Доставка сновидений. Курьер в комплект не входит! (СИ)
Глава 29 Когда хочется лопнуть от любопытства
Всё-таки концентрированные пары магической взвеси для сновидений сделали своё дело. Я пребывала в каком-то странном состоянии: то проваливалась в забытьё, то выныривала из него и, ухватив сознанием кусочек реальности, снова погружалась в пучину тяжелой дремоты. Словно сквозь вату до меня доносился голос доктора Лейзва:
- Сильнейшее отравление! Девочка надышалась всякой гадостью, чего вы хотите? Никаких посещений, она всё равно вас не узнает!
Когда я, наконец, вырвалась из лап забытья, то чувствовала себя так, словно головой долго и упорно пыталась пробить кирпичную стену. Болело всё, мне даже моргать было больно. Я только и могла смотреть на белёный потолок больничной палаты, а в том, что я нахожусь не дома, не было никаких сомнений.
Чуть слышный скрип двери, шорох легких шагов. Тихий вздох и тут же голос медсестры:
- Доктор Лейзв, она пришла в себя!
К моему счастью, объяснять появившемуся доктору своё состояние мне не пришлось. Одного взгляда на меня Лейзву хватило, чтобы всё понять. В меня чуть ли не силой влили обезболивающее, потому что малейшее движение губ причиняло боль. Ужасная мысль кольнула: а что, если моё лицо обезображено пожаром? Последнее, что я помню, это как Кристиан поднял меня на руки, а потом – темнота. Вдруг на меня упала какая-нибудь горящая балка или еще что-то? Ведь всё болит! Но додумать эту мысль и ужаснуться в полной мере я не успела. Обезболивающее начало действовать. Только переживший сильнейшую боль человек знает, какое наслаждение наступает, когда боль затихает. А потом я уснула, но теперь уже нормальным сном измученного человека.
В следующее свое пробуждение я сразу же прислушалась к ощущениям. Осторожно пошевелила пальцами руки и, удостоверившись, что это легкое движение не отзывается болью, дотронулась рукой до своего лица. Вроде все, как и должно быть. Никаких рубцов и шрамов.
Силы возвращались, но, к моему сожалению, совсем не такими темпами, как бы мне хотелось. Максимум на что меня хватало – это сидеть, откинувшись спиной на подушки. А еще я чувствовала себя в полной изоляции. Никаких вестей, никаких посещений. Даже газету отказались принести! Но ведь там, за стенами больничной палаты кипит жизнь! И судя по тому, что я оказалась в самом эпицентре кипящей лавы, от меня много чего скрывают!
Дверь приоткрылась, и я увидела медсестру с букетом алых роз в руках:
- Фрида, это тебе просили передать. Но доктор не разрешил оставить цветы в палате. Тебе запрещены пока все сильные ароматы, а розы,- тут медсестра опустила лицо к бутонам и сделала глубокий вдох,- просто опьяняюще пахнут. Я оставлю их в коридоре.
- А кто принёс цветы?
- Господин Тодд. Он очень хотел вас видеть, но доктор запретил.
Только вечером ко мне пропустили маму. Видимо, ей строго настрого запретили говорить на определенные темы, поэтому мама делилась домашними новостями. Я все-таки шепотом спросила:
- Мам, а что там происходит? Снаружи?
Мама отмахнулась:
- Ровным счётом ничего, о чем стоило бы говорить!
Да что там, государственный переворот что ли?!
На следующее утро я решила всем доказать, что вполне нормально себя чувствую. Выбралась из постели и прошлепала в ванную комнату, которая находилась тут же, в палате. Вчера мама принесла мне сумку со всеми необходимыми принадлежностями, так что, закончив все гигиенические процедуры, почувствовала себя человеком. Хоть и немножко уставшим. А выбравшись из ванной комнаты, тут же наткнулась на суровый взгляд доктора Лейзва и не менее суровый взгляд Кристиана. Ойкнув, шмыгнула в постель, натянув одеяло до подбородка. Потому что мой вид в больничной сорочке ну точно не предназначен для глаз некоторых мужчин.
Лейзв перевёл взгляд на господина Тодда и непререкаемым тоном изрёк:
- Пять минут.
Едва дверь за доктором закрылась, Кристиан приблизился и уселся на стул для посетителей.
- Уже нарушаешь режим?- в его голосе не было строгости, скорее констатация удручающего факта.
- Что же мне, немытой нечесаной здесь сидеть? Господин Тодд, а там что происходит?- я кивнула на дверь и умоляюще посмотрела на Кристиана.
- Почему от меня что-то скрывают и ничего не говорят?
Мне казалось, что Кристиан слушает меня в пол уха. Его взгляд блуждал по моему лицу, словно искал что-то тревожившее его.
- Как ты себя чувствуешь, Фрида?
Ну вот, опять переводят разговор!
- Кристиан, если ты сейчас же мне не расскажешь, что происходит в городе, я выпрыгну из окна и сбегу! Виноват будешь ты!- сложила руки на груди, нахмурилась, демонстрируя серьезность намерений. А Кристиан только рассмеялся:
- Не получится сбежать. И под окнами и перед дверью палаты охрана. Ты слишком ценный свидетель, Фрида, чтобы дать тебе возможность разгуливать по улице в больничной сорочке. Так что смирись.
Вот лучше бы он этого не говорил! Я же теперь лопну от любопытства!
- Скажи хоть, как ты в агентстве оказался? Только не говори, что услышал мой зов. Ты не чувствителен к ментальной магии.
- В агентство я прибыл с инспекцией, чтобы изъять партию сновидений. А изымать пришлось девушку из пылающего хранилища. Я и понятия не имел, что там творится. Это Мартин Каро сообщил, что ты попала в беду.
- А он откуда узнал? Он же медиум, а не менталист?
- Он сказал, что ему передал информацию коллега. Какой-то Густав.
Я вспомнила того самого менталиста, у которого мы с Мартином пытались что-то разузнать об экспериментальной партии сновидений. Значит, мой расчет был верен. Менталисты меня услышали!
- Там что-то осталось? В хранилище? Если что, я в сумочке спрятала несколько флакончиков из той партии.
- Твоя сумочка и карманы пришлись очень кстати, Фрида. В хранилище мало, что уцелело, но доказать афёру получится.
- А само агентство? Пожар предотвратили?- кажется, я попала в точку. Кристиан нахмурился:
- Здание серьезно пострадало. Чудом удалось не дать пламени перекинуться на жилые дома.
Я уже раскрыла рот для следующего вопроса, но дверь приоткрылась, и голос Лейзва пробубнил:
- Одна минута!
Кристиан с улыбкой склонился к моему лицу:
- Фрида, постарайся больше ни во что не встревать. Хотя бы несколько дней, пока я не разберусь с Монсьёни и её супругом взяточником. Знаю, для тебя это проблема, но постарайся.
Я насупилась:
- Если бы я не встревала, мы бы потеряли Каролину!
Я еще много о чем хотела напомнить Кристиану, но его пальцы дотронулись до моего подбородка. Губы коснулись моих губ нежным и легким поцелуем. Я даже распробовать не успела, а этот коварный искуситель отстранился и промолвил с улыбкой:
- Мы еще обязательно вернемся к этому разговору, - и ушёл.
Глава 30 Каждому по заслугам
Ближе к вечеру меня навестил и Мартин. Было это очень кстати, поскольку я вспомнила о своем обещании Чилике. Я ведь не успела навестить свою бывшую сокамерницу и принести ей домашней еды. Она, наверное, думает, что я её обманула, а я всего-то чуть не сгорела по прихоти госпожи Монсьёни. Вот Мартину я и изложила странную просьбу передать чего-нибудь вкусненького одной оступившейся девушке. Пришлось рассказать ему, что именно эта Чилика причастна к появлению ритуального горшка с душой Джулии в ресторане.
Мартин рассказал мне о пожаре, после которого от здания агентства мало что осталось. И теперь все служащие ищут новое место работы.
- А ты, Мартин? Ты теперь покинешь империю, как и намеревался?- если честно, мне очень не хотелось расставаться с медиумом. У меня не так много друзей, чтобы вот так раскидываться ими. Но медиум вдруг заговорщически прошептал:
- Нет, Фрида. Мы дождались ветра перемен!
- О чем ты?- я даже подвинулась ближе к парню.
- О том, что министр Кавил снят со своего поста. Ему предъявили обвинения в злоупотреблении служебными полномочиями и взяточничестве. А его супруга, госпожа Монсьёни, обвиняется не только в поджоге, но и в афере с новой партией сновидений. А учитывая, что к тебе в палату попасть можно только по пропуску, ты важный свидетель. Она же пыталась убить тебя, приказав запереть в горящем хранилище.