто будет юную королеву охранять?
— От кого?
— От самой себя, для начала.
— Только если, — вздохнула Филиппа. — Я буду скучать.
— Я тоже, — не соврал я.
Привык уже как-то к присутствию баронессы.
Поманив Филиппу за собой, я вышел из рубки Меропы к трапу. Отсюда заметил Гомера, который выглядел крайне довольным жизнью — на аэростатах не было Римского огня, была полностью выбрана мощность щитов, но запасы провизии здесь в течении долгих лет постоянно пополнялись смотрителями грота-ангара. Так что Гомер нашел и еду приличного качества, и ходил уже не расставаясь с бутылкой вина. И сколько я его раз не видел мельком за это время, каждый раз бутылка была новой.
— На этой полетим? — спросил Гомер, глядя на нас снизу-вверх.
Не отвечая, я показал на Майю. Гомер кивнул и направился к ней. Мы с баронессой в это время спустились по трапу. В гроте было уже довольно светло — близилось утро, да и проход практически расчистили. Остановившись, я еще раз осмотрел с носа до кормы Майю.
— Фили, mon cher ami, а ты случаем знаешь, как эту…
Я осекся на полуслове и почесал затылок. Мне на этом аэростате еще через полмира лететь, и, наверное, не лучший способ сделать полет приятным назвать ее сейчас «халабудой», как я чуть только что не сделал.
— Mon amour? — проворковала Фили, подходя сзади и на мгновение меня приобнимая.
— …ты знаешь, как эту ласточку сюда затащили?
И, самое главное, как ее отсюда можно вытащить. Но я издалека начал, чтобы не сразу расписываться в своей некомпетенции.
— Откуда ж мне знать? — удивилась баронесса.
Ну, ладно. Не очень-то и надеялся. Фили задумчиво и с вопросом на меня смотрела, я же не менее задумчиво чесал затылок, глядя на массивные, блестящие нержавеющей сталью посадочные лапы аэростата.
— Мальчик мой, у тебя какие-то проблемы? — поинтересовался Гомер, увидев мою задумчивость и приостановившись при подъеме по трапу.
— Думаю, как выкатывать птичку из ангара.
— Реверс врубай, да пусть сама выкатывается, — махнул рукой Гомер. Отхлебнув вина долгим глотком — почти допивая бутылку, он двинулся дальше наверх.
— Гомер?
— Да, мой мальчик? — обернулся ментат.
— А ты умеешь управлять аэростатами?
— Откуда?
— Так ты про реверс знаешь.
— Так ты ж тоже про него знаешь, — хмыкнул Гомер, разворачиваясь и снова начиная подниматься по трапу.
Дьяболо.
Еще раз почесав затылок, я начал думать, что мне предстоит одно из самых сложных дел в жизни. Сложных, и ответственных.
— Братик?
В этот раз я не удержался — вздрогнув и даже чуть подскочив от неожиданности, выругался. Громко и смачно. Выдохнув сквозь зубы, обернулся и столкнулся с красными глазами Доминики. Она чмокнула меня в щеку, а потом отстранилась.
— Помнишь я говорила тебе, что у меня есть для тебя сюрприз?
Глава 13
— О! Девочка моя, привет!
Гомер, увидев Доминику, передумал подниматься на палубу Майи и уже спускался обратно. И пока шел вниз, комментировал то, как Доминика забавно смогла меня удивить.
Не глядя на ведьмочку и не слушая ментата, я сделал паузу на глубокий вдох. Досчитал про себя до семи. Много чего хотелось сказать и Доминике, и Гомеру, но сдержался.
— Да. Сюрприз. Помню, — лишь произнес я. При этом не зная, как вообще реагировать на появление королевы-ведьмы.
— Пойдем, покажу, — жизнерадостно улыбнулась ведьмочка.
— Ну пойдем, — согласился я.
Вместе с Доминикой, Гомером и Филиппой мы вышли из служившего кораблям ангаром грота, и здесь я увидел группу сопровождения Доминики. Вот оно что, вот он оказывается какой сюрприз — отнюдь не несколько десятков индигетов-ренегатов, среди которых есть и представители Дома Рейнар.
Доминика действительно сумела удивить, и сделать сюрприз.
Передо мной сейчас стояли двое. И оба были мне знакомы. Не по именам, но лица обоих я помнил. Один из них был оператором группы корреспондентов на фрегате Нереида. И именно этот оператор снимал сюжет с Финнеганом при нашем приближении к форту Эйгор.
Это был довольно неприметный и обычный человек. Но хорошо запомнил я его потому, что именно этот оператор, уже падая вниз после разрушения корпуса Нереиды, продолжал снимать даже в полете. Визиокамера, та самая, кстати, если судить по наклейкам на корпусе, сейчас была вместе с оператором — висела на ремне у него за плечом.
Второго приведенного Доминикой пленника я помнил не так хорошо. Невысокий и совсем молодой парень, почти мальчик, в синем флотском мундире с погонами матроса второго класса. Будь он один, лицо его я бы узнал, как знакомое, но вот где видел — точно бы не понял. А вот из-за присутствия рядом корреспондента-оператора я вспомнил, что видел этого матроса второго класса тоже на Нереиде.
Хмыкнув, я повернулся к весьма довольной собой Доминике. В ответ на мой взгляд она легким движением руки поставила между нами и своим эскортом с пленниками полупрозрачную завесу. Так, что под защитным куполом безмолвия оказались мы с ней, а также Филиппа и Гомер.
— И зачем ты их привела?
— А ты умеешь управлять этими штуками?
Вопрос, как говорится, не в бровь, а в глаз.
— Н-ну… я надеюсь в этом вопросе разобраться и в этом даже есть некоторые подвижки, — обтекаемо выразился я.
— Вот этот паренек тебе поможет, — дернула подбородком Доминика в сторону пленника юноши в форме.
— Это матрос. Не офицер, — возразил я, думая, как бы помягче Доминике сказать, что не каждый кто состоит в палубной команде аэростата может аэростатом управлять.
— Он гардемарин, братик, — с чувством превосходства пощелкала пальцами Доминика. — Второй курс Академии. На фрегате Нереида он, как и ты, проходил практику, только воздухоплавательную. А знаешь, что входит в практику гардемаринов? Исполнять обязанности матросов, а кроме этого в качестве практического обучения осваивать обязанности других чинов: от нижних, до занятий с самим капитаном непосредственно по обучению управления кораблем.
— Не думаю, что Финнеган с ним занимался.
— Ты прав. Но с ним занимался штурман, — торжествующе посмотрела на меня ведьмочка. — Так что управлять аэростатом он умеет.
— Удивила. Признаю, — кивнул я.
Надо же, и выдержка у нее какая, не проговорилась о планируемом сюрпризе. Хотя может потому не проговорилась, что не была уверена в сохранности пленников — наверняка они в Деструсе содержались. Так что вопрос их выживания до момента прибытия в город был открыт.
— И-ии? — протянула Доминика, глядя на меня с прищуром.
— Благодарю.
— Я удовлетворена, — улыбнулась ведьмочка.
На лице ее сейчас совершенно искренние эмоции — хороший контраст с ледяной маской повелительницы, которую она уже все чаще надевает при общении с подданными.
— Скажу по секрету, если найдешь нужные слова гардемарин может тебе помочь не просто без угроз, а по личной инициативе.
— А подробнее?
— Мы предлагали имперцам его обменять на одну из ведьм, захваченных в Диком поле.
— И?
— Менять они не стали.
— Почему?
— Он из третьего сословия, малая квота одаренных детей, кому он нужен в Империи, пфф. Наше предложение отклонили, а ведьму старая королева за деньги выкупила. За большие деньги. Но самая мякотка в том, что этот гардемарин незримо присутствовал при переговорах и он видел и слышал, что флот от него отказался. И, главное, он слышал как от него отказались.
— И как от него отказались?
— С мягким пренебрежением.
— На Флот это не похоже, — задумчиво покачал я головой. — Переговоры ведь в Эйгоре проходили?
— Да.
— Это может быть эксцесс исполнителя. Тупой или, например, проворовавшийся чиновник. О выкупе ведь тоже через него договаривались? Может он эту сумму в карман себе положил, поэтому и задвинул этого гардемарина.
— Думаешь ему от этого легче? — кивнула на юного пленника Доминика.