Царетворец. Волчий пастырь 5 (СИ)

Пробежавшись взглядом по ничего не говорящим мне показателям, я размял пальцы и хрустнул костяшками. 
— Ну, с-сеньоры, начнем, — негромко произнес я, проходя в святая святых корабля. 
Главная проблема была в том, что наука управления аэростатами — дело секретное. Хотя общее представление о ней я конечно же имел. И еще имел уверенность в том, что легко смогу освоить управление. Вот только несмотря на общее представления и железную уверенность, даже банально разбирался с приборами довольно долго. И по мере того, как постепенно начинал понимать все больше, уверенности в успешности мероприятия у меня становилось все меньше. 
Когда мы с Кастельмором, было дело, рулили одним из императорских корветов, мне как-то казалось все гораздо проще. Наверное потому казалось, что корвет в тот момент был уже в воздухе, куда мы сами его не поднимали, а лететь нам нужно было только в основном по прямой. Вниз мы тоже его не спускали — корвет сам спустился, правда это была жесткая и почти неуправляемая посадка. Да и потом, когда я уже был в основном трезв и находился в высокой должности, сколько я провел бессонных ночей на мостике «Элькидийской чаровницы» — флагмана эскадры, приданной к оперативной группе легионов, которыми я командовал. И очень долго безо всяких помех я наблюдал за работой офицеров за приборами управления, и не видел в этом ничего сложного. Вот из-за всего этого у меня и сложилось мнение, что управлять аэростатом — легко и просто, а органы управления здесь лишь чуть сложнее чем простом мобиле. 
Как же я ошибался. Только через полтора часа с того момента как зашел в рубку я смог (с помощью русского и итальянского) хоть немного разобраться с многочисленными (да зачем их тут столько) приборами, после чего прогнал тест всех систем корабля. 
Результат оказался крайне неутешительным. Топлива — на тридцать шесть часов полета, без ускорений и форсажа. Это еще без учета ресурсов на взлет, так что оптимистично если, максимум сутки в воздухе. Буквально слезы — учитывая, что проектный запас автономного воздухоплавания у Майи сто шестьдесят девять суток.
Какой я предусмотрительный молодец. Не зря, ой не зря я вчера отправил Лазаря и Цветану вместе почти со всем отрядом варгрийских всадников на стык границ Камаргара, Северного Батарна и Бернгланда. Отправил в находящийся примерно в пятистах лигах отсюда Юргорден — старую, законсервированную еще в мое время базу императорского флота. Как раз рассчитывая, что если у кораблей будет малый заряд-лириум, то за двое, двое с половиной суток варгрийцы расстояние до Юргордена преодолеют и захватят базу, если там охрана есть. А охрана там есть, ее не может не быть. И к этому же времени по плану, который я пока никому не рассказывал, я сам должен был прилететь в Юргорден для дозаправки. 
План конечно хорош. Осталось всего ничего — его реализовать, так что я продолжил внимательно изучать показания приборов. 
Заряд-лириум низкий, аж в красной зоне, резервуары римского огня полностью пустые, мощность щитов — на околонулевой отметке. Примерно понятно теперь, как ведьмы смогли захватить корабли в столь идеальном состоянии: до этого ведь официальной версией считалось, что вся Плеяда попустительством командора слишком глубоко углубилась на территорию Большого разлома, где была уничтожена. Но судя по всему, уничтожены были только пять аэростатов. Майю и Меропу, видимо, просто обстреливали конструктами до тех пор, пока не выбили все щиты, а уже потом на палубы просто прилетели гарпии и планомерно выбили всех офицеров и магов. 
Хотя, кто-то же сюда привел аэростаты. Целые. Значит группа офицеров в живых на кораблях осталась, и они пошли на сделку с ведьмами. Ведь в экипаже каждого корабля всегда кто-то ответственен за то, чтобы запустить программу самоуничтожения в гиблой ситуации. Для того, чтобы трофеи не достались противнику. И после того, как все такие офицеры гибнут или покидают корабль — это было секретом, но я его знал, программа самоуничтожения, если аэростат в боевом режиме, запускается сама. Так что скорее всего после очередного предупреждения выжившие, видя перспективу гибели, все же обсудили предложение ведьм и пошли с ними на сделку. 
 
Нет, конечно может в ковенах были те, кто может управлять воздушными судами, но что-то я в этом сомневаюсь. Скорее всего ситуация сложилась аналогичная тому, что произошло в форте Марии Терезы — когда индигеты выбрали отречения от себя лишь для того, чтобы сохранилась информация об оставлении их на гарантированную смерть. То же самое могли сделать и капитаны двух кораблей атлантов. Поэтому, кстати, может быть корабли и запечатаны так плотно и капитально в теле скалы — старая королева-ведьма не собирались ими пользоваться, а сохраняла как доказательства, ожидая удобного момента. И дождалась до того, как в ее столицу пришла Стужа. 
Мда. 
Вздохнув, я выругался и посмотрел назад, где демоны Доминики продолжали расчищать проход из грота. Хорошо, что вход завален так качественно — если бы проход уже был открыт, я бы места себе не находил, чувствуя, что теряю время. Не люблю, когда ход событий зависит от меня, а сам я в этот момент качественно туплю. Еще раз выругавшись, вновь посмотрел на приборы. 
Я все равно подниму в воздух этот корабль. Могу, не могу, умею, не умею — не важно. Если медведи в цирке умеют на велосипеде кататься, значит и я смогу. Я же способнее медведя. 
— Все так плохо, мой лорд? — поинтересовалась Филиппа, которая все это время присутствовала в рубке тенью за моей спиной. Настолько тихо и не привлекая внимания, что я про нее уже и забыл совсем. 
— Могло быть хуже. Гораздо хуже, — хмыкнул я. — Например, если бы у нас не было кораблей. Пойдем. 
Вместе с Филиппой перешли с Майи на Меропу. Так как с приборами и тест-системами я разобрался, хотел посмотреть, как дела на втором аэростате. Посмотрел. Здесь ситуация с заряд-лириумом была даже хуже — ресурса оставалось на полсуток полета, без учета взлета. Сущие крохи. 
Здесь, в рубке Меропы, также была заметна разница с кораблем-сестрой: некоторые приборы выглядят иначе, и общий запас энергетических резервуаров на десять процентов меньше. Похоже именно поэтому на Майе — которая, в отличие от Меропы успела пройти модернизацию, и заряд-лириум выше. 
— Мой лорд? — поинтересовалась Филиппа, услышав как я сдержанно прокомментировал увиденное. 
Она показания приборов видела, но явно в них не разбиралась. Хотя, чтобы понять красные значения многочисленных столбцов телеметрии показателей энергетических установок, много знаний не нужно. Да и я высказался вполне понятно. 
— До Рима не хватит, — озвучил я очевидное. 
— И? — заинтересованно протянула баронесса. 
— И это значит нужно первым делом навестить базу снабжения, — пожал я плечами. — Всего одна промежуточная остановка. Воооот… — вывел я проекцию карты на рабочей области штурмана и ткнул пальцем в восточный берег Срединного моря. — Вот здесь, я думаю.
— Гаэта? — удивилась Филиппа. 
— Гаэта, — кивнул я. 
— Самая крупная база Императорского флота на Западе? — удивилась Филиппа. 
— Самая подходящая база императорского флота, если двигаться туда по прямой. Туда нам как раз заряда движителей хватит. И у меня есть к тебе просьба. 
— Да, мой лорд. 
— Как только ты вернешься в расположение орды Доминики, на первом же совещании ты должна сделать так, чтобы об этом моем желании, направиться в Гаэту, узнало как можно больше людей. 
— Демонов. 
— Ну да, демонов, — исправился я. — В общем, о том что я иду в Гаэту, должны знать вообще все. 
Филиппа только едва заметно улыбнулась и кивнула. Она сразу догадалась, что ни в какую Гаэту я не собираюсь, но переспрашивать конечно же ни о чем не стала. 
— Звучит довольно авантюрно, — вновь посмотрев на карту, протянула она. 
— Фортуна покровительствует смелым. 
— Хотела бы я это увидеть, — задумчиво произнесла Филиппа. — Может все-таки возьмешь меня с собой?