Истинная моего брата (СИ)
В моих словах никто сомневаться не стал, зато Мария Александровна вышла из режима бешенства и сказала:
— Так, когда он прилетает? — я сказала, что через семь часов он будет уже в аэропорту. — Значит, надо вытащить размораживаться говядину, приготовить гостю спальню, чтобы с дороги его не гонять, а отвезёт тебя Кирилл, ему же сегодня никуда, да, Кирилл?
Сказала она это всё таким тоном, что если бы у Кирилла были какие-то жизненно важные неотложные дела, он бы от них отказался легко, только чтобы маме не перечить.
— Никуда, — подтвердил он и вольготно развалился на диване. — Но я требую меня кормить, а ещё мы с Евой и Детьми сходим хотя бы во двор погулять, когда они проснуться. Скучно же, — последней фразой он как бы объяснил мне своё условие, но это никак не помешало мне жутко смутиться. Надеюсь, я хотя бы не покраснела…
Происшествие с родителями быстро ушло на второй план. Конечно, никто об этом не забывал, но, всё-таки, отвлечься все смогли. Даже я.
Дети, как и ожидалось, долго не проспали, но при пробуждение не стали заводить дуэтом сирену, а просто требовательно похныкали, чтобы на них обратили внимание. Синхронные какие, надо же…
Я пошла в комнату, но за мной следом направился и Кирилл. Я его спросила:
— А ты сего?
Он же нагло усмехнулся, в коридоре хватая меня за талию.
— Ну, ты же не забыла, что было сегодня утром? — я поджала губы и мотнула головой. — Ну, так вот, как я могу рассчитывать на твою благосклонность, если мне не нужны будут твои дети.
Я решила ничего на это не отвечать. Мне правда сейчас было не до этого, потому что мои мысли сейчас были заняты выходкой родителей. И я бы с удовольствием отвлеклась от этого, вот только никто из альф не воспринимал отца всерьёз, а я знала, на что он способен в своей решимости и, чтобы дать ему отпор, нужно быть настороже.
В комнате Кирилл остался у входа, будто бы стараясь мне не мешать, но на детей смотрел с любопытством. Я усмехнулась и сказала:
— Ну, иди сюда, раз такой решительный, — вот только на этот раз настрой его был не таким уж и боевым, поэтому, когда он аккуратно двинулся в нашу сторону, то явно скрывал… беспокойство. Не страх в полной мере, но опасение. И не знаю, чем он боялся, честно говоря.
Вот только Кирилл уже в который раз будто бы прочитал мои мысли:
— Они такие маленькие, мне кажется, я пальцем не так пошевелю и всё, приехали…
Я усмехнулась:
— Аня один раз сжала палец так, что мне реально стало больно, так что, думаю, ещё пару годиков и эти детки заставят нас попрыгать.
Кирилл подошёл поближе и сказал:
— Из тебя получается хорошая мама, смотри, они уже тебя любят… — я взглянула на детей и рассмеялась:
— Я их кормлю, конечно они меня любят… — но мужчина лишь таинственно разглядывал стены. С чего он вообще начал так уверенно говорить об эмоциях моих детей?
Но я решила, что лучше всё-таки забыть об этом его высказывание, потому что в моей голове просто не было места для подобных размышлений. Подумаю об этом потом, если вспомню. И если Кириллу не надоест идея о наших с ним отношениях.
— Так, кто сейчас пойдёт гулять? — сюсюкающим тоном, которого я совсем не ожидала от этого властного оборотня, вопросил Кир, уверенно подхватывая Андрея на руки. — Так, давай, пацан, мы с тобой сейчас оденемся быстрее девчонок-капуш, будут знать, — и вводя меня в совершенный ступор, альфа достал одной рукой комбинезоны детей из шкафа, одной рукой легко удерживая сына. И, направляясь к пеленальному столику, он отложил в сторону Анин, а сам принялся одевать Андрея.
К счастью, он отреагировал на мой шок:
— Вообще-то, я видео на ютубе смотрел всякие про детей, как с ними обращаться и всё такое.
Это никак мне не помогло выйти из ступора, но зато я хотя бы знала, откуда он всё это знает. А то мысли уже всякие в голову закрадываться начали… Вроде тех, что он вырастил уже пару-тройку детей в тайне от своих родителей.
Андрей во все глазища смотрел на дядю, но не боялся его, а просто изучал. Анюту же явно устраивало то, что её мама на ручках держит. При этом она и не засыпала, будто бы понимала, что сейчас мы отправимся гулять.
Гулять дети любили. Они ничего в этом ещё не понимали, но зато их сущности явно было куда уютнее на свежем воздухе, чем в четырёх стенах. И я уже готовилась к тому, что весной, когда станет тепло, спать они часто будут на улице. И мне придётся быть там же в это время, но это не такая уж и большая цена за их спокойствие. В городе им бы точно жить не понравилось, потому что лишний шум им не нравился, а про свежий воздух там точно можно забыть.
Кирилл одел Андрюшу и, игриво мне подмигнув, вышел из комнаты, а я осталась внутри, чтобы собрать на прогулку дочь. Я справилась, конечно, быстрее, несмотря на то, что видео на ютубе не смотрела, но всё-таки несколько раз мне уже приходилось это делать.
Выйдя следом за Киром, я услышала, как он разговаривает с отцом:
— Быстро ты, — усмехался Николай Георгиевич, явно обращаясь к сыну.
О чём он говорит, я не понимала, а ответ Кирилла мне ничем в понимании не помог:
— Медленно.
Но заморачиваться было не в моём стиле, и я просто вышла из коридора, прося Николая Георгиевича:
— Подержите Анечку, я оденусь.
Тот без вопросов подхватил внучку, я быстро натянула обувь и куртку, после чего забрала у Кирилла сына, чтобы тот тоже смог одеться. После этого он забрал у своего отца Аню со словами:
— Хей, принцесса, любишь гулять?
Вся эта ситуация мне настолько нравилась, что становилось даже страшно. Когда я считала, что буду одна, то было проще представлять, как сама со всем справляюсь, а сейчас, когда я вижу рядом тех, кому мы не в тягость, то остаться одной ужасно боязно.
Прода от 19.05.2020
Коляска стояла в гараже, чтобы её удобнее было доставать. В гараже было тепло, так что, детей туда можно было укладывать сразу. Мне пытались втолковать, что они вряд ли даже простынут, если я их не укутаю, как положено, и не прогрею всё, что можно и нельзя, но я думала не только о том, чтобы они не простыли, а ещё и об их комфорте, а они тёпленькое всё любили.
— Ой, я одеяло забыла, сейчас принесу! — сказала я, уложив в коляску Андрюшу. Кирилл тут же положил рядом с ним Анечку. Дети на него реагировали спокойно, так что, на пару минут оставить их с ним я не побоялась.
Вернувшись, я застала предельно милую картину: Кирилл закрывал лицо ладонями, а потом резко открывал и говорил: “Ку-ку!”
Мне казалось, что дети в таком возрасте не могут смеяться, но звуки, похожие на хихиканье они издавали, наблюдая за своим уже, несомненно, любимым дядей.
— Веселитесь, ребята? — усмехнулась я, накрывая детей одеялом. Кирилл в последний раз изобразил это самое “ку-ку”, после чего встал с корточек.
— Пытаемся без тебя не грустить, — и он нагло притянул меня к себе, легко целуя в губы. Почти что невинно.
— Ты что? — смутилась я. — А если увидят?..
— И что? — ничуть не испугался он. — Пусть видят. Что такого?
— Ты вообще понимаешь, что твои родители могут не обрадоваться подобному развитию событий?
Это и правда меня беспокоило, но, когда я высказала ему это, то стало куда как проще.
— Они обрадуются, если ты будешь счастлива, а если при этом счастлив стану ещё и я, то они обрадуются вдвойне, так что не чуди.
Я вздохнула, а потом решила перевести тему:
— Сколько до аэропорта отсюда ехать?
Кирилл прищурился, потом достал из кармана телефон, видимо, загуглил и ответил:
— Часа два точно, так что, через полтора часа точно выезжать надо, чтобы брат твой не ждал.
Я кивнула и задумалась о том, как буду говорить брату о том, что у него вот уже есть двое племянников, а я ему ничего не сказала. Эх, кажется, мне влетит, как малявке, и он даже не посмотрит на то, что вообще-то мы в один день родились. Но накосячила я знатно, о таком вообще-то не молчат, а я из себя самостоятельность изображала.