Эскорт для чудовища (СИ)
Он просто вывел меня на эмоции. И легко понял, что я лгу и недоговариваю. Черт. Я недооценила этого человека, посчитав идиотом. Пойти с ним? Как же!
— Я поеду домой, пожалуй, — произношу медленно я, вставая, — извини, тебе придется вызвать такси. Не думаю, что наш разговор будет хоть сколько-нибудь интересным для меня. Не люблю, когда собеседник лжет, показывая фальшивые документы и игнорирует мои вопросы, расспрашивая о личном.
— Да ладно тебе, Саша. Ты тоже врала. Твое лицо все выдало с первой же секунды нашей встречи. — произносит он с легкой усмешкой. Когда я пытаюсь уйти и пересекаюсь на секунду с ним, Андропов внезапно закидывает руку мне на плечо, и приобняв, останавливает. Я напрягаюсь, словно внутри меня натянули струны. Он держит меня крепко.
— Не бойся.
— Отцепись от меня!
— Релакс. У тебя вся спина каменная от напряжения. Что тебе помешало спросить меня прямо в первые же секунды — «что тебе, Андропов, надо?». Я бы тебе ответил. А так мы потратили кучу времени, пока ты притворялась дурочкой, обсуждая всякое дерьмо.
— Ты поддерживал разговор об этом дерьме. Еще раз: если ты меня не отпустишь, я достану телефон и позвоню Смоленскому.
— И что ты расскажешь? О том, как мы сидели в баре и болтали? Дерзай. Мне пофиг. Он уже наверняка в курсе нашей встречи. Подозреваю, что он за тобой следит. Ты ему, судя по всему, очень доверяешь, а он тебе нет. Проверим мои подозрения?
Я растерянно верчу головой. В баре куча людей…О какой слежке он говорит? О… Небось предложит сейчас куда-нибудь уехать, чтобы запутать следы. Вряд ли я на это поведусь.
— Пошел к черту.
— Боишься? Не знаю, что ты там надумала, что бежишь от меня в панике, но, поверь, если бы я хотел тебе что-то сделать — я бы это уже сделал. — понизив голос, произносит мне Андропов. Я чувствую его дыхание у виска и дергаю головой, чтобы заехать ему в нос, но он уворачивается. — да уж, ты злее, чем твоя сестра.
Он дергает меня к выходу и заставляет идти рядом с ним, словно мы влюбленная парочка.
— Может, все-таки выслушаешь меня?
Я сжимаю зубы. Мало того, что от меня будет вонять кальяном и одеколоном этого мерзавца, так я еще и уеду домой, так и не узнав, что там у него на уме.
— У тебя минута, прежде чем я уйду, — цежу я.
— Спасибо. — усмехается он. — послушай, Саша: я знаю все о тебе, о Смоленском, об Альмине и ее ребенке. Так что можешь не ломать передо мной комедию. Я всего лишь хотел предложить тебе деньги и помощь с девчонкой, за то, что ты задержишься рядом со Смоленским и будешь делать то, что я тебе говорю. Именно за этим я искал встречи с тобой.
— Угу. — тяну я саркастично. — Именно это делала для тебя моя сестра, пока вы встречались. Шпионила и тайно тебя таскала к мужу домой. Угадала?
— Пф-ф. Тебе и это рассказали. Пока встречались? Еще задолго до этого. Я их познакомил, Саша, — чувствую я всем телом его усмешку, — она мечтала о богатом муже, я сделал так, чтобы она попала на одно мероприятие, где был Смоленский, и все закрутилось. Обними меня для вида, хотя бы. На нас уже пялятся странно.
— Отвали, ушлепок.
Мы выходим на улицу и я судорожно вдыхаю прохладный свежий воздух. Андропов отпускает меня, прекращая сжимать и смотрит внимательно мне в лицо.
— Почему ты ненавидишь меня, м? Потому что твоя сестра изменяла мужу со мной, а ты за крепкие семейные отношения? Тебе не кажется это тупой причиной для того, чтобы быть на стороне Смоленского?
Так. Дыши, Саша. Дыши.
— Потому что ты ее использовал, Андропов, довел их отношения до разлада и развода. И я в курсе, что твой дядя в контрах со Смоленскими, и в курсе, что он за человек, поэтому не ожидаю ничего хорошего от тебя. — отвечаю резко я, а он приподнимает бровь, склонив голову.
— Ты сейчас говоришь о моем дяде, а не обо мне.
— И что? — фыркаю я, а он расслабленно ведет плечом.
— У нас с ним могут быть разные взгляды на жизнь. Что по поводу твоей сестры… Мы оба использовали друг друга, Саша. У нас была договоренность. Я помогаю ей выйти замуж за богатого мужика, она помогает мне добывать информацию и выполняет кое-какие поручения. Еще раз: я помогал ей. Она — мне. Даже наши короткие любовные отношения с ней были взаимовыгодными. Ей захотелось чего-то нового, мне тоже. Какие у тебя еще есть причины меня ненавидеть?
— Ты лжешь. Она сильно изменилась во время этого брака — отдалилась от меня и матери, вела себя странно, лгала… Смоленский тут не при чем. Ты шантажировал ее, доводил? Давал наркотики?
— Боже. — хмыкает Андропов. — я ей ничего не давал. Просто твоя сестра полезла туда, где ей было не место и не вывезла. Думаешь, только душка-Смоленский страдал, а я не терпел ее истерики? Просто в ком-то внезапно проснулась совесть, когда было много дел наворочено. И еще больше всего она боялась, что я однажды расскажу Смоленскому тайну их знакомства…ну и все остальное.
— О подобном шантаже я и говорю. И ты не избивал ее, не выгонял на улицу в одной рубашке, и не убивал? — холодно выплевываю я.
Андропов в ответ немножко закатывает глаза, тут же потеряв где-то с лица улыбку. Я чувствую, как стискиваю кулаки настолько сильно, что ногти впиваются в кожу. Это всего лишь догадки, но будь я проклята, если они не окажутся правдой. Кто еще мог сотворить с Алей подобное?
— Ну? Кто это сделал? Не молчи, дай мне ответ. Ты ведь мне все время намекал, что знаешь, почему погибла Аля! Хотел мне соврать и свалить все на Смоленского? Чтобы дурочка-Саша воспылала к нему ненавистью и помогла тебе строить козни. Для этого ты меня прощупывал весь разговор, пытаясь понять, насколько много я знаю. Это ведь сделал ты, верно?
— Нет.
— Врешь!
— Нет. — он вздергивает бровь с такой уверенностью, что немного остужает мой пыл. — наши деловые отношения с Альминой навсегда закончились после ее развода со Смоленским. Я просто исчез из ее жизни. Мне было незачем ее убивать и нечего скрывать. Я — не мой дядя, и мне неинтересны убийства.
— После развода она пришла ко мне ночью в одной рубашке и со следами побоев, — тихо произношу я, — и соврала, что это сделал Смоленский. Очевидно, что он и пальцем ее не тронул. Разве это не ты заставил ее такое сказать?
— Что бы мне это дало, а? Боюсь, что твоя сестра просто соврала тебе. Она хотела покончить с прежней жизнью, и не расписываться перед другими в собственной тупости, поэтому легенда о муже-абьюзере вполне подошла, чтобы ее пожалели и приняли обратно в семейное гнездо. Кроме меня, кстати, у нее были другие знакомые, так что попробуй опросить их, что случилось в ту ночь.
Он замолкает на секунду, заметив мое лицо и тихо цыкает:
— Я тебя понимаю. Узнавать о том, что твой родственник — дебил, всегда неуютно и стыдно. Ты считала ее ангелом, которым все попользовались? Она была дурой, оторванной от реальности.
— Заткнись. — выдыхаю я ошалело. — Кто тогда убил Алю?
Андропов криво усмехается.
— Ты не хочешь дружить со мной. Если я тебе скажу правду, то ты побежишь ее проверять и разрушишь мой план.
Я прикрываю устало глаза.
— Что ты хочешь за эту информацию? Я не стану плясать месяцами под твою дудку, как Аля.
— В принципе, мне достаточно одного раза. Будешь мне должна, когда я попрошу.
Боже. Я киваю. Мелькает мысль, что главное — чтобы он мне просто рассказал этот секрет. В конце концов, я могу и не выполнять свое обещание.
— Хорошо, на один раз я согласна.
— Тогда присмотрись повнимательнее к невесте Смоленского. Дарине. — мне кажется, что его ответ тонет в шуме холодного ветра. — она та еще пиранья, готовая пойти на все. И терпеть не могла твою сестру. Раньше она мечтала выйти замуж за Смоленского. Ну, — Андропов приподнимает бровь, — она почти достигла своей цели. Так что советую ее опасаться.
— Доказательства? — мой голос звучит слабо. Я все еще не могу поверить в то, что услышала.
— Можешь сказать это Смоленскому и он их достанет. Или промолчать и дождаться их свадьбы. Я сделаю так, чтобы полиция забрала девчонку прямо с церемонии, и все газеты писали об этом.