Рука и сердце Ее Высочества (СИ)

Губы мальчишки перестали его слушаться, и он разрыдался. Попытался утереть лицо о рукав рубашки, но только размазал по коже слезы вперемешку с кровью.
– Что теперь с нами будет? – едва слышно прошептал Раймон, когда я поднялся на ноги и отряхнул штаны от соломы.
– Если нам удастся найти этого меченого, то девку твою Ее Высочество, может, и помилует. А вот тебя в самом лучшем случае ждет ссылка, – честно сказал я, не желая попусту обнадеживать идиота.
– Тот человек… он пришел ко мне сразу после того, как я рассказал вам про Лауру. Я возвращался в казарму, и в коридоре мы с ним столкнулись. Когда он сказал, что может спасти мою любовь, я больше ни о чем думать не мог, – прошептал парень, опустив голову.
Я не придумал, что ответить, и молча вышел. На сердце отчего-то давила незнакомая прежде тяжесть, как будто та боль и то беспокойство, которое Раймон испытывал за Лауру, передалось и мне. Правда, волновался я, конечно, вовсе не о глупой рыжей горничной.
Глава 8
Лучиана
Чтобы не возвращаться в замок затемно, после охоты мы разместились в одном из отцовских «домиков». Деревянный двухэтажный коттедж с двумя десятками просторных комнат радушно принял и меня, и всех моих гостей. За день я устала от шума ружейных залпов и гомона голосов, так что, оставив принцев в просторном холле первого этажа, поднялась в свое временное обиталище. Вышла на террасу, прихватив альбом с набросками, и уселась в плетеное кресло, в котором раньше так любил отдыхать отец.
На лес опускалась вечерняя прохлада, закатное солнце золотило кроны деревьев. Тонкая сетка, искусно сплетенная из молодых ветвей неизвестным мастером, заменяла здесь перила и балкон. Снизу доносился веселых смех – вина в здешних подвалах оказалось в избытке, чем я и воспользовалась, решив продлить гостям и без того затянувшийся праздник, а заодно отвлечь принцев от моей персоны.
Как только волнения прошедшего дня немного отступили, рука сама потянулась к грифелю, и я начала неосознанно выводить грубые штрихи на чистом листе. Лишь когда почти завершила рисунок, поняла, что изобразила один из моментов сегодняшней битвы: мужчина с копьем, в чертах которого легко угадывался граф Наварро, направлял острие оружия на ощетинившегося кабана, который вот-вот был готов броситься на противника.
И тут граф!
Я разозлилась, хоть сама не до конца понимала, отчего, и захлопнула альбом. Перед этим случайно махнула рукой, в которой сжимала грифель, и прямо по лицу моего спасителя прошла грязная черная линия. Но поделом ему: сам не уследил за порядком при подготовке.
Стоило только подумать о графе, как его голос раздался откуда-то слева.
– Ваше Высочество!
Я подняла голову и заметила в сумерках высокий силуэт Армандо. Террасу разделяла на две половины деревянная сетка высотой мне до пояса, но она не слишком мешала рассмотреть его встревоженное лицо.
– В чем дело?
Я поднялась, оставила альбом на кресле, и подошла ближе. Граф взволнованно рассказал обо всем, что узнал за прошедший день.
– В связи с этим, думаю, необходимо усилить вашу охрану. Мы не знаем, с какой целью подстроены все эти случаи, но ваша безопасность сейчас – превыше всего.
По моему телу прокатилась волна холода. Я отступила на шаг и неосознанно обняла руками собственные плечи, но, опомнившись, выпрямилась и приняла достойный леди, спокойный вид. При этом заметила, как граф дернулся, будто захотел приблизиться ко мне, но подавил свое желание. И только сейчас я вспомнила, что видела метку монетой у одного из гостей.
– Перейдите сюда, граф, мне надо с вами поговорить, – попросила я. Шептаться с Наварро через неплотную, но все же стену, не хотелось.
Я ожидала, что Армандо пройдет через внутренние помещения, но он ловко перемахнул через низенькую преграду, сохраняя при этом совершенно чинный и приличный вид. Я едва удержалась от смеха, хоть и заметила озорные искры, на миг сверкнувшие в глазах графа. Впрочем, сейчас не до веселья.
 
– Сегодня во время охоты я видела человека с татуировкой в виде монеты. Это старик из ближайших подчиненных принца Карима, – выпалила я. – Но метка – знак нередкий, и я не уверена, что виновен именно он.
– К тому же, мы не можем просто схватить и допросить его, не вызвав дипломатического скандала, – подтвердил мои собственные размышления граф Наварро. – Может, это просто совпадение, но я все равно найду кого-нибудь, кто будет какое-то время следить за ним.
Я кивнула и вернулась к креслу, на котором оставила альбом. Формально наш разговор окончен, и я могла бы приказать графу оставить меня, но делать этого категорически не хотелось. Почему-то в его обществе я чувствовала себя гораздо спокойнее.
– Все ли готово для проведения турнира? – спросила я.
Вообще-то сама лично видела все отчеты, согласно которым трибуны уже возведены, а специальное оружие – слегка затупленное, вместе с доспехами доставят завтра. Но отчего-то хотелось немного продлить наш с Наварро разговор.
– Да, Ваше Высочество, – невозмутимо ответил Армандо, не двигаясь с места. Его голос звучал холодно, но я чувствовала на себе его внимательный взгляд. – Но в связи с сегодняшним происшествием я предлагаю увеличить охрану, а еще перенести ваше кресло подальше от трибун и поля битвы.
– Разумно, – я сделала пару шагов вдоль края террасы, ведя рукой по плетеной ограде, остановилась и взглянула на графа. – Займитесь этим.
– Отдам распоряжения, как только вернусь в замок, – как бы не вела себя я, граф оставался безукоризненно вежлив.
Несколько мгновений мы стояли молча. Похоже, граф Наварро и сам не особенно хотел уходить, однако тема, которую он выбрал, чтобы продолжить разговор, меня удивила:
– Ваше Высочество, на сегодняшний день кто из принцев – ваше фаворит? – в голосе Армандо мне почудилось какое-то необычное волнение, какого я раньше никогда не слышала в интонациях графа. Я посмотрела на невозмутимого аристократа, но его взгляд оставался совершенно спокойным, и я решила, что мне просто показалось из-за усталости или духоты прошедшего дня.
– Пока что сказать трудно. Думаю, после этапа с загадками древних мудрецов я приму решение. Пока могу лишь заверить вас, что вождь Бранн – хоть и интересный мужчина, но мне не жених. Если возьму в мужья его, он непременно захочет с помощью нашей армии отвоевать свои территории в предгорьях, а может еще и парочку северных княжеств своих братьев. Для нашей страны эта кампания пользы не принесет, – рассуждала я вслух, медленно вышагивая по еще теплому дереву, которое тихо скрипело при каждом новом движении.
– А что вы думаете на счет Карима? – спросил Армандо, когда я замолчала, и его голос снова дрогнул. Или мне снова почудилось.
– Кандидат неплохой. Сдается мне, им нетрудно будет манипулировать. По крайней мере в тех сферах, которые не касаются финансов. Но проблема в том, что если я смогу на него повлиять, значит, сможет и кто-то другой. Но брак с ним не кажется мне чем-то невозможным, – я опустилась в кресло, положила на колени альбом с рисунками и накрыла его ладонью, опасаясь, что ветер раскроет его на неподходящей странице.
– А что до Лайонэла, – продолжила я, предвидя следующий вопрос графа, – то на первый взгляд он – идеальный кандидат.
Может, мне показалось, но губы графа сжались в тонкую линию, стоило мне заговорить о принце королевства Базиль. Впрочем, в вечернем полумраке я мало что могла разглядеть.
– Однако мы все еще не знаем условий договора между вашими отцами, – произнес граф с деланным равнодушием, но его взгляд казалось пронзал меня насквозь.
– Вы правы. Я говорила с ним, но узнала лишь то, что отношения с отцом и братьями у него не слишком теплые. Впрочем, для представителей правящей семьи это нормально, – я откинулась на спинку кресла и, задумавшись, коснулась рукой подбородка. – Этого недостаточно, чтобы в чем-то его обвинять.