Проклятие для крылатого (СИ)

Вытерев бегущую по лицу кровь, эльф готовился к новому удару. В золотистых глазах застыла решимость. Я невольно скривился. Не собираюсь я ему давать второго шанса. Только не этому недомерку. И для того, чтобы расправиться с эльфом, мне даже оружие не надо. Два быстрых удара в живот, и светлый беззвучно свалился на землю, зарывшись носом в опавшие листья. Моя ярость угасла так же внезапно, как и вспыхнула. Лелуш медленно поднялся, сверля меня полным ненависти взглядом.
– Запомни, – холодно бросил я, мечтая поскорее стереть с рук кровь этого ублюдка. – В этой Академии все подчиняются мне. Я буду избивать тебя до тех пор, пока ты это не поймешь.
Надеюсь, он не такой идиот, каким его считает Алекс, и уяснит все с первого раза. Потому что в следующий раз моя победа может оказаться не столь легкой. Да, сегодня я застал его врасплох. Но что, если он будет готов принять вызов?
Так и не дождавшись ответа, я хмыкнул и оставил светлого наедине с его курицей. Пусть он подумает как следует. А я буду надеяться, что он примет верное решение, потому что в противном случае мне не останется ничего другого, кроме как убить его.
  
Глава 7
 
Клауд Эллург-Атар. Один год назад
Изначально я планировал настроить против белобрысого всю Академию, но в какой-то момент все кардинально изменилось. Там, в саду, он не боялся никого и ничего. Сидел безоружный и расслабленный, как будто в Лексиане у него не может быть врагов. Думает, что родство с главой светлого Альянса ставит его выше межрасовых разногласий в нашей Академии?
Моя задача – отвлечь внимание от еще одного недоразумения – красноглазой эльфийки. Я уже не пытаюсь понять, зачем она нужна клану, почему Алекс не оставил её на той обочине жизни, где у него хватило глупости её подобрать. Не мое это дело – анализировать поступки герцога Алькьярна, и уж тем более я не вправе его осуждать. Но.. я все равно не понимаю.
Лелуш оказался не так прост, как я рассчитывал. И не так слаб. Я могу бить его хоть каждый день, унижать, но сломать гордого светлого будет тяжело. Однако его смерть не принесет мне удовлетворения. Я хочу, чтобы он полностью покорился моей воле, хочу видеть преданность в золотистых глазах, хочу любоваться его склоненной головой. Нехорошее предчувствие сдавило сердце, но я решительно отогнал прочь все дурные мысли. Главное, не перегнуть палку. И, думаю, Рейн сыграет немаловажную роль в осуществлении моего замысла.
Что я буду делать со сломанным эльфом дальше, я пока еще не придумал. Позволю ему остаться в клане и верно служить Алексу, наверное. В конце концов, это перестанет быть моей заботой.
Я отложил книгу в сторону и неохотно поднялся. Время занятий окончилось, и ученики, предоставленные сами себе, разбрелись по Шаенону и его окрестностям. Я и сам давно хотел наведаться в торговую лавку, посмотреть на оружейные новинки. Убийца Драконов – семейная реликвия, доставшаяся мне от отца, верно служил мне на протяжении всего времени обучения в Академии, но пора бы подумать о парном оружии. Не сомневаюсь, в ближайшем будущем оно мне понадобится.
Накинув плащ, скрывающий ножны с мечом и мое необычное крыло, я спустился во двор Академии и практически сразу увидел Лелуша. Белобрысый хафф что-то оживленно рассказывал окружившей его толпе, состоящей преимущественно из девчонок. Судя по его сияющим глазам и широкой улыбке, никакой угрозы он по-прежнему не чувствовал. Эльф веселился и активно жестикулировал руками. На его лице не осталось и следа нашей вчерашней потасовки. Видимо, в отличие от меня, он дошел до башни целителей. Курица безмятежно ковырялась неподалеку, и я вдруг ощутил сильнейшее желание как следует пнуть её под зад, чтобы опровергнуть общеизвестный факт, что этот вид фамильяров не летает. Летает, еще как.
Как и следовало ожидать, с моим появлением во дворе на один краткий миг повисла гнетущая тишина. Но и этого мгновения хватило, чтобы Лелуш меня заметил. Его улыбку как ветром сдуло. Сияющие глаза погасли и потемнели от нескрываемой злости и какой-то холодной, всепоглощающей ненависти.
 
– Клауд, – он указал на меня пальцем, и все взгляды мгновенно устремились ко мне. Эльф мрачно усмехнулся. – Ты больше не сможешь застать меня врасплох. Я готов повторить вчерашнее.
Я даже не удивился, что эта белобрысая скотина знает мое имя. Но мне не понравилось, что теперь вся Академия в курсе нашей вчерашней потасовки. И, судя по всему, в своем рассказе Лелуш выставил меня трусом, напавшим со спины. По сути, так оно было, я застал его врасплох, но больше такое действительно не повторится, я больше не дам волю своей ярости.
Я так же мрачно кивнул, принимая вызов. Время и место дуэли мы обсудим позднее, не при свидетелях. Что ж, ушастый, ты сам выкопал себе могилу.
Лелуш неожиданно плотоядно ухмыльнулся, и направленный на меня мрачный взгляд обещал долгую мучительную смерть. Толпа неуверенно последовала его примеру, окатив меня волной неприязни. Я прекрасно чувствую фальшь, и сразу понял, что многим сейчас, мягко говоря, неуютно. На меня кидали обеспокоенные взгляды, прекрасно зная, что у меня идеальная память на лица, и что я очень, нереально злопамятен. Именно поэтому многие поспешили покинуть двор Академии, а оставшиеся неуверенно улыбались мне, как бы говоря «я ничего такого не имел в виду». Но лишь в золотистых глазах я увидел так знакомый мне мстительный блеск.
Мрачно усмехнувшись, я едва заметно покачал головой, ясно давая понять, что запомнил их всех. Взгляд мой выражал истинное разочарование. И сожаление. Да, будь у меня сердце, я бы их пожалел. Лишь светлый не удостоился моего взгляда. С ним я поговорю отдельно. Так и не ответив на провокацию, я резко развернулся и последовал своей дорогой. Знаю, он ждал от меня каких-то действий, но я не собираюсь играть по его правилам и выставлять себя посмешищем. Следующие слова эльфа полетели уже мне в спину.
– Посмотрим, кто первым запросит пощады.
Я не обернулся, хотя кулаки чесались разбить эту идеально правильную физиономию, эти улыбающиеся губы и смеющиеся глаза. Может, плюнуть на все и вызвать его на дуэль прямо сейчас? Но тогда, скорее всего, половина Академии возненавидит меня за убийство всеобщего любимца. И как этот гад умудрился настолько очаровать толпу, что они забыли о своем враждебном отношении к светлым? Безмозглые идиоты. Предатели. Еще раз напомнив себе, что я не собираюсь пока убивать светлого, я покинул двор Академии.
Настроение выходить в город как-то пропало. Может, стоит посоветоваться с Алексом? Нет, он не поймет. Не поймет, почему глава ученического совета не смог поставить на место одного единственного эльфа. Я и сам этого не понимаю. Я привык действовать силой, запугивать, наводить ужас одним видом своего крыла. Меня ошибочно считают проклятым. Я не пытаюсь кого-то разубедить. Я, наоборот, склоняюсь к мысли, что меня действительно прокляли. Не зря я, наверное, стал палачом, ведь единственное, что я умею делать и делаю хорошо – это убивать. Я влюблен в это ремесло. Я, наверное, больной ублюдок, раз мне так все это нравится. Но, с другой стороны, это прекрасное оправдание для всего, что я делаю.
Наверное, мне действительно придется использовать Рейн. Но для этого надо приручить её, сделать так, чтобы она безоговорочно мне доверяла и подчинялась. Я устало вздохнул. Похоже, это тоже невыполнимая задача. Одного взгляда на неё достаточно, чтобы понять, что её верность уже принадлежит Алексу. И вряд ли я смогу это изменить. К тому же, где гарантия, что Рейн в моей игре не пострадает? Алекс ясно дал понять, что я отвечаю за неё жизнью. Готов ли я к такому размену? Скорее, я должен во что бы то ни стало защищать её. Стать её тенью. Я усмехнулся. Тень тени.
Окончательно запутавшись, я направился на задний двор, где находилась тренировочная арена. Если мне кто-то и может дать дельный совет, то это мастер Мисту.
Но и на этот раз мне не повезло.