Эскорт для чудовища (СИ)
— Твоя сестра была замужем за Смоленским, — утвердительно произносит он, а я прикрываю веки, подтверждая это.
— Да. И что?
— Она ничего тебе не рассказывала о их браке?
— Она не общалась со мной, пока была замужем. Потом они развелись, и Аля вернулась домой, — сухо отвечаю я, получая свой сэндвич, и, чтобы занять руки, приподнимаю хлеб, заглянув внутрь. Там пересушенные крохотные куски курицы. Фу-у. — Это был закономерный финал неравного брака. Мы не обсуждали ее отношения, да она сама не спешила завести разговор.
— Реально?
— Что тебе, все-таки, надо? — поднимаю я на него взгляд. Пытается сейчас выяснить, значит, насколько много я знаю о ситуации. В том числе и о нем. Мне надо быть осторожнее и не сильно болтать.
Он выпускает дым от кальяна в мою сторону, и я аж моргаю от такой наглости. Ткнуть ему, что ли, в наглую рожу тем дурацким мороженым? После нашей встречи у меня провоняет вся одежда, волосы, а заодно и машина.
— Значит, ты не в курсе, что у них происходило в браке. — слышу я голос Андропова. Дым быстро рассеивается, и я вижу его задумчивое лицо. Он смотрит в потолок. — жаль, что она тебе ничего не рассказала. Тогда бы ты ни за что на свете не встретилась со Смоленским после ее смерти.
— Да? — приподнимаю я бровь. — почему? Встреча со Смоленским была случайностью. Когда меня попросила об этом Екатерина, она не уточнила имя, и я только на месте узнала, что это Смоленский. Отказывать было поздно, поэтому я молча выполнила свою работу.
— И он тебя не узнал? — Андропов стреляет в меня взглядом. Я мотаю головой.
— С чего бы? Мы с Алей давно разные внешне.
Он вздергивает брови и внезапно, отложив кальян, садится, положив локти на стол. Потом медленно разглядывает меня, отчего я ощущаю себя неприятно.
— Да ты что… С каких пор вы разные? — усмехается он, — даже с этим цветом волос и макияжем я тебя сразу же узнал, увидев рядом со Смоленским. Слабо сомневаюсь, что он даже не задумался, что за человек находится рядом с ним.
«Ты посмотри на него…» — мелькает мысль, пока Андропов ждет от меня какой-нибудь реакции. Может, я действительно переоцениваю свои изменения во внешности? Смоленский-то ведь и вправду задумался, вот только его сбила с толку неверная информация, которую ему дали сотрудники из-за Дарины. И то… ненадолго.
— Я уверен, что он не только задумался, — Андропов решает закончить мои мучения, заговорив сам. Он выпрямляется, прекратив меня сверлить взглядом. — наверняка и пробил информацию о тебе и все понял. Вопрос в том, почему он тебя не выгнал, и ничего тебе не сказал… И почему продолжил с тобой видеться даже после того, как ваш контракт закончился. Странно, да?
Я чувствую, как у меня поднимаются нервно волоски на руках. Никогда не недооценивай противника, Саша. Похоже, Андропов знает больше, чем ты представляла! Притворился малолетним придурком, заставив почувствовать себя в безопасности и умнее его… теперь я пыталась не измениться в лице и не выдать свое волнение.
Что он еще знает? Про Майю? Про Михаила? Про то, что Смоленский пытается вернуть свои права на дочь, и именно я ему рассказала о малышке? Когда я согласилась на встречу с Андроповым, я не думала даже, что такие подробности знает кто-то кроме меня, Дарины и самого Смоленского, но теперь я ни в чем не уверена. Что, если этот ублюдок вообще знает ВСЕ?
Я смотрю украдкой на время. У меня есть еще целых сорок минут, после чего Катя мне позвонит. Честно говоря, теперь я хочу, чтобы она позвонила мне сию минуту. Потому что я не знаю, что сказать Андропову. Если я совру, выдав что-то вроде «Он приглашал меня на свидания и платил мне за них. Я просто алчная и беспринципная, поэтому согласилась встречаться с бывшим мужем покойной сестры, и мне плевать, чего он хочет от меня», то Андропов может поймать меня на лжи, если знает всё.
* * *— А, ладно, — внезапно легко произносит Андропов, когда у меня от напряжения уже бежит капелька пота по шее. Он откидывается на спинку и крутит в руках зубочистку, — Не забивай голову. Наверное, у него есть причины молчать и не задавать вопросы, как и у тебя — видеться с бывшим мужем сестры.
Я пожимаю неопределенно плечом, радуясь, что могу промолчать. Мне с каждой секундой все меньше и меньше нравится наш разговор.
И чтобы избежать новых каверзных вопросов, я ищу на столе еду. Сэндвич я трогала грязными руками, поэтому я нервно хватаю дурацкое мороженое и набираю целую ложку, отправляя его в рот. По крайней мере, в следующий раз я смогу подольше подумать с набитым ртом, прежде чем отвечать.
— Приятного, — желает мне Андропов, и в его глазах мелькает тень. — не нервничай так, я не моралист. Осуждать не буду. Я вообще встречался с твоей сестрой, пока она была замужем.
Приторное мороженое встает поперек горла. Андропов, не обращая на меня внимание, задумчиво рисует пальцем на темной столешнице круги, размазывая влагу, оставшуюся после стакана с мороженым.
— Чего? — сипло вырывается у меня.
Зачем он признался в этом? Я думала, он будет хранить это в тайне. Куда в этом случае он ведет разговор?
Я вижу усмешку, мелькнувшую на его губах.
— Альмина разве не рассказывала обо мне?
Я качаю головой в ответ. Почти не вру. Она — не рассказывала. Рассказала мне все запись с камер.
— Ясно, — он смотрит вдаль, — Мы с ней любили друг друга, но вместе быть не могли. Где я и где она? Это я уже потом разбогател и раскрутился. А она неожиданно развелась с мужем и уехала, ничего мне не сказав. Родила ребенка от другого. Быстро она забыла обо всем. Сколько, кстати, ее девчонке годиков?
Я медленно моргаю. Не знаю, что меня больше поражает. Спокойный тон этого человека, будто он пересказывает текст какой-то книги по памяти? Его неприкрытая ложь о неземной любви с Алей и своем неожиданном богатстве? Или же странный вопрос в лоб о возрасте Майи? Значит, он знает и о ней…
— Зачем тебе это?
— Да просто мы разговариваем, Саша. — он подпирает подбородок рукой, глядя куда-то в зал, где сейчас куча молодежи. — Ты слишком нервничаешь. У тебя есть причины на это? Я всего лишь спросил про возраст. Наверное, тебе сложно будет одной растить и воспитывать такого маленького ребенка. Ее отец совсем пропал?
— Совершенно несложно. — холодно отвечаю я. «Тебе сложно будет». Он еще и в курсе смерти нашей матери. Великолепно просто. — Я люблю племянницу. Да, ее отец давно испарился в неизвестном направлении.
«Господи, помоги моему лицу остаться сейчас прежним» — прошу я после слов Андропова. У меня сейчас много причин нервничать. Я настороженно наблюдаю за тем, как он провожает взглядом какого-то мужчину, и внезапно тихо продолжает:
— Если посчитать, то получается, что твоя сестра уходила от Смоленского беременной. Я не думаю, что у тебя плохо с математикой, так что ты явно тоже пришла к этому выводу. Ты рассказала Смоленскому про дочь? Или… нет? Ты должна быть откровенно тупой, чтобы продолжить с ним встречаться и не признаться в этом, — он издает смешок и трет лицо ладонью. — ладно, по-моему, этот цирк затянулся.
Я молчу, в шоке глядя на него.
Знает, все-таки, обо всем. И сейчас наслаждается моей реакцией. Подловил.
Андропов переводит на меня смеющийся взгляд и криво улыбается. Потом подзывает пробегавшего мимо официанта и что-то говорит ему, протянув карточку.
— Можешь не отвечать. Это были идиотские вопросы. Мне все ясно.
— Что тебе ясно, Андропов? — не выдерживают мои нервы. — ответь, хотя бы, на один мой вопрос — зачем ты меня сюда позвал? Поболтать о жизни?
Официант прикладывает карточку к терминалу и отдает чек.
А я понимаю, что этот мерзавец только что расплатился за еду.
Он собирается уйти.
— Откуда ты знаешь мою настоящую фамилию, Саш? — морщит иронично лоб Андропов, и пока я осознаю всю глубину своей тупости и совершенной ошибки, поднимается с диванчика, кивая на выход. — пойдем? По-моему, тут полный отстой, а не отдых.