Самая темная нота (ЛП)

— Ты действительно хочешь знать?
Я опускаю взгляд на ее грудь, поднимаюсь по нежному горлу и наконец задерживаюсь на ее губах. Проклятье. Они сияют и розовеют, как бутон розы, который так и просится сорваться со стебля.
Пока я ласкаю ее взглядом, в ее глазах вспыхивает смесь желания и отвращения, пьянящая смесь, которую я чувствую в своей груди.
Я поднимаю на нее глаза и позволяю своему выражению снова стать жестким, скрывая свое влечение к ней за стальной стеной. Ее ноздри раздуваются, а пульс на шее становится более явным.
Я устал от ее болтовни. Устал от ее нахальства.
— Не дави на меня больше, Брамс. Или я исполню твое желание.
— Какое желание?
— То, в котором ты покинешь Redwood Prep в мешке для трупов.
Ее глаза сузились, а затем вспыхнули от негодования.
— Ты только что угрожал убить меня? — У нее чуть ли не пена изо рта идет. — Ты на это намекаешь?
Я бросаю на нее самодовольный взгляд.
В этот момент она практически вибрирует, и я понимаю, что ей удалось наложить заклятие на весь Redwood. Потому что это огненное, соблазнительное создание передо мной определенно не обычное. И уж точно она не должна была так легко уйти на второй план.
На моем лице появляется улыбка. Она собирается бросить мне вызов, а я действительно люблю хорошую драку.
— Не игнорируй меня, когда я позвоню тебе в следующий раз. — Предупреждаю я. Затем я разворачиваюсь и топаю через деревья.
Я переступил черту.
Мне не следовало угрожать ей, но я же не планирую причинить ей какой-либо серьезный вред. Если это поможет ей выбраться из Redwood Prep, я готов сделать почти все. Даже на то, чтобы она поверила в худшее обо мне.
Через несколько минут она выходит из-за деревьев, и я вижу, как она влетает в двери кафетерия, словно это крыша и у нее назначена встреча с улицей.
Зейн, Финн и группа поддержки уже убрались из-за стола. Мне не нужно звонить братьям, чтобы узнать, где они оказались.
Я подхожу к нашей отдельной комнате, прикладываю удостоверение личности к двери и вхожу. Как только я это делаю, я слышу, как Зейн колотит по своим электрическим барабанам. Он надел наушники, поэтому звук похож на жалкие шлепки резиновых наконечников о резиновые подушечки. Но тот факт, что он умудряется так шуметь без ударных, говорит о многом.
Я пробираюсь к Финну и принимаю воду, которую он мне бросает.
— Что с ним?
— Что еще?
— Мисс Джеймисон? — Догадываюсь я.
Финн пожимает плечами.
— Он не говорит мне, что произошло, но я предполагаю, что он пытался залезть к ней под кожу, а она к нему.
От его слов у меня в груди все сжалось. Это то, что Брамс делает со мной?
Я быстро качаю головой.
Нет. То, что я чувствую к ней, — это просто азарт охоты. А вот то, что я чувствую к рыжей, — это нечто более схожее с тем, что переживает мой близнец. И именно поэтому я не хочу иметь ничего общего с этой загадочной девушкой.
Чем дальше я буду держаться от изнуряющего воздействия любви, тем меньше разрушений она сможет нанести мне.
Зейн поднимает взгляд, видит меня и стягивает наушники так, что они оказываются у него на шее.
Я делаю жест, поднимая подбородок.
Он резко поднимается с табурета и идет к нам. Растянувшись на диване, он поднимает руку. Финн бросает ему бутылку с водой, и он ловит ее в воздухе.
— Не хочешь объяснить, что происходит? — Спрашиваю я.
— Нет? — Зейн отставляет стакан и отпивает из него. Когда он заканчивает, то смотрит на меня. — Есть прогресс с КК?
— КК? — Я сразу же вздрагиваю. — Ты даешь ей прозвища?
— Это ты начал. Ты назвал ее «Брамс» в коридоре. — Замечает Зейн.
— Потому что эта песня играла на ее телефоне. — Огрызаюсь я.
Wiegenlied Брамса.
Она не показалась мне поклонницей классической музыки. Может, дело в обтягивающей рубашки, из которой практически выпирала грудь, или в короткой юбке, или в молниях в глазах, но мне она показалась больше похожей на рокершу.
Не то чтобы меня волновало, что она слушает.
— Брамс. — Финн обхватил гриф своей бас-гитары и заиграл мелодию на высоких струнах. — Величайший представитель музыкального романтического направления. Подходит.
 
— Почему, черт возьми, подходит?
Финн делает эту раздражающую вещь, когда он ухмыляется, как будто знает что-то, чего не знаю я.
Я бросаю на него взгляд.
— Ты переписывался с Джинкс?
— С этим парнем. — Зейн тычет пальцем в Финна. — Он обращается с ней так, будто она его девушка.
— Информация — это мощно. И именно через Джинкс я получил наводку на Сола. — Говорит Финн.
Это заставляет нас с Зейном замолчать.
Я смотрю в темные глаза брата.
— Что она сказала?
— Что школа отправила его стенограммы за границу. Где бы он ни был, это не здесь. — Финн хмурится.
Зейн ругается и откидывается назад.
— Сколько ты заплатил Джинкс за это? Это не слишком большая зацепка.
— Это говорит нам о том, что поход к нему домой и попытки убедить его мать пустить нас в его комнату ничего не решат. — Спокойно говорю я. Сложив руки вместе, я положил их между бедер и уставился в землю. — Это значит, что мы должны расширить нашу сеть.
— Было бы намного проще, если бы он просто взял чертов телефон и дал нам знать. — Хмыкает Зейн. — Проклятье.
— Это может помочь сузить круг поисков. — Предлагает Финн. — Где бы он ни был, телефона у него нет.
— Ты же не думаешь, что он, например, мертв? — Зейн садится, его глаза расширены.
Я хмуро смотрю на него.
— Прекрати нести чушь.
— Я просто говорю. Неважно, где он, Сол бы улизнул, или украл телефон, или нашел бы способ связаться с нами.
Мое колено подпрыгивает на стуле.
— Такое ощущение, что мы что-то упускаем.
— Я могу попробовать еще раз поговорить с мамой Сола. — Зейн шевелит бровями. — Попробуй старый амулет Кросса. Хотя это может оказаться слишком сильным оружием. Она может влюбиться в меня.
— Скорее она ударит тебя сковородкой по голове. — Говорит Финн.
Зейн хмурится на него.
Я кручу в руках кожаный ремешок, размышляя. Это был подарок от Сола. Он сделал его сам и подарил каждому из нас. Нам тогда было около тринадцати. Он сказал, что это символ братства. С того дня мы заключили договор, что всегда будем прикрывать друг друга.
— Мы можем хотя бы сказать ей, что школа не собирается обвинять его в том, что произошло этим летом. Мы убрали Маллиза с дороги. — Говорю я. — И он был единственным, кто протестовал против этого. Когда мы найдем Сола, на нашем пути не должно быть никого.
— Вот тут ты ошибаешься. — Говорит Финн, его губы кривятся.
Я хмурюсь. — Она не проблема.
— Она все еще здесь. — Зейн замечает. — Даже после твоей блестящей идеи.
Финн исполняет очередной рифф на своей гитаре. Я никогда не видел, чтобы кто-то двигался так быстро, как он. Как будто его пальцы не связаны ни временем, ни физикой.
Мой брат подпрыгивает на струнах.
— Не похоже, что мы сможем вернуть Сола туда, где ему место, даже если найдем его сейчас.
— Ты сомневаешься во мне?
— Я указываю на очевидное.
— Это ты настоял на том, чтобы дать ей шанс уйти самой. — Рычу я. — Если бы мы сломали ее без объяснений, было бы лучше. Но теперь она знает, чего мы хотим. Она будет упрямиться.
— Надежда еще не потеряна. Криста уже нацелилась на ее спину. — Размышляет Зейн. — Она была не в восторге от того, что ты отмахнулся от нее сегодня.
Оба брата бросают на меня пытливые взгляды.
Я сжимаю зубы. — У меня было задание.
— У тебя была Криста, готовая делать с тобой самые странные вещи, а ты отказался от нее, чтобы бежать за КК.
Я злюсь на Зейна за это прозвище.
Он самодовольно улыбается в ответ.
— Ни одна миссия не является настолько важной. Представь, насколько улучшилась игра Кристы теперь, когда ее губы стали больше.
— Ты же не собираешься стать мягким, правда, Датч? — Спрашивает Финн.