Тихоня из 11 "Б" (СИ)

Доносится дружный хохот. Хочется зажмуриться и развидеть все это. Завершающими моими кадрами становится ролик, где я в раздевалке кричу что не нужен мне Ермолаев. То, что я говорила Шиловой и ее подругам. Они ведь это снимали на телефон.
Стыдно и обидно. То, что было показано до, видимо тоже дело их рук.
Снова взрыв хохота. А конечным кадром стало видео в режиме реального времени. Ермолаев с Шиловой целуются. Их ловит камера. То, как Лев ее обнимает, а она будто прилипла к нему всем телом. Я пялюсь на все это с замершим сердцем в груди. Что-то больно рвется, трещит и падает, разлетаясь на осколки. Нет. Мне же все равно. Не нравится он мне. Ни капли. Такой же, как и все. Вернее, это я не часть их жизни. Какие-то глупые ожидания, которые я сама себе не хотела озвучивать. А это видео всего лишь подтверждение, что да, они пара и имеют на это полное право.
Лучше бы я не приходила. Шилова выполнила свое обещание.
Делаю шаг назад, пошатнувшись и оступаюсь. Падаю в воду, не успев и пикнуть. Ухожу с головой. И будто время останавливается. Остановилось все. Земля может даже.
Вода попадает в глаза, нос, уши. Холодом сковывает тело, каждую мышцу. Но я этого почти не чувствую, потому что внутри распаляется жар обиды, злости и негодования. На себя. Сама во всем виновата. Сама. Придумала, обиделась, дура. Эти эмоции мне не нужны. Но что-то все равно больно давит в груди.
Когда начинают гореть легкие от нехватки кислорода я готова вынырнуть, но меня опережают. Кто-то вытягивает меня на поверхность. Я закашливаюсь, глотнув воздуха.
— Тихонова, — звучит девчачий голос. — Поздновато для купания, — слышу улыбку в голосе.
Открываю глаза. Передо мной девчонка. Из нашего класса.
— Лена, — напоминает она. — Калинина, — уточняет. — Увидела, как ты шагнула назад и…
— Черт, — подтягиваюсь на руках и сажусь на бортик бассейна.
С меня стекает водопадом вода.
— Сейчас замерзнешь, — качает головой.
Начинаю крутить головой.
— Не волнуйся. Народ занят собой и весельем. Никто не видел, как ты нырнула.
— Позорище какое, — всхлипываю. От холода передергивает.
— Кому дорогу перешла? Шиловой? — спрашивает, но будто все и так знает.
— Ага, — киваю.
— Она за своего Леву глотку порвет. Стервь еще та, оказывается. — Так, тебе бы домой.
— Да уж. В таком виде я точно здесь не останусь, — хмыкаю.
— Тут водитель дежурный остался. Чтобы по требованию развозить. Пойдем, провожу, — помогает встать на ноги и мы с ней идем к машинам, что стоят за воротами.
В ботфортах хлюпает. От порыва ветра зубы стучат. Волосы повисли сосульками. Вода капает с платья, волос… Даже не хочу думать, как выгляжу. До дома бы быстрее добраться.
Подходим к водителю. Мужчина лет сорока меня оглядывает с ног до головы и снимает свой пиджак, подает мне.
— Он же намокнет весь, — мне жутко не удобно.
— Бери, а то совсем замерзнешь. И быстро в машину, — командует.
— Лен, спасибо, — благодарю девушку.
— Давай, и сразу в ванную отогреваться, — говорит девушка, мягко улыбнувшись. В глазах сочувствие.
Киваю.
Добравшись до дома, благодарю водителя. Заставляет забрать его пиджак и желает удачи, по-отечески как-то.
Я бегу домой. Лифт, дверь, которую быстро открываю и оказавшись внутри квартиры, запираюсь, привалившись спиной к ней, сползаю на пол и даю волю слезам.
Кого жалко? Не знаю. Просто идиотский вечер.
Дура…
  
Глава 11
 
Лев
Вторник. Что там вещает историк ни вникать, ни думать не хочу. Готов вообще уснуть. Да только если бы хаотичные мысли не бомбардировали мою башку с такой назойливостью, то точно вырубился бы. Катька рядом листает конспект. Я же откидываюсь на спинку стула и закинув руки за голову медленно поворачиваю голову в сторону последней парты крайнего ряда.
Пусто. Уже второй день Тихоновой нет в школе. Вздыхаю, почесав затылок.
— Ермолаев, — звучит голос препода. — Ты работать на уроке совсем не собираешься? — спрашивает и сверлит меня взглядом. — Так хоть бы сделал вид, что что-то делаешь. Совсем обнаглел, — качает головой. — Кто ЕГЭ за тебя сдавать будет?
 
— Пал Сергеич, работаю я, работаю, — ухмыляюсь и утыкаюсь в свою тетрадь, взяв ручку в руки. Но писать не тороплюсь, кручу в пальцах ее.
Отсутствие Тихоновой на празднике зацепило. Ведь при всех, выделил ее. Думал подействует безотказно. Потому и предупредил ведь ее заранее. Но нет, не пришла.
Интуитивно касаюсь зубами кончика ручки.
Проигнорировала.
Снова пытаюсь понять, что там требует Сергеич. Ни черта не понимаю, что написано в учебнике. Я дня три как в астрале. Не в этом мире. Тупеж какой-то дикий. Потираю глаза, потому что буквы расплываются.
— Ермолаев! — снова недовольный голос иторика.
Катька толкает локтем под ребра.
— Ты чего? — шепчет. — На, смотри, — двигает свою тетрадь чуть ближе ко мне. — Списать то можешь?
Что-то черкаю в тетради. Бездумно. Почему-то совершенно плевать на результат проверочной.
Почему нет Тихоновой? И Ирины Васильны сегодня нет, не у кого спросить. Уверен, она в курсе. А позвонить ей неудобняк. Ладно. Сегодня к Иванычу, надеюсь Тихонова не прогуляет и навестит его. Сегодня вторник, так-то. И я приду. Пусть объяснит, почему не пришла.
С трудом дождавшись конца уроков, быстро собираю рюкзак и вперед всех тороплюсь к выходу.
— Лев, — доносится Шиловский голос. — Лев, подожди, — слышу быстрые шаги девушки.
Черт! Все-таки увязалась.
— Ну и куда ты так торопишься? — дергает меня за руку, останавливая.
— К Федору Ивановичу, — отвечаю честно. — Ты тоже? — смотрю на нее и матерю себя за субботний вечер. Какого черта я на это подписался? Ну какого?
— Издеваешься? — голубого цвета глаза девушки сверкают злостью. — Мне не уперся этот старпер. А у тебя много свободного времени, смотрю.
— Нет, ты же знаешь.
— Так зачем ты бежишь туда? — прищуривает глаза, словно сканирует. Вру или нет.
— Тихоновой нет второй день. Может и к деду не придет. А ему нужны продукты, — выкручиваюсь.
— Считаешь сколько ее не было? — натягивает улыбку.
— Слушай, ты меня достала, честно. Мне плевать есть она или нет.
— Ладно, чего орешь, — отступает на шаг. — У вас это взаимно, успокаивает знаешь ли, — снова не удержалась от колкости. Язык бы ей оторвать за напоминание.
У самого эхом в голове пронеслись кадры с экрана проектора. «Не нужен мне твой Ермолаев»… Не нужен. Нет, я понимаю, что орать об обратном не будут. Это я уже вчера понял, когда перебрал все досконально, до винтика буквально в своей голове. Что-то же случилось, что она такое высказала, да еще так эмоционально, что меня сразу как кувалдой шарахнуло от услышанного. И Катька как назло оказалась рядом. Словно ждала моей реакции. Ну я и…
— Так ты со мной? — спрашиваю, поглядывая на часы.
— Нет, — фыркнула. И отступив направилась к подружкам.
Уже хорошо. Может удача сегодня на моей стороне?
А потом как резанет… «ТВОЙ».
— Стоять, Шилова! — прорычал я.
Девчонки все разом на меня посмотрели.
— Чего? — уставилась на меня Катя.
— Иди, разговор есть, — подозвал ее.
— Ну, — подходит ближе.
— Кто снимал видео, то, что в субботу показали? — спрашиваю, смотря в ее глаза.
— Какое видео? — вижу, как дернулась.
— Шилова, не ври только, — грожу пальцем. — Где Тихонова орет, что я ей не нужен.
— Да мне то откуда знать? — дергается уйти, но я ее ловлю за локоть.
— Она сказала «твой».
— Лёв, ты совсем? — глаза огромные, губы дует. — Да не сдалась мне эта Тихонова. Чего ты хочешь от меня услышать? — повышает голос, хмурится.
— Ты ее достаешь? — спрашиваю впрямую.
— Тебе придумать больше нечего? — выдергивает свою руку и торопится к подругам.
Врет. Чувствую.
Сжал кулаки. Нужно хоть немного успокоиться и узнать все как есть. Но мне нужна сама Тихонова. Она то должна мне рассказать правду. Еще раз окинул взглядом Катю и развернувшись зашагал к выходу с территории школы.